© Федорова Ж. Н., 2010
Уж мне давно пора остепениться,
Принять серьезный вид и мудрый взгляд,
С доверчивой наивностью проститься
И в строгий облачить себя наряд.
С гостями разговор вести негромкий
За чашкой чая, сидя за столом,
И смех не должен быть, как раньше, звонким.
Воспоминанья – только о былом.
Ну, нет, друзья мои, ведь это скучно
Жить в норке замкнутой, тихонечко скуля.
И оградить себя собственноручно
От бурь житейских не готова я.
Я танцевать люблю и петь романсы,
Поклонники пусть дарят мне цветы,
И в легком ритме медленного вальса
Умчат меня в Эдем мои мечты.
Не стану я пока остепеняться,
Мне вовсе не к лицу серьезный вид,
Я постараюсь чаще улыбаться —
Мне скука в жизни вовсе не грозит.
Перебирая в памяти чудесные мгновенья,
Что пережиты были мной давным давно,
Я обнаруживаю с удивленьем —
Как много счастья было мне дано.
Я улетала в небеса от счастья,
Когда любовь жгла сердце мне огнем,
И хмурое осеннее ненастье
Лишь мне одной казалось светлым днем.
Мне небо звездное дарило вдохновенье,
Луна окрашивала серебром цветы,
И яркий солнца луч при первом появленьи
В реальность превращал мои мечты.
И губ к моим рукам прикосновенье,
И страстные признанья при луне,
И алых парусов прекрасное виденье
Ко мне являлось наяву, а не во сне.
Все эти чудные, волшебные мгновенья
Мне память возродит в какой-то час
И превратит в романс, в стихотворенье,
Которое я напишу для вас.
Я живу в каком-то странном мире,
Словно в заколдованной тиши,
Словно еле слышный SOS в эфире
Иль шуршание листвы в лесной глуши.
Жизнь вокруг – потоки водопада,
Пир страстей – накал до красноты,
Только я в тени и мне не надо
Света яркого и суеты.
Все как будто где-то происходит,
Только не со мной и не во мне,
Дни, недели, месяцы проходят,
Как в каком-то нереальном сне.
Лунный свет, серебряный и нежный,
Ближе мне, чем яркий солнца луч,
Вырвавшийся с легкостью небрежной
Золотой стрелою из-за туч.
Сказочное Болеро Равеля,
Нежный голос трепетных гитар,
Звуки чувственной виолончели
Мне дороже праздничных фанфар.
Я живу в своем, особом мире,
В мире голубых полутеней,
Доверяя мысли только лире,
В ней найдя покой душе своей.
Ничто не предвещало перемен
В рутине тихого и скучного старенья,
Когда осенней слякоти взамен
Уже не ждешь весеннего цветенья.
В душе давно все бури улеглись,
Отголосив на все лады когда-то;
Из памяти, казалось, унеслись
В небытие события и даты.
И вдруг, как гром в небесной тишине,
Взорвавший гладь душевного покоя,
Звонок из прошлого ворвался в дом ко мне,
И голос в трубке памятно знакомый.
«Ну, как живешь?» Ну, что же мне ответить?
«Давай увидимся». И, слушая его,
Я отвечаю, хоть вопросы эти
Не значат ровным счетом ничего.
Перед глазами, словно из тумана,
Всплывает ярким красочным пятном
Далекая пора любовного дурмана,
Лучом прорезав в памяти окно.
«Давай увидимся». И пусть, назло сединам,
Покрывшим наши головы давно,
Дадим воскреснуть тем мгновеньям дивным,
Пьянящим, словно терпкое вино.
Ничто не предвещало перемен
В рутине тихого и скучного старенья;
И вдруг – звонок, и слякоти взамен
Опять в душе – весеннее цветенье.
С. Есенину
Поговори со мной, Сергей Есенин,
Ведь как в молитве «смертью смерть поправ…»,
Ты жив, и слог стихов твоих бесценен,
Неповторим и твой мятежный нрав.
Про клен заледенелый и ветвистый,
Про чувственную вьюгу ты писал,
Но ты еще прослыл и скандалистом,
И хулиганом сам себя назвал.
Москву кабацкую воспел в стихотвореньях,
Страну березового ситца обласкал,
Родную Русь грядущим поколеньям
Любить, беречь, лелеять наказал.
Жаль, что не до́жил ты до лет преклонных,
Осенних бурь в душе не пережил,
Что б ты еще, гуляка «забубённый»,
В своих стихах прочесть нам предложил?
Как рано ты ушел, но я не верю
В причину случая в твоей судьбе.
Так что ж произошло там, в «Англетере»?
И что за «черный человек» пришел к тебе?
Давай с тобой душевно поболтаем
И под твою тальянку запоем:
«Отговорила роща золотая
Березовым веселым языком…»
Я все еще чего-то жду,
В душе не гаснет свет надежды,
Здесь разум с сердцем не в ладу,
И я чего-то жду, как прежде.
Поговори, судьба, со мной,
Открой ты мне мои же карты —
Что ждет меня в пути земном?
Шепни мне значимые даты.
Каков, скажи мне, жребий мой?
Кто из толпы мне улыбнется?
И чья судьба с моей судьбой
Хотя б чуть-чуть соприкоснется?
Нет, ничего не говори,
Не зарони в душе тревогу;
Луч алый утренней зари
Пусть освещает мне дорогу.
Не знаю, долог ли мой путь,
Но я иду вперед с надеждой.
Судьба, ты только не забудь,
Что я чего-то жду, как прежде.
Я не стану бороться за душу твою,
За любовь, за внимание, верность,
Чувства бурные я от тебя утаю,
Взгляд не выразит тайную нежность.
А при встрече с тобой я небрежно кивну,
Отвернусь, не дождавшись ответа,
Просто мысленно крепко тебя обниму,
Только ты не узнаешь об этом.
И всю ночь в тишине под холодной луной
Жизнь свою я, как книгу, листала,
Было все, только не было встречи с тобой —
Я тебя слишком поздно узнала.
Расплескала заря золотые лучи,
Погасила фонарики-звезды,
Сердцу я прикажу: «Не боли, замолчи» —
Я узнала его слишком поздно.
Зимний вечер, длинный и холодный,
Забывает ветер, снег кружит,
В небе темно-синем многозвездном
Видно, как луна от холода дрожит.
Где-то там, в пространстве бесконечном,
Там, где только тьма и тишина,
В холоде космическом и вечном
Ярко светит звездочка одна.
Эта звездочка моя, я точно знаю,
Я узнаю ее из моря ярких звезд.
Ведь это мне она в ночи мигает
И на душевный разговор зовет.
«Держись, не упади и не угасни» —
Шепчу я ей в космическую высь, —
Ведь жизнь так интересна и прекрасна,
Не угасай, не упади, держись».
И в этот вьюжный и холодный вечер
Ты освещай мне путь, согрей теплом,
На завтрашнюю ночь назначь мне встречу
И постучи ко мне в окно своим лучом.
Ю. П. Брауну
Мой добрый друг, где мне найти слова,
Чтоб выразить в стихах несовершенных
Весь спектр чувств, принадлежащих Вам,
В моей душе и в мыслях откровенных?
Мой добрый друг, чем мерить доброту —
В каратах или в тоннах мне придется?
Ничем нельзя измерить красоту
Душевной щедрости и прелесть благородства.
И я не знаю, что еще сказать
О благодарности моей безмерной
Совсем непросто чувства описать
Банальной прозой иль в стихах размерных.
Мне не забыть ни Ваших теплых рук,
Ни Ваше сердце доброе, большое.
Храни Вас Бог, мой давний верный друг!
Живите долго в счастье и покое.
Длинные темные ночи бессонные,
Грустные мысли уснуть не дают,
Синью мерцают стекла оконные,
Звезды тихонько по небу плывут.
Вот и луна заглянула в окошко,
Ожили тени на светлой стене,
И по оранжевой лунной дорожке
Память тихонько подкралась ко мне.
Вот она – юность, беспечная, легкая
Дни бесшабашные, ночи без сна,
Жизнь, безвозвратно отныне далекая,
Где круглый год ликовала весна.
Взгляд твой, мне сердце и душу волнующий,
Редкий снежок седины на висках…
Как я любила твой голос чарующий,
Тонкие пальцы на крепких руках.
Тень от берез на окошке качается,
Память ожившую мне не унять.
Пусть эта ночь никогда не кончается —
Я не устану тебя вспоминать.
Мне холодно. Одежда не спасает,
Душа забыла теплые слова,
В моих ладонях снег почти не тает,
И инеем покрыта голова.
Мне холодно в моем жилище тесном
Среди старинной мебели и книг,
Здесь все прочитано, до мелочей известно,
Где столько лет промчалось, словно миг.
Мне холодно в кругу друзей усталых,
Пытающихся выжить и понять —
Что стало с нами? Что же с нами стало?
Как жить и как друг друга поддержать?
Мне холодно в толпе людей, бегущих
По шумным улицам, нечищеным давно,
Друг другу что-то всюду продающих —
Бананы, тряпки, совесть и вино.
Мне холодно среди лугов цветущих,
В полях, лесах, в тени родных берез,
Где я уже не слышу птиц поющих,
Где больше не вкушаю сладких грез.
Мне холодно на всей родной планете,
Где день сменяет ночь и вновь светло,
Мне холодно, мне холодно, поверьте,
А так хотелось бы вернуть тепло.
Однажды мне приснился странный сон:
Брожу я по заброшенному саду
И явно слышу чей-то тихий стон,
Контрастом рвущий соловьиную руладу.
Уродливо-корявые стволы,
Чуть опушенные зеленою листвою,
Поблескивая каплями смолы,
Тянули ветви над моею головою.
Мелькнула мысль: ведь только что была
В раю, цветущем белым опереньем;
Я обернулась и увидела
Зеленый сад весеннего цветенья.
Но мне туда уже дороги нет;
Иду вперед, в безвыходность поверив,
Туда, где постепенно меркнет свет,
И все уродливей стволы деревьев.
С тоской невыразимой обняла
Я ствол корявый – так не молод он.
Услышала я вновь и поняла
Откуда исходил тот тихий стон.
С печалью, что могла свести с ума,
С тоской, что и не выразить в словах,
Теперь уж с тихим стоном я сама
Проснулась среди ночи, вся в слезах.
Но что за смысл был в том бреду ночном?
Сон улетучился, оставив в сердце след,
И я просила Бога об одном —
Чтоб поскорее наступил рассвет.
«Друзья мои, прекрасен наш союз» —
Сказал великий наш поэт когда-то,
К его словам я присоединюсь —
Вы не сочтите это плагиатом.
Здесь по-другому и сказать нельзя
О дружбе, связанной со школьными годами,
С тех пор у каждого своя стезя,
Но скреплены мы прочными цепями.
Любой из нас, идя своим путем,
Не раз был брошен темной силой в омут,
И вот тогда ты вспомнишь вдруг о том,
Что где-то есть друзья – они помогут.
Как на душе становится тепло
Среди друзей, проверенных годами,
Нам просто в жизни очень повезло —
Я восславляю наш союз стихами.
Плыть по течению так просто и вольготно,
Легко, бездумно и усилий никаких,
Поток тебя умчит куда угодно,
Не позаботясь о желаниях твоих.
И ты расслабишься, махнешь на все рукою,
И серым будням будешь очень рад,
Бездушною и мутною рекою
Ты будешь унесен иль в рай, иль в ад.
А мне поток речной достался очень бурный,
То водопады, то порогов карусель,
Порой встречались под волной ажурной
Холодный ключ, водовороты или мель.
Мне с детства не досталась тихой заводь,
И чтобы выжить и не утонуть,
Пришлось мне просто научиться плавать,
В потоке бурном продолжая путь.
Ты мне дарил любовь и вдохновенье,
От слов твоих в груди пылал пожар,
И каждый час, и каждое мгновенье
Я принимала как волшебный дар.
И жизнь мою ты украшал цветами,
Мой дом наполнен был твоим теплом,
И терпеливый ангел рядом с нами
Нас заслонял от бед своим крылом.
Нам незнакомы были гнев и ревность,
Предательство, измена, ложь и зло,
Святое слово для влюбленных «верность»
Объединяло нас и берегло.
И знают все – не надо быть поэтом,
Чтобы поведать миру вновь и вновь:
Нет ничего прекрасней в жизни этой,
Чем преданная, верная любовь.
Посмотрите на эту прекрасную розу,
Сколько ярких и нежных на ней лепестков,
Сколько ей посвятили и песен, и прозы,
И красою ее вдохновленных стихов.
Словно россыпь алмазов на бархате алом
На ее лепестках засверкала роса,
И стоит этот куст красоты небывалой,
Устремив свой чудесный цветок в небеса.
Но промчится неделя, и роза увянет,
Ароматом ей больше не благоухать,
Бледной, тусклой, поникшей красавица станет,
Лепестки постепенно начнут опадать.
Так и в жизни людской грянет час увяданья,
И по сути сравнится с поникшим цветком,
Словно с роз лепестки, отпадают желанья,
Украшавшие молодость светлым лучом.
Вот упал лепесток – это детство умчалось,
Незаметно упал лепесток юных дней,
Лишь любовь на цветке дольше всех задержалась,
Да еще лепестки наших взрослых детей.
Все, что в жизни случилось, что грело нас прежде,
Что доступно нам было в былые года —
Страсть, любовь и горенье, мечты и надежды,
Словно с роз лепестки, унеслись навсегда.
И остался лишь остов цветка тускло-бледный
На ветрах под дождем, беззащитно уныл.
Кто посмотрит теперь на него вожделенно?
Да и сам он о том вожделеньи забыл.
Я на тебя нисколько не сержусь,
Но больше ни о чем просить не стану
И, может быть, при встрече отвернусь,
Чтоб заглушить в душе живую рану.
Не стану я просить твоей любви,
Наверное, не скоро, но забуду,
Забудь и ты меня и больше не зови,
Я не приду и ждать тебя не буду.
Все фотографии твои я разорву
И все подарки спрячу в дальний угол.
Я без тебя прекрасно проживу,
Мы скоро обойдемся друг без друга.
Прошла весна и лето пронеслось,
За окнами осенняя погода.
Не думать о тебе мне удалось,
Как хорошо, что я теперь свободна.
Но кто стоит там под моим окном
Такой осеннею промозглою порою?
Ну, что же ты там мокнешь под дождем?
Не надо слов – я дверь тебе открою.
Бесплатный фрагмент закончился.