Разлукам нашим встречи суждены,
Поэт без музы не поёт в изгнаньи.
Так под какой звездою рождены
Твои сомненья и мои признанья?
Так веришь иль не веришь Ты в меня?
Мне без Тебя строка не повторится.
Ты – город мой, моё названье дня
И самая прекрасная страница…
Ещё чуть-чуть, ещё одно мгновенье,
И ты войдёшь, прекрасна и легка.
Я в глубине стиха, я – дуновенье,
В страну любви влекущая строка.
Есть в нас ещё не прожитые сны,
Как розы, грёзы, слёзы и молитвы,
За счастья миг страдать обречены,
Но мы не ропщем, избегая битвы.
Есть в мире Ты – мой негасимый свет,
Тобой живу, Тобою сердце пьяно,
Я верю снам и не боюсь примет,
И смерти нет, твержу я неустанно.
И всё, что нам отпущено судьбой,
Что дорого, что ценим мы и любим,
Призванием, признанием, строкой,
Мы отдаём, мы оставляем людям.
И всё сбылось, и этот воздух синий,
И этот свет весёлых карих глаз.
И голос твой, и профиль этих линий
Мелькнут, как сон, как нашей встречи час.
Как взмах ресниц, и не достать рукою
До звёзд твоих, так к сердцу нет пути,
Так губит одиночество изгоя,
Дано искать, но не дано найти.
Дано открыть, но не дано открыться,
И встречи ждать, и взгляд ловить тайком,
И знать, что вновь всё это повторится,
Вновь на песке построит сердце дом.
Что горевать? Всё было не напрасно,
Отшельник в келье Богу строит Храм,
И открываются миры, как ты – прекрасны,
И к изголовью в снах кладутся нам.
И мы прощаем безысходность ночи,
Вступая утром в суматоху дня,
А ностальгия волком душу точит
По жизни, уходящей от меня.
Где всё сплелось – и этот воздух синий,
И грустный дар чарующей волжбы.
И что же остается мне – лишь имя,
Четыре буквы пленника судьбы.
Там, за окном, метель метёт,
Танцуя вальс по крышам.
Я жду её, но не идёт,
И не звонит, не пишет.
Надежды луч мелькнул едва,
И сник, как тонкий колос,
Но сохраняются слова,
Звучит поэта голос.
И значит, было всё не зря —
Мечты, волненья, строки.
Всё это ей благодаря,
Судьба даёт уроки…
Там, за окном, метёт метель
И кружит вальс по крышам,
В душе – весна, в душе – апрель,
И мы друг друга слышим.
Путь поэта не увенчан славой,
Но и сердце тоже не броня,
Знает ведь – он ждёт у переправы.
Ждут и строки, всё о ней храня.
Сможет ли другою быть отныне,
Светом стать в моём пустом дому,
Стать моей судьбой, моей Богиней
Полюбить наперекор всему?
Может, сердце всё-таки растает,
Догореть свече не даст во мгле?
Звук шагов из тысячи узнаю —
Лишь она так ходит по Земле.
У неё – всё складно, без помарок,
Ангелы покой её хранят,
И пылится на столе подарок,
Потому что ей не до меня.
И стихи безответны,
И пишу, их кляня.
Все усилия тщетны —
Ты уйдёшь от меня.
Не сбылись ожиданья,
Наши встречи – не в счёт,
И яснее прощанья
Твой прощальный уход.
Так зачем меня мучить,
Коль оборвана нить?
Разум сердце не учит,
Как в нём душу убить.
Так стихия играет
Над судьбой челнока.
Без тебя будет таять,
Как в тумане, строка.
Не твоя ли заслуга,
Что живу, как в огне?
Почему же лишь друга
Ты находишь во мне?
Я бы ждал Тебя вечно,
Этой страстью томим,
Но судьба – бессердечна,
Я не буду любим.
Разойдёмся по свету,
Затеряется след,
Я б твоим стал поэтом,
Но не нужен поэт.
Ведь стихи – безответны,
Память сердца храня.
Все усилия тщетны,
Счастье – не для меня.
Всё знаешь обо мне ты,
Признания – на лбу.
Переверни монету,
Реши мою судьбу.
Гнетёт непониманье
И сковывает страх.,
Моё существованье
Лежит в твоих руках.
Не страсть всё это больше,
Но стены – как гранит,
И длится века дольше,
И тянет, как магнит…
Что делать, ты не знаешь,
Гадаешь, как же быть,
Легко воспламеняешь,
Но не легко забыть
Тебя в порыве этом,
И не сойти с ума.
Останется с поэтом
Вся эта кутерьма.
И превратится в строки.
Нет силы для борьбы.
И станет он далёким,
Хоть в двух шагах ходьбы…
Всё обо мне ты знаешь,
Признанья для чего?
И ключ в руках сжимаешь
От сердца моего.
Разлука, трушу отчего я?
Привычен мне твой тяжкий груз.
Я знаю, лишь в мечтах нас двое,
А здесь у нас не будет уз.
Ведь мы – одно, неразделимы.
Какой же рок нас гонит врозь?
Не суждено мне быть любимым,
Я ближе всех и всё же гость.
Не суждено, чтоб равный с равным,
Чтоб сильный с сильным – не помочь.
Напрасно я пишу исправно,
Тебя, как звёзды, манит прочь.
Не осознать и не измерить
Той бездны, что легла меж нас.
Навеки запертые двери
Откроются ль хотя б на час?
Нас растащили, развели,
Хотели, чтоб забыл дорогу.
Как я тебя вдоль всей Земли
Искал, известно только Богу.
Когда-нибудь и ты поймёшь —
Удачу ведь, в руках держала.
Всё – суета, всё – медный грош,
Поэзия – вот та держава,
Где пропуск в вечность для тебя,
Бессмертье, как бессмертны строки,
Но зря архангелы трубят,
Мы для любимых – не пророки…
Будь восхищён весь шар земной
Моей поэзией – что толку?
Ведь всё равно ты не со мной,
И твой восторг – лишь втихомолку.
Между мигом и вечностью
Мне подарен судьбой
Плод мечты и беспечности —
Мост для встречи с тобой.
Ни унынья, ни темени,
Свет и музыка в нём.
Как и ты, он – вне времени,
Видит сны о своём.
Нет для нас расстояния,
Близко иль вдалеке,
Если наши признания —
На одном языке.
Мелькают дни, века, и сами
Мы здесь накоротке.
Жить тороплюсь, прижмусь губами
К твоей руке.
Поверить как, что в час отлива,
Стоишь со мной —
Божественна и терпелива —
Мой путь земной?..
Да, нас судьба благословляет.
Что впереди?
Тебя нашёл я и умоляю —
Не уходи!!! Не уходи!!!
Пройдут года – и грусть накроет.
Сев у камина вечерком,
Смахнувши пыль, она откроет
Стихов неизданных альбом.
Ей вспомнятся глаза поэта,
Её последнее «Прости!»,
В них – столько боли, столько света
И жизнь, зажатая в горсти.
Вернуть бы всё, но слишком поздно,
Всему – свой срок, всему – свой час.
Нас не обнимет купол звёздный,
В стране любви не будет нас…
Грустна дорога трубадура,
Не ждёт он от судьбы подарка.
Всё – как всегда: опять Лаура
Отвергнет своего Петрарку.
Листы мои хранят твои черты,
Мгновенья, не подвластные столетьям.
В них мостовые, где бродила ты,
Шагов твоих касались, как бессмертья.
В них открываю я твои миры,
И нить судьбы ложится нитью красной,
Надежду дарят правила игры,
И в них поэта слушать ты согласна…
Никто, не посвящённый, не поймёт
Той тайны, что хранят листы живые,
Но верю я: признанья час придёт,
Оценят эти строки и другие.
Что в нашей жизни постоянство?
Твои слова, твоё лицо,
Ни капли не было жеманства,
Когда дарила мне кольцо.
Но переменчива фортуна,
И переменчив выбор твой.
Вот мы бредём дорожкой лунной,
Вот расстаёмся мы с тобой.
Что значишь ты в моих напевах,
Того не знаешь и сама.
Будь в платьях чёрных или белых —
Полшага, чтоб свести с ума
И завладеть моей тетрадкой,
Забрать меня и этот дар,
Чтоб о себе читать украдкой
Стихи – как солнечный удар…
Нет в нашей жизни постоянства.
Что предначертано судьбой?
Мои слова, моё пространство
Давно заполнены тобой.
Меркнет свет и пустеет дом,
Расставаться с мечтой не хочется,
Без тебя всё вокруг вверх дном,
Затерялось моё пророчество.
Без тебя моя грусть – горька,
Не угнаться за синей птицей.
Из какого же далека
Ты пришла, чтобы только сниться?
Мелькнет чреда мгновенных лет,
Как миг один, как взмах ресницы.
Что остаётся мне в ответ? —
Лишь имя той, что только снится.
Нет и не будет наяву
Ни наших встреч, ни восклицаний,
Но есть стихи, и в них живут
Мгновенья будущих свиданий.
Несбыточны они пока.
Под пальцами дрожат страницы.
В них ты – свободна и легка,
Надежды хрупкой проводница.
Пусть в них повисли «да» и «нет»,
Пусть жгли они, а ты молчала,
Но вот вошла, волшебный свет
Зажгла, чтоб всё начать сначала…
Мелькнет чреда мгновенных лет,
Но всё, что было – не напрасно.
Я, как и раньше – твой поэт,
А Ты, по-прежнему прекрасна!!!
Тебя искал я столько лет,
Тобою грезил там, в начале,
Ты – мой единственный секрет,
Но у меня его украли.
Тебя увидев, загадал…
Но что судьбе мои желанья?
Дорога, боль разлук, вокзал
И горькие слова прощанья.
И ничего не изменить,
Злой рок нас друг от друга прячет.
Того мгновенья не продлить,
Когда могло быть всё иначе.
К тебе бы тропку отыскать,
Пройти по краю осторожно…
Тебя бы помнить перестать,
Да только это невозможно.
К тебе б тихонько приходить,
Окна открывши половинку,
Не оборвать бы только нить,
Что проведёт по лабиринту.
Твоё лицо бы рисовать,
Когда заливисто смеёшься,
И, закусивши губы, звать —
А вдруг ты ждёшь, вдруг отзовёшься.
Тебя бы слушать, голос твой
Переворачивает душу.
Договориться бы с судьбой,
Всю жизнь тебя одну бы слушал.
Но разделяет нас стена.
Пробьёшь её иль разобьёшься?
Жаль, чаша выпита до дна,
Уйдёшь и больше не вернёшься.
Когда б я знал, что так случится,
К любимой выбирая путь.
Напрасно сердце к ней стучится,
В ответ лишь слышится: «Забудь!
Ведь, знаешь милый, так бывает,
Не можем совладать с собой.
Поэта строки убивают,
Но возвышают над судьбой.
Признаюсь, быть приятно музой,
Средь повседневной суеты.
Условностей отбросив узы,
Ко мне строкой приходишь Ты.
И было это всё – случайно,
Даровано, как благодать.
Я для Тебя останусь тайной,
Меня не сможешь разгадать.
Ценю стихи и откровенье,
И всё ж ответить не могу.
Возьми восторг и вдохновенье,
Меня оставь на берегу…
О, как горька моя победа,
Ни боль не ведаю, ни страх.
Не видит он, иду я следом,
Как тень, живу в его стихах».
Мы лишь точки мирозданья, чья-то тонкая резьба…
Валентин Иосифович Гафт
Вспышка, цвет и увяданье,
Слишком коротки пиры.
Мы – песчинки мирозданья,
На мгновение – миры.
Что ж друг друга мы не слышим,
Ищем что и с чем борьба?
Кто мы? Что дано нам свыше?
Что готовит нам судьба?
Любим, верим, а за гранью
Всё отмерено – пора…
Мы – песчинки мирозданья,
Вечная, как мир, игра.
За спиною память, пыль столетий.
Я пишу, мелькают имена.
Как поэту на другой планете —
Понимаешь только ты одна.
Так зачем, скажи, нас развели,
Захотели, чтоб забыл дорогу?
Как тебя одну вдоль всей Земли
Я искал, известно только Богу.
Цветов охапку я тебе несу,
Весенних, первых – для тебя поспели.
Ты и букет – не описать красу,
И всё сбылось, и мы – в твоём апреле.
Весенний день хорош, и город
Проснулся и зовёт гулять.
Я бодр, я весел, счастлив, молод,
Хочу её с собою взять.
Ведь я свободен, словно птица,
И мир открыт передо мной.
Так нет всем этим насладиться —
Хочу лишь вместе с ней одной
Гулять по Невскому, любуясь.
Какого взлёта здесь мечта!
На дождик если вдруг не дуясь —
Божественная красота.
Пройтись по улочкам Вероны,
В Уффици заглянуть, Питти,
Искать ответ в глазах бездонных,
Но так его и не найти.
Пусть кажется, что всё знакомо,
Смогу по-новому раскрыть
Всю красоту земного дома,
Веков связующую нить.
Вокруг – великие творенья,
Дар, что дано нам обрести,
В них – и сожжённые мгновенья,
И страсть, зажатая в горсти…
Лувр, Эрмитаж, Боргезе, Прадо —
Всё видится теперь другим.
И рада ты, и мне награда,
Что хорошо здесь нам двоим.
Сияешь, радости полна,
От этой праздничной мороки.
Опять на улице весна,
Опять поэт диктует строки.
Слог только кажется простым —
Какие краски и гротески!
Взять кисть и, восхищаясь им,
Расписывать под сводом фрески,
Слагать с любовью эпиграммы,
Чтоб по душе, а не по моде,
Чтоб по весне звучали гаммы,
Как мы, сливаясь в хороводе.
Мы повстречались не случайно,
И было это той весной.
В глазах твоих светилась тайна
Судьбы, играющей со мной.
К нам словно прошлое вернулось,
Моложе мы на целый век.
Ты подошла и улыбнулась,
И будто замер жизни бег.
Нечасто нас она качала,
Цветами выстилая путь,
Но отмечала, отвечала —
Всё сбудется когда-нибудь,
Дано сполна тебе, ты сможешь
Познать удачи вкус и цвет…
Уже на завтра не отложишь,
Пора, пусть книжка выйдет в свет.
Как встречи, строки не случайны,
Жизнь лишь одна и нет иной.
Пусть длится век, а с ним и тайна
Судьбы, играющей со мной.
Эта девушка земная —
Близкая, давно своя.
Знают все, а понимают
Ангел, верный ей, да я.
И живется ей не просто,
В вечных поисках душа.
Пленница земного ГОСТа
По земному хороша.
Где искать Тебя? – Край света,
Нити связаны судьбой.
Это же твоя планета,
Шар небесно-голубой.
Красотой её я ранен.
Шелест трав, закат, восход…
Моцарт, как и ты, землянин,
Реквием любви поёт.
День земной подобен чуду —
Море, солнце, звезд покров.
И его я не забуду,
И Тебя среди миров…
Не захлопнуты двери вечности,
Но затеряны к ней пути,
Как в тумане – года беспечности,
Что потеряно – не найти.
Что дано ещё от рождения —
Неосознанно, но светло.
Тех догадок нагромождение
Всё куда-то меня вело.
Что успехи – сплошь испытания,
Что удачи – их будто нет.
Расстояния, расставания,
Птицы счастья пропал и след.
И боится душа пророчества,
Словно звук шагов – тишина,
Неизбежного одиночества,
Что придется испить до дна…
Не откроются двери вечности,
Этих тайн никто не постиг.
Жизнь мала в своей скоротечности,
Не покажет путь проводник.
Рождались звёзды, вспыхнув в небесах,
Над целым миром мы с тобой парили,
Под нами города, столетья плыли,
Судьба лежала у тебя в руках.
Был путь наш без начала и конца,
Как Млечный Путь, что был, и есть, и будет,
Соединяя всех, кто ждёт и любит,
Кто свет хранит любимого лица.
Какие силы мы в себе таим,
Наш дар, он, как миры неисчерпаем,
Сквозь тернии мы к звёздам прорастаем,
И с вечностью, как звёзды говорим.
Заслоняем своими плечами возникающее меж нами – как ладонями пламя хранят.
Андрей Андреевич Вознесенский
Протяни мне навстречу ладони
И покрепче меня обними.
Растворимся друг в друге, утонем,
Наши души мечте отворим.
Словно их неземное звучанье
Я услышал, к тебе прислонясь,
И шепчу тебе снова признанья,
И судьбу умоляю: «Не сглазь!»
За спиною вселенная плещет,
Мы как будто хотим сохранить,
Этот сон удивительный, вещий,
Эту чуда возникшего нить.
Ночь. Ангелы. Звезда над Вифлеемом.
Волхвы с дарами. Скопище дорог.
С востока вёл их свет, вёл неизменно
Служить Творцу, и в яслях дышит Бог.
Но жизнь мелькнула, путь земной был задан,
Спасая мир, он знал, что пробил час.
Земля сжималась Гефсиманским садом,
И был он смертным, как любой из нас.
Все горести вобрав и смерть отринув,
Вернётся к нам, а с ним – Любовь и свет.
Но горько как рыдает Магдалина!
Ей в этом мире утешенья нет.
Взгляни же на меня, как я грущу, —
Луна, бессонница и с дудочкою муза.
Нет, никуда тебя я не пущу,
Так хрупок мир, пусть крепнут наши узы.
Иерусалимский базар,
Как много в нём запахов, звуков,
Он вечен, как мир, хоть и стар,
Для деда хорош и для внука.
Изюм, курага и халва,
И жгущие руки лепёшки,
И камни, шелка, кружева,
И солнечный зайчик в окошке.
И лавочек узких ряды,
Торговцы и толпы прохожих,
Ведут сквозь столетья следы
Похожих и так не похожих…
По улочкам бродят друзья,
Эпохи слились, словно реки.
Восточный базар, толчея…
Здесь время застыло навеки.
как горька моя победа
Лучшее, что хранится в тайниках нашей памяти, – вне нас.
Марсель Пруст. «Под сенью девушек в цвету»
Жизнь – как былые города,
В чьи переулки нет возврата,
Но всем нам хочется туда,
И грусть о детстве – наша плата.
Вернуться бы туда, в тот день,
Жизнь впереди и три дороги,
К прекрасным девушкам под сень,
Под сенью их в цвету чертоги.
Но нет, назад не повернуть,
И прошлое неповторимо,
И стелется по рифам путь,
И Ангелы ведут незримо
В мир детства, в наши города.
Мы с ними неразрывно слиты.
Вернуться бы на миг туда
Без ореола и без свиты
И встретиться с самим собой.
Жизнь и душа – всё нараспашку.
Ещё в тумане путь земной,
Ещё не отдана отмашка.
Несётся жизнь – поток бурлящий,
Всё чередом своим течёт.
Ей выпало быть в настоящем,
Поэт немного отстаёт.
Он, госпоже своей внимая,
Надеется, а вдруг она,
По-царски руку поднимая,
Ему помашет из окна.
Потом пойдёт своей дорогой
И затеряется вдали.
Не ждёт, но и не судит строго
И не зовёт в свой край Земли…
Сердца пленённые – трофеи.
В очах как этот мир велик!
Нам кажется, что мы – Орфеи,
Но не находим Эвридик.
Крылья мои в огне,
Горький исход беспечности.
Вспомнишь ли обо мне
Там, за порогом вечности?
Надвое разделён.
Разве душа угонится?
День – словно сладкий сон,
День – и опять сторонится.
Видно, нельзя смешать,
В разных мирах мы разные.
Имя одно, но звать…
Письма летят отказные.
В мире из рифм и строк
Не разлучить нас вёрстами,
Чтоб надышаться впрок.
Судьбы давно уж свёрстаны.
Можем творить, мечтать,
Ждать и встречать без повода,
За руку взяв, летать
В синем небе над городом.
Краток мечты полёт,
Взмыл – и вот пробуждение,
Мир, где никто не ждёт,
Жизнь и та – на мгновение.
Что нам дано судьбой?
Выскользнет – не заметишь.
Как тень иду за тобой,
Зная, что не ответишь.
Ты видишь, я к тебе иду,
По тонкому ступаю льду,
Иду, боясь спугнуть мечты.
А вдруг опять исчезнешь ты?
Спрошу судьбу я, как мне быть?
Не в силах я тебя забыть.
Так есть надежда или нет?
Повис вопрос, но ждёт поэт.
Ты можешь всё, в твоих руках —
Свиданья миг, прощанья страх
И правила, что так просты:
Всё будет, как захочешь ты…
Ты видишь, я к тебе иду,
По тонкому ступаю льду,
Иду, не зная наперёд,
Что завтра нас с тобою ждёт.
Ты от меня отходишь в сторону,
Ты мне не хочешь отвечать,
А ведь судьбою уготовано
Тебе такого повстречать.
То мчит к Тебе с кавалергардами,
Чтоб обогнать мечты полёт,
То песнь любви слагает с бардами
И для Тебя её поёт.
Другие согнуты под грузами
Привычек, денег, скучных дел,
А он, Тебя назвавши музою,
Зовёт совсем в иной удел…
Оставь у входа все сомнения,
Ведь там – Эдем для нас двоих,
За дверью той – судьбы владения,
Там – город наш, наш век, наш стих.
Задёрнуты наглухо шторы,
И улицы шум вдалеке.
Здесь судьбы, мечты, разговоры
Затеряны на островке.
И звёзд в полумраке не видно,
И прячется солнечный свет,
А им за стеной любопытно,
О чём же расскажет поэт.
Рисует он солнце и небо,
И бьющую в берег волну.
В краю том диковинном не был,
Придумал он эту страну…
Так хочется шторы откинуть
И настежь окно распахнуть.
Земного пути – середина.
Но даст ли судьба повернуть?
Слава тебе, безысходная боль!..
Анна Андреевна Ахматова
Вот он, тот день безысходный, тот час,
Что разлучает с любимыми нас,
Душит, как ночь, что не верит в рассвет,
Воплем судьбы через тысячи лет.
Видно, не зря, как Кассандра бедой,
Грезила я вечно быть молодой,
Всё повторяла, спеша, нараспев:
«Стонет душа молодых королев».
Как им знакома щемящая боль —
Знать, что из дома уходит король!
Хлопнула дверь, просочилась беда,
Верь иль не верь, но теперь – навсегда.
Я же не ведаю участи той,
Верю, что будет мой век золотой.
Пусть подступает к вискам седина,
Знаю тебе и такой я нужна.
День перемены – благословен!
В целой вселенной – нет мне замен
Что же ты медлишь? Страсть иль не страсть?
Что же ты дрейфишь? Страшно упасть?
Если споткнёшься – я подниму,
Чуть улыбнёшься – я обниму,
Взглядом поманишь – рядом уж я,
Руку протянешь – вот и моя.
Сердце стучало, мчалось любя.
Как я скучала там без тебя,
Как я искала, только б нашла,
А повстречала – мимо прошла!..
Вот он, тот день безысходный, тот час,
Что разлучает с любимыми нас.
Там, за порогом, вечности свет,
Молится Богу, плачет поэт.
Как я покину? Эй, перестань!..
Горькой судьбины – горькая дань.
Что же в итоге? Нет нам пути,
Сбились с дороги, прощай и прости!
Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи.
Джером Дэвид Сэлинджер
Волненье, забвенье, страданье,
Что больше не стерпит душа,
Не вынесет боли изгнанья
(Ах, как же она хороша).
Проснусь ли усталый средь ночи,
Дыханье бессонницы жжёт,
А память всё точит и точит,
И мысль о тебе бережёт.
Я всю тебя сердцем запомнил,
От пяток до самых бровей.
Мы станем в разлуке бездомней
Деревьев, лишенных ветвей.
Так пел я тебе, умирая,
И вечность меж нами легла,
Прощаясь с тобой и не зная,
Куда нас разлука вела.
Как хрупки надежды сосуды:
Шагнешь чуть не так – и разбил.
И только забрезжится чудо —
Уже ты его погубил.
О, если б я знал, что случится!
В силках – словно раненный зверь.
Но сердце напрасно стучится,
Ему не откроется дверь.
Что будет со мной, я не знаю.
Что делать, как жить мне, скажи?
Так раз только в жизни бывает —
Над пропастью виснешь во ржи…
В волненьи, забвеньи, терзаньи,
Что больше не стерпит душа,
Угаснет, оставив признанье:
«Ах, как же она хороша».
Бесплатный фрагмент закончился.