– Господин генеральный директор, а как насчет названия фирмы? Как-то неправильно соглашаться работать, не зная, где, – спросила Цаца, добавив в голос официоза.
– Я предлагаю назвать просто и со вкусом, – вмешался Че́ша, – «Купим вашу душу».
– Очень хорошее название, – прокомментировала будущая коллега, – особенно с учетом аббревиатуры КВД.
– А чем тебе не нравится КВД? – удивился автор идеи.
– Хорошее название, говорю, только с кожвендиспансером могут перепутать.
– Друзья, – вмешался вдохновитель и, само собой, руководитель фирмы, – не будем ссориться по пустякам. У нас еще будут серьезные темы для споров. И не только в названии, но и в разговорах не стоит употреблять слово «душа». А название фирмы непринципиально. – Александр Максимович посмотрел на свой зонт, который очень походил на трость. – Пусть будет «Белый зонт».
Че́ша взял еще один лист бумаги, и через несколько секунд на нем появился белый зонт.
– Я не представляла, как это можно нарисовать ветер, – воскликнула Цаца, глянув на рисунок.
– Это ты меня еще в драке не видела, – художник расплылся в улыбке, польщенный похвалой.
Офис фирмы «Белый зонт» расположился на первом этаже того же дома, где располагалась и мастерская Че́ши. Очевидно, у гендиректора имелись соответствующие средства, и результаты ремонта и оформления офиса выглядели весьма убедительно и более чем «просто достойно». Гость даже на секунду не должен усомниться в солидной истории этой надежности компании. Современность интерьера в сочетании с элементами, которые указывали на долгий путь в бизнесе, создавали атмосферу доверия. А помогали этому фотографии, на которых запечатлен генеральный директор с различными известными личностями в разные годы их жизни.
Когда Че́ша первый раз вошел в офис, его поприветствовала элегантная русоволосая красотка в безупречном офисном костюме. Весь ее вид показывал высокий статус компании, поскольку компания может себе позволить такого секретаря. Че́ша «включил ловеласа»:
– Сударыня, а мы, часом, не встречались раньше?
«Сударыня» перестала улыбаться и плюхнулась в кресло.
– Надо же, каким дебилам достается талант, – ответила секретарша голосом Цацы.
– Уже и пошутить нельзя? – промямлил Че́ша, оправдываясь за реальную глупость подката.
– Если ты это блеяние называешь шуткой, то еще больше меня разочаровываешь, – отрезала коллега.
В общем, офис начал свою работу.
А это значит, в первую очередь потянулись сюда те, кто зарабатывает на офисном планктоне: поставки и обслуживание кулеров и кофемашин, смена картриджей и поставка бумаги, клининг и климат, парфюмерия и косметика, таблетки от всего и для всего, а также приворот и отворот, предсказания конца света и, само собой, гарантия его пережить за соответствующую плату.
И жизнь в офисе потекла своим чередом.
Настало время, уважаемые читатели, мне, автору, сказать несколько слов о событиях, которые начинают разворачиваться на наших глазах. Я стараюсь описывать лишь те события, свидетелем которых являлся. А если и пользуюсь какими-то дополнительными источниками информации, то лишь достойными, по моему мнению, доверия. Тем не менее не все происходящее я могу объяснить с точки зрения логики. Жизнь – штука сложная, и лишь малая толика виденного или используемого нами может объясняться логикой, опытом и даже наукой. Очень многие из нас, например, не знают, откуда в розетке берется электричество или как в холодильник попадает холод, но это совсем не мешает нам пользоваться и тем и другим.
Так и в этой истории. Если есть возможность поведать о причинах происходящего, то разъяснения непременно последуют. А когда у меня нет предположений, почему Оксана, такая независимая и работающая исключительно на себя, вдруг согласилась присоединиться к команде «Белый зонт», то так и говорю:
– Я не знаю. Могу только предполагать.
Скорее всего, нужные ей деньги на лекарства для племянника не являлись сколько-нибудь веской причиной, поскольку она и сама могла быстро заработать такую сумму. Более того, пройдясь по своим должникам, легко набрала бы столько и без нарушений личных принципов: работать только на себя, не зависеть от кого бы то ни было, не верить никому.
Подозреваю, Цаца и сама до конца не понимала причины, побудившие ее сначала вернуться поблагодарить, а потом и ввязаться в это однозначно сомнительное предприятие. Любой человек, даже самый независимый и самодостаточный, хочет иметь свой «домик», оказавшись в котором, он обретает мир и покой. И неважно: покой этот реальный или иллюзорный. Вот я и думаю – может, Оксана Сергеевна, она же Цаца, она же SOS, она же Хакнувсе, подсознательно почувствовала: эта компании, пусть и на время, может быть для нее такой тихой гаванью. Хотя поручиться в абсолютной верности моих рассуждений я не могу.
Вот с решением Че́ши присоединиться к внезапно возникшему прожекту все, на мой взгляд, обстоит куда проще. Хоть он тоже по жизни одиночка, но будучи натурой творческой, всегда желал достойных оценок своим творениям. Достойных – означает только восхищенных. Ну или с признанием его таланта как минимум. Любую иную оценку он считал неприемлемой. Ибо критические замечания лишали его желания творить, а не творить он не мог, даже осознавая недоступность своих работ широкому кругу любителей живописи. И перспектива общаться постоянно с людьми, которые могут хвалить результаты его труда, не оставила ему выбора. Тем более и странный господин, и не менее странная девушка были еще и интересны Че́ше.
С самим же главой компании, как мне подсказывает опыт, разбираться нам придется еще очень долго. Вряд ли мы достоверно узнаем о его прошлом, кроме того, как это прошлое проявится в его суждениях, поступках, привычках, а также в разных мелочах. Пока же известно только его имя, а также прозвища: Сан-Максыч от Цацы и Босс от Че́ши. И еще тот, кого мы уже знаем под именем Александр Максимович, хорошо осведомлен: после первых же успехов фирмы обязательно объявится Оппонент. Он всегда появляется, когда кто-то творит добрые дела, и к этому нужно быть готовым.
Но раз уж я взялся рассказать эту историю, то вернемся к повествованию.
После решения первоочередных вопросов страница из записной книжки с выполненным планом сгорела в пепельнице. Генеральный директор решил обратиться к персоналу:
– Друзья, прошу минуту внимания. Проведем производственное совещание. Не сомневаюсь, вы ребята умные и самостоятельные, поэтому в каждом отдельном случае сможете впредь самостоятельно находить правильные решения. Но я бы все-таки хотел рассказать вам о бизнесе, которым мы будем заниматься. Первое: наш бизнес абсолютно легальный. Я считаю, вас не напугает дело, в котором пришлось бы немного конфликтовать с правоохранительной системой. Естественно, имеются в виду конфликты, которые не противоречат вашим этическим нормам и моральным принципам.
– Вопрос, – Цаца, как послушная ученица, подняла руку, и когда главный кивнул, спросила. – Вы против нарушения закона, а как же тогда мои обязанности, которые потребуют, как мне кто-то сказал недавно… – Девушка изобразила, будто вспоминает, а потом процитировала, – «пересекать границы… правового поля»?
Цаца округлила глаза и захлопала ресницами, демонстрируя выражение лица, которое можно описать, как «невинность в сочетании со стремлением познать этот мир».
Сан-Максыч видел иронию, но ответил серьезно:
– Вы, Оксана Сергеевна, пропустили в цитировании моего высказывания слова «время от времени». А сие означает – пересекать границы правового поля вам придется в виде исключения. А сейчас я говорю о глобальных и основополагающих правилах.
Цаца опять подняла руку.
– Вопрос. Насколько часты могут быть эти, как вы выразились, исключения из правил?
Александр Максимович глубоко вздохнул:
– Бывают правила, исключений из которых больше, чем самих правил. Но вернемся к нашему виду деятельности, который не только не регламентирован законодательно, но даже не признается существующим. Сразу, предваряя возможные вопросы, объясню: нарушений действующих порядков коммерческого оборота душ человеческих не предусмотрено ни одним законом ни одного государства на этой планете. И ежели придется нам пересекать границы дозволенного, то лишь в той степени, которая обеспечит свободу и безопасность всех работающих в фирме и обращающихся к нам.
– Теперь перейдем к орудиям, так сказать, труда, – с этими словами директор открыл ящик и выложил на стол две очень хорошо выполненные визитки. На визитках имелось только имя и название фирмы. По одному экземпляру на каждого.
– Почему только одна визитка? Как я знаю, визитки нужны для раздачи всем своих контактов, – резонно заметил Че́ша.
– Похоже, здесь встроен чип, – предположила Цаца. – Эдакая электронная визитка. Прикладываешь к мобильнику, и автоматом скачивается информация о контакте на чужую мобилу.
Генеральный одобрительно глянул на «хакера высокой квалификации», как ее охарактеризовала Матрена. Цаца почувствовала одобрение, но, похоже, высказав предположение, она не была уверена в своей правоте.
– Да ладно, – воскликнула девушка, а потом предложила Че́ше. – Лови мой контакт. – А когда тот не понял, пояснила. – Даю тебе мой номер телефона. – И приложила свою визитку к смартфону коллеги.
На экране мобильника появилось диалоговое окно с вопросом о согласии загрузить контакт Оксаны Сергеевны Смирновой. Че́ша подтвердил, и следом появился нужный контакт с хорошим фото.
– Видишь, как удобно, – заявила Цаца, прикладывая теперь карту к своему аппарату.
Немного постучав пальцем по дисплею своего смартфона, она показала Че́ше результат – на ее смартфоне коллега увидел копию экрана своего мобильника.
– Вот твои контакты, – комментировала хакерша, глядя на экран своего девайса. Вот твои приложения. Фотки смотреть не буду. Честно. Можешь не напрягаться.
– Объясните эту хрень? – не понял происходящего молодой человек и уставился на своего босса.
– Объясни, – попросил тот Цацу.
Девушка вздохнула, как вздыхает отличник, которого просят в сотый раз разъяснить последнему двоечнику элементарную вещь.
– Я приложила карту к твоему смартфону, и он через NFC запросил диалог, вроде как для передачи данных моего контакта, ты дал согласие, но это согласие относилось и к разрешению дистанционного управления твоим смартфоном. – И, полюбовавшись растерянностью напарника, сообщила. – Да, не переживай ты так, удалила уже твои данные. И фотки, еще раз повторяю, не смотрела.
– Да сдались тебе мои фотки? – Че́ша и сам не понимал, почему он так раздражается. – За своими следи. Думаю, там есть чем полюбоваться.
Цаца ничего не ответила, и Че́ша немного устыдился своего поведения.
«Но не извиняться же, если тебя обвели вокруг пальца», – подумал художник и, взяв лист, нарисовал себя грустным и несчастным.
Оксана посмотрела на рисунок и по-матерински прижала его голову к своей груди.
– Бедный мальчик, никто его не любит, – проговорила она сердобольно, Че́ша не стал вырваться, а только тяжко вздохнул.
Сан-Максыч наблюдал за этой «трогательной» сценой недолго.
– Хватит, прекратили эту «сантубарбару». Продолжим. Вот это ваши специальные средства, – сказал он и положил на стол два очень компактных футляра для очков.
Молодые люди, имеющие уже некий опыт, с подозрением посмотрели на очередную новинку. Когда открыли очечники, в них очки и оказались. Че́ша первым надел предложенный девайс. Стекла были прозрачными, оправа легкая, но ничего особенного в них не имелось. Спустя минуту детальных изучений Че́ша нашел-таки скрытую кнопку, которую и нажал. После этого стекла очков превратились в мини-дисплеи.
– Ух ты! – воскликнул молодой человек и посмотрел на Оксану.
Программа тут же распознала лицо и текстом обозначила: «Ваш контакт. Цаца».
– В смысле, «ух ты»? – не понимала Цаца, пытаясь разобраться с приспособлением.
– Режим «Объект без одежды» – это круто, – ответил парень, в упор разглядывая коллегу.
– Раздевать глазами – это точно твое, – ответила безразлично Цаца, но отошла и села за монитор.
– Нет такого режима, – отрезал босс, которому уже изрядно надоели эти детские шалости, и продолжил инструктировать. – Короткое нажатие активирует текстовый режим, длинное – голосовой. Естественно, виртуальный ассистент…
– Нет, – прервала директора Цаца с надеждой в голосе.
– Да, – произнес с нажимом тот, – Матрена. Вы уже с ней знакомы, к тому же есть возможность дистанционного с ней общения.
– Я тоже рада приветствовать тебя, подруга, – раздался знакомый голос, который девушка слышала через заушник, прижатый дужкой.
– А как я-то рада, – ответила Цаца, изображая наивысшую степень искренности.
– Привет, привет, – поздоровался в свою очередь со знакомой Че́ша.
– Вот и замечательно, – заключил босс. – Дальнейший инструктаж продолжит Матрена.
Сан-Максыч прошел в свой кабинет, а Матрена предложила обратить внимание на стол с разложенными там иными штучками.
– Возьмите авторучки. В них, как вы понимаете, встроены трекеры, которые могут отслеживать местоположение любым доступным способом связи, а также в автономном режиме. Кроме того, в настройках вам надлежит установить сигнал опасности (написанное слово, жест или сочетание нажатий на специальную кнопку), который я приму и передам куда нужно в соответствии с ситуацией. Естественно, это только в случае, когда ваши солнцезащитные очки…
– Какие они, нафиг, солнцезащитные? – прервал Че́ша, разглядывая абсолютно прозрачные стекла.
– Очки, которые вы держите в руках, имеют стекла типа «хамелеон», меняющие степень затемнения в зависимости от степени освещенности. А также имеется возможность их перевести в режим зеркальных стекол. Вот так. – И стекла превратились в зеркало с одной стороны, оставаясь абсолютно прозрачными с другой, а «инструктор» по «интересными штучкам» продолжила:
– Кроме этого имеются режимы ночного видения и наблюдения в инфракрасном спектре. Надеюсь, вам не нужно объяснять, зачем это нужно…
– Почему не нужно? – перебил Че́ша.
– Подруга, объяснишь потом или могу перейти на режим объяснения для чайников. Но это в три раза дольше, – парировала Матрена, обратившись к Цаце.
– Да пошутил я, – отозвался вступивший в дискуссию молодой человек.
– Да поняла я, просто с шутками у тебя еще хуже, чем с физикой, – ответила виртуальная ассистентка.
Че́ша посмотрел на коллегу в поисках помощи, но та многозначительно подняла брови, и это могло значить только: «Молчу-молчу».
– Продолжим, – опять деловым тоном сообщила Матрена, – в темных футлярах лежат наушники.
– И для чего они? – поинтересовался Че́ша.
– Для преобразования звуковых колебаний в электромагнитные, – ответила инструктор и, дождавшись удивленного взгляда от слушателей, который означал «и все?», добавила:
– Вне зависимости от расстояния до источника звука. И это расстояние может быть любым. В пределах прямой видимости до источника звука будет обеспечена отличная слышимость. А также наушники могут считывать звуки с динамиков смартфонов, планшетов и ноутбуков. Короче, с любого устройства, которое имеет динамики.
Пока слушатели осмысливали сказанное, Матрена двигалась в своих инструкциях дальше:
– А теперь обратите внимание на офисные кресла. Думаю, вы догадываетесь: они только с виду кажутся обычными. На самом деле это устройство может разгоняться до скорости сто километров в час за шесть и шесть десятых секунды…
– Серьезно? – с удивлением спросил Че́ша, присаживаясь на кресло и ощупывая его.
Матрена хмыкнула и ответила:
– Ты не только шутить не умеешь, но и шуток не понимаешь.
Цаца, уже не сдерживаясь, громко засмеялась.
– Про все остальное правда, – закончила объяснения Матрена, и коллеги сняли очки.
– Интересные штучки, – отметил Че́ша.
– Согласна, – ответила Цаца и аккуратно забрала свои девайсы.
Че́ша последовал ее примеру.
Гоша с детства знал: он будет большим человеком. С тех самых пор, когда еще даже не понимал толком значение этих слов – «большой человек». Просто периодически слышал, как мама или папа с придыханием произносили эти слова в чей-то адрес. Вот это благоговение вызывало в нем желание стать тем, о ком с таким же с восторгом когда-нибудь будут все говорить.
Став постарше, Гоша начал читать книги. И предпочитал он те, в которых про больших людей писалось. Но никакой закономерности между такими разными людьми, добившимися власти, он не находил. Кто-то получил великолепное образование, а кто-то едва осилил грамоту. Кто-то был красив и статен, кто-то неказист и даже уродлив. Одни блистали талантами, другие вообще ничем не выделялись из окружения.
Чуть позже, осмысливая прочитанное о различных персонажах, властителях судеб, Гоша понял главное – их всех объединяла жажда власти и своевременное осознание этой собственной черты.
И это открытие парень пережил как самое большое потрясение и знак: важно ни на секунду не забывать о своей цели. И пока он осмысливал, как этой цели добиться в стране, где вроде как провозглашаются иные ценности, сама страна перестала существовать. И Гоша вдруг подумал: «А может, власть – это деньги?»
Но после нескольких попыток подняться выше мелкого бизнеса осознал: путь к статусу «большой человек» не лежит через бизнес. Только политика – это та область, где можно добиться амбициозной цели.
Да, здесь толкаются локтями, ставят подножки, затаптывают споткнувшегося, стреляют в спину тем, кто вырвался вперед. Все это Гоша воспринимал как норму, поскольку не будь всего этого, любой бы мог добиться власти. А власть, она не для всех, а лишь для истинно ее жаждущих. Посему власть можно и должно только брать: силой, угрозами лестью, унижением, предательством – неважно. Все средства хороши.
И Гоша, ничуть не сомневаясь, женился на милой и привлекательной однокурснице. Но такой она была ровно до того момента, пока не накачала грудь, попу и губы. Отсутствие чувств с обеих сторон компенсировалось для Гоши приближением к папе жены – важному чиновнику в значимой губернии, а для Анжелы – свободой от родительской опеки.
Так они и жили свободно и радостно, пока Анжела не узнала вдруг о своей беременности. К тому же срок уже не позволял от ребенка избавиться. Вице-губернатора – папу Анжелы – рождение внука невероятно обрадовало и даже отвлекло от очередной молоденькой любовницы, но лишь на время. Активное участие вице-губернатора в судьбе внука закончилось, когда на экзотическом острове счастливый дедушка умер во время любовных утех, приняв перед этим изрядную долю лекарств, этим утехам способствующих.
Смертью тестя Гоша воспользовался по полной. На траурной церемонии ему удалось поручкаться с очень большими людьми, которые, успокаивая членов семьи усопшего, обещали покровительство и помощь. Благодаря этой помощи Гоша стал сначала советником губернатора одного из субъектов федерации, а затем и директором департамента в федеральном министерстве.
В своем стремлении к власти про семью Гоша почти не вспоминал и не заметил, как вырос сын. Ничем не примечательный нормальный парень. Никакого толку от такого «нормального» сына Гоша не видел, кроме возможности породниться с кем-то из нужных людей. Но «нормальный» сын и здесь оказался самим собой и привел в дом никакую, по части связей или родства, жену. Хорошенькая и обаятельная женщина сделала сына Гоши счастливым, но только не это требовалось чиновнику. И он, мягко говоря, вычеркнул семью сына из круга общения. Поэтому стало полной неожиданностью приглашение на крестины внучки. А той уже, оказывается, исполнилось полгодика.
Гоша не очень-то и желал встречаться с невесткой и сыном, но жена, редко на чем настаивающая, категорически потребовала явиться на мероприятие. И Гоша пропал. Подержал в руках совсем маленького человечка, который с полным доверием, в отличие от своей мамы, смотрел на деда. Внучка показала язык, сказала «Бр-р-р-р» и засмеялась звонко. Мать, не отходившая от ребенка ни на шаг, очень удивилась такому общению с дедом, поскольку не слышала от дочери подобного.
После этого Гошу будто подменили. Перед глазами у него постоянно стояла улыбка внучки. Его только назначили на место руководителя федерального агентства под конкретный проект, где в его обязанности входило «не замечать» некоторые недочеты и согласовать выделение очень немалых бюджетных сумм нужным фирмам. Но исполнители уж слишком явно игнорировали условия тендера и получили от ворот поворот. Подрядчик обратился куда надо, и Гошу вызвал к себе очень важный человек. Этот очень важный человек долгое время курировал Гошу и даже испытывал к тому почти теплые чувства, несмотря на громадное различие статуса.
Хозяин, одетый по-домашнему, разговаривал по-дружески. Спросил гостя про дела, и когда тот начал отчитываться, в какой-то момент перевел тему на личные заботы. Внимательно послушав про внучку, собеседник остановил Гошу жестом, немного помолчал и произнес:
– Ты знаешь, как я к тебе хорошо отношусь, – Гоша напрягся, понимая, сейчас ему сейчас дозволено только согласно кивать. – Я не только хорошо отношусь к тебе, но и имею на тебя определенные планы. Мы будем уходить и нам нужно оставить на своих местах людей, которым доверяем. Власть же штука коварная – ты от нее отошел, и уже кто-то иной может воспользоваться и тебя прижать к ногтю. Всех есть за что прижать. А чем больше у тебя власть, тем больше причин бояться разбирательств. Поэтому нужно после себя оставлять людей надежных. Ты надежный.
Очень большой человек говорил тихо, и приходилось прислушиваться. Он сделал пуазу, налил в бокалы коньяк.
– Я понимаю, сколько будет желающих потоптаться на нас, но компромат у меня на всех имеется, и подмочить мою репутацию им вряд ли удастся, – Хозяин посмотрел в глаза, и Гоша выдержал его взгляд. – И на тебя есть, но я знаю: тебе можно доверять и без этого. Поэтому мне важно знать, как у тебя дела. Тут люди приходили. Жаловались, мол, большие деньги потеряли. Очень большие. Но не в деньгах дело. Я все гадал о причинах произошедшего. Это для меня важнее. А вот теперь поговорил с тобой и понял. Ты, Гоша, со мной откровенен, и я это ценю. И слабость твою понимаю. У кого их нет? Но я тебе уже говорил и еще раз повторю, у меня на тебя очень большие планы. Поэтому по отношению к этому… – собеседник постучал себя по груди. – Нужно принимать меры.
Гоша проникся, но пока не понимал сути требования хозяина.
Тот протянул визитку.
«Смирнов Александр Максимович. Генеральный директор. „Белый зонт‟».
Бесплатный фрагмент закончился.