«Однажды шторм закончится, и ты не вспомнишь, как его пережил.
Ты даже не будешь уверен в том, закончился ли он на самом деле.
Но одна вещь бесспорна: когда ты выйдешь из шторма,
ты никогда снова не станешь тем человеком, который вошёл в него.
Потому что в этом и был весь его смысл.» —
Харуки Мураками
© Варвара Лачек, 2020
ISBN 978-5-0051-5756-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Я так устала быть одна в своем незримом одиночестве.
Скользит улыбка по губам, хотя стереть порою хочется…
Среди бесчисленных имён в потоке бурного течения
Пытаюсь уловить одно, что остановит вихрь падения.
В последний миг запястье – вверх, рывок из бездны…
Хоть тело вдруг пронзает боль – я не исчезну!
В клубок скрутилась на камнях под жёстким ветром.
Набросив куртку на меня, он смотрит сверху
Глазами, где переплелись любовь и сила,
И я впервые перед ним так уязвима.
Как крылья бабочки, хрупка нить мироздания…
Мы пропускаем сквозь себя луч познавания
Сокрытых душ, замёрзших слёз, обид сплетение…
И я вдыхаю эту жизнь без сожаления.
И поднимаюсь во весь рост с присущей гордостью,
Что я – жива! Превозмогла! Что я – не сломлена!
И откровение сквозит во взгляде пристальном.
Я та, кто есть. Я перед ним. Мы оба – искренни.
А под ногами бьёт прибой, смывая прошлое,
Сметая грязь, вбирая боль мою пригоршнями.
И шаг за шагом, наконец, в его объятья…
Я упаду… И веры свет. Наступит счастье.
Не надо никаких интриг,
И наползающей тревоги.
Она пыталась в мире книг
Укрыться от чужой дороги.
Не надо тех расхожих слов,
Звенящих яркой пустотою,
Её наивный птицелов
своею робкою рукою
Силки разбросил неумело,
Так ненадёжно и несмело,
а птица рядом, хохоча,
Его касается плеча.
Без страха, резкости и боли,
Из любопытства иль из роли
своей не выходя на миг,
Сдержать пытаясь тихий крик,
а, может, стон… или дыхание
Прерывисто от ожидания…
чего? Любви, надежды, света?
Какой же бред мечтать об этом!
Будто бы в западне…
Тихо ползет агония,
А у неё давно
Клаустрофобия.
Давят удушьем стены,
Ключ разводной в висок.
И, обнажая вены,
Мысли наискосок —
О давно скрытом, важном
Истинном, дорогом,
Кто похоронен дважды
Не сможет открыть засов!
А птицелов скорее
Силки раскидал наивно
Стучится не в эти двери
И видит наполовину.
Удел большинства незрячих,
Живущих в своей берлоге,
В толпе поголовно спящих
Не видеть иной дороги.
И птица, кружась «на воле»,
Касаясь крылом небрежно,
Лишь, улыбаясь, тронет,
Но он не коснется сердца…
Глубин, где ни дна, ни света,
не видно из вязкой тины
Ему не постичь, наверно.
Ему ничего не видно.
Поверхностно размышляя,
Придёт пару раз проверить,
А вдруг птаха та земная
Попала, сглупив, в те сети.
В силки, где все лишь отчасти,
К тому, кто разлом не склеит,
Кто маревом легкой страсти
Попробует все измерить.
Она, хохоча, взлетела…
Ну сколько же можно верить
Что истина где-то рядом,
Что он отыскать сумеет.
Крылом, помахав, прощаясь,
Плеча не коснулась больше.
По-прежнему улыбаясь,
Исчезла из жизни молча.
Я бежала босой по горячим камням,
Это было, наверно, бессмысленно…
Мягким прищуром глаз ты смотрел на меня,
И, возможно, считал легкомысленной…
А потом мы сидели с тобой за столом,
Разговоры ведя бесконечные…
Ели сыр, запивая холодным вином,
И летели часы скоротечные…
Пряча в недрах души нашей схожести свет,
Даже рук избегая касания,
Остроумием фраз штриховали сюжет,
Что основан был на понимании.
Забираясь с ногами на мягкий диван,
Обнимая колени ладонями,
Говорить и молчать мы могли дотемна,
Этот миг есть, наверно, гармония…
В любых судьбах возможно построить мосты,
И обрушить крутые барьеры.
Понемногу добавить простой теплоты,
И заправить надеждой и верой.
Сбросить маски, прилипшие к контуру лиц,
Размотать лабиринты из ниток…
Связать жизнь лишь при помощи правильных спиц,
Хотя будет немало попыток…
В этих тёмных ночах много полной луны,
Как и мыслей, бушующих рядом…
Но пришёл долгожданный покой глубины,
Где никем притворяться не надо.
Снова тянет бежать по горячим камням,
Иль по мокрой траве легкомысленно…
Тёплый взгляд, столько раз сквозь меня проходя,
Не сочтёт уже это бессмысленным…
Я много у жизни прошу, немало от бренности требую,
И, может, чуть реже дышу… в тоске, перехваченной
нервами.
И манит бескрайняя высь, но шепчет тревога бескрылая…
И в этом: «Остановись!» – наверно, надолго застыла я.
Тот прерванный резко полёт пробил бреши
хрупкую дверь,
Изломанный в крошево лед заполнил мне сердце теперь.
И, может, наивно звучит сей песни надрывная линия,
Кричит, стонет, кровоточит обрыв в голове от бессилия.
Земля осыпается пусть, и время застыло в забвении,
Неистовой воли мой путь ещё ощутит возрождение!
Но пепел дымится, сгорая дотла,
И в этих руинах не вижу я дна.
Опору найти я пытаюсь, поверь,
Для будущей веры, для новых потерь (?!)
А, может, для вновь разожжённой свечи,
Для оклика: «Друг мой, прошу, не молчи!»
Для теплого света, для свежести дня,
Чтоб ад поглотить, что в душе у меня.
Чтоб с заревом утра ворвался рассвет,
И пикнуло вдруг в телефоне: «Привет!
Скучаю. Мечтаю. Увидеть хочу!
Поверь, что с тобой будет всё по плечу», —
Ну что-то такое, пусть просто, легко,
Но внутренне было насквозь глубоко,
Свежо и правдиво своей прямотой,
Как эти три слова: «Хочу быть с тобой!»
Собрать воедино себя по кускам,
Узлы развязать, пробежаться по швам,
Дышать научиться, пружину порвать,
И дальше… собою, конечно же, стать.
Любить, как умею, бескрайне, без дна,
Сплетения рук откровенность познав,
Коснуться души вопреки дани моде
Судить о других лишь по внешней природе.
И верить. И ждать. Говорить. И молчать.
И быть. Просто быть с тем, кто может понять.
С кем можно смеяться. Шептать. И кричать.
С кем можно, наверное, даже пропасть.
С кем можно быть слабой. Без ложных прикрас.
И видеть себя в отражении глаз.
И тайну улыбки, движение плеча,
Касание пальцев, укор сгоряча.
И живость суждений, и шелест огня… —
Все это я точно хочу для себя!
Я много у жизни прошу, немало от бренности требую…
Наверное, много грешу, наверное, много не делаю.
Но знаю, что хочется Жить. Что нужно быть сильной и
смелою,
Дышать и смотреть… на звёзды с усиленною верою…
На жизнь как на дар. На честь, как на суть.
И, может, однажды, проявится Путь.
Однажды…
Ты, возможно, устал от себя самого.
Просто выдохни. Просто взгляни на меня.
Отпусти, что не значит уже ничего.
И порадуйся утру прекрасного дня:
Крику чаек, парящих в беспечной дали,
Каплям влаги, осевшей на чистой траве,
Лучу солнца, мелькнувшему из-под щели,
И, конечно, как я улыбаюсь тебе…
Опусти все засовы закрытой души,
Дай свободу тому, кто закован внутри.
Оглянись. Прикоснись. Никуда не спеши.
И тому, кому веришь, в глаза посмотри.
Не замалчивай то, что так важно тебе.
Не растрачивай то, что так нужно хранить.
Никогда, слышишь, не покоряйся судьбе!
И, что б ни было, не опасайся любить!
Будь всегда исключительно только собой,
Если стоит того – ты не бойся рискнуть,
Ведь среди мишуры разномастной людской
Ты всегда только сам выбираешь свой путь.
Будь открыт лишь для тех, кто способен понять,
Кто останется рядом, когда ты на дне.
Таковых в своей жизни не стоит терять,
Потому что таких часто попросту нет.
Не вместить пожеланий, не хватит строки,
От души и от сердца всегда говоря:
Живи! Чувствуй всегда и, конечно, люби!
Счастлив будь и любим! С днем Рождения тебя!
Сердце даёт сбой.
Трудно порой дышать.
Сложно с самой собой
В прятки сейчас играть.
Воздух идёт насквозь,
Не попадаю в такт.
Но улыбаюсь:" Брось!
Чай, не последний акт».
Пульса замедлен стук.
Ниже – нельзя совсем.
И беспокойства звук
Не приглушить ничем.
И промелькнёт стрелой —
Может, сказать кому? —
Но у себя самой
Я нахожусь в плену.
Бешеный дискомфорт.
Как же некстати боль!
Тот же хвалёный спорт
Плохо играет роль.
Словно издалека
Чувствую эту жизнь.
Ручку берёт рука…
Правильно! Отвлекись.
Настежь все окна рву.
Нужен глубокий вдох.
Я не сейчас умру —
Так мне сказал мой Бог.
Время – мой старый друг.
Лучшее – впереди!
Значит, неровный стук
Сердце уймёт в груди.
В свете зелёных глаз
Сила моя. Мой дух.
Скоро пройдёт коллапс.
Либо одно из двух.
Как же хрупка моя
Внешней природы суть.
Слабость свою тая,
Страшно порой заснуть.
Надо набраться сил,
Ведь у меня есть Я.
Кто бы что ни спросил —
Юмор спасёт меня.
Снова искрится жизнь.
Птичка поёт в гнезде.
«Все хорошо. Держись!
Громко скажу себе…
Переживём с тобой
Всех катаклизмов вихрь.
Пусть даже сердца сбой…
Справимся и с таким!»
Новый настанет миг.
Солнце зальет мой дом.
И столь тревожный стих
Спрячу я на «потом».
Ветер спешит, летя.
Но не насквозь. Вовнутрь.
И эйфория… Я
Снова могу вздохнуть.
Снова ценить дано
Чудное – наяву.
Все – таки здорово, что
В мире сейчас живу!
Бесплатный фрагмент закончился.