© Юрий Погорельский, 2020
ISBN 978-5-4498-6551-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Драйв
Протест
Панк
Декаданс
Философская лирика
Нельзя быть поэтом без некоторой наклонности ко лжи и притворству
(С) Артур Шопенгауэр
Люди не соврали – я стал поэтом,
Да и музыкантом неплохим.
Теперь не слабо разбираюсь в этом,
Пуская сигаретный дым.
История неплохо показала,
Что бабка надвое сказала:
Стихи слагать весьма непросто
Особенно рифмуя остро.
Не нужна всем социалка
Всем нужен сказки сочный мир
У бабушки сломалась прялка
И показался уже жир.
Вот взять поэтов гобелены,
Что себя проклятьем нарекли.
Допустим, вот, Верлена,
Чьи слезы речкой потекли.
Шестерых он обозначил
О каждом справку дал.
В дурмане всё перелопатил
И слов назад своих не взял.
Стихи проклятием несут,
Да и чернухи есть чуть-чуть.
Округом пальца обведут.
И всех зовут на черный путь.
То альбатрос у них убит,
То падаль жарится, гния.
То первый вечер уж открыт
В старинном доме, у огня.
Бодлер курил гашиш
Адан просто был чудак
Верлен задумчиво курил табак
Рембо показывал всем шиш.
Корбьер всех материл
И по портовым девкам сох
А Малларме нормальный был
Один от старости он сдох.
И вот поэтов представляю
Следуя по их заветам
Почет и память составляю
Французским Проклятым поэтам.
Мрачный блюз.
Через пруд старый мост
Дома загородили погост.
Даже рука во тьме не видна
Холодная ночь
Никто не может помочь
Только тишина
Увидел, как бегают мыши,
Когда свесил свои ноги с крыши,
Неожиданный конфуз
Это плохой набор,
Медленный перебор
Это мой блюз
Холод руки обжигает,
За спиной рок-н-ролл зажигает
Свои свечи
Разбег берется долго
Гремит моё соло
Последней встречи
Крики озлобленного примата
Моя пустая хата,
Слышу только голос её
Сломан магнитофон,
Звонит мой телефон
Трубку возьму исключительно из-за неё.
Литературный упадок,
Лишний придаток.
Под кокаином
Восхищаешься этим миром
В этом теле слишком тесно
Твоей напуганной душе
Она борется с бесами
В твоей весёлой голове.
Во фраке и с трубкой в руках
Ты гуляешь по ночному городу.
Тебе плевать, что в людских головах,
И лень брить бороду
Ловишь взгляды косые
Вокруг тебя люди тупые
И используя последний шанс
Ты попадаешь в декаданс
Нам по фигу, что вокруг нас
Мы в своём миру
Это декаданс
Добро пожаловать в игру.
Молва недавняя слыла,
Что ты пьянь.
Девочкой нормальной была
А стала дрянь
Да и была ею всегда
Просто сразу не видно
Мнением тверда
И ни за что не стыдно
Ванильная музыка, грустные глаза
Рожа пуста, в глазах слеза
Когда-то давно светила твоя звезда
Теперь бы лишь дожить до утра
Далеко не готика
И даже не пост-панк
И из такого ротика
Чувства потока Ганг
Одетая в вечную рвань
Когда-нибудь ты в это поверишь.
Ты дрянь.
И ты исчезнешь.
Что-то трясётся в небесах.
Ощущается скорый крах
Медленные, приятные биты
Враги уже убиты
Пара байков на бульваре
И их владельцы
Ощущается запах гари
От небесной мельницы.
Подъехали несколько машин
Резко открылись двери
Не усомниться бы в Мэри
И запах палёных шин
Хорошо работает мафия
Уже написана эпитафия
Для покойного брата,
Что скопытился от пули акробата.
Длинный стол в заведении
Каждый брат почти гений
АКМы на пол
И револьверы на стол
Идёт обмен
Денег чемоданы полные.
Это ребята вольные
Продают людям фен
От хозяина звонок
Товар передали в срок
Ребят это не бесит
Ведь надо от кого-то зависеть.
Когда встаёшь с утра – начинается борьба,
Ненависть и душевная боль разъедает тебя
Всё обретает смысл тогда,
Когда начинаешь верить в себя.
Техногенный астматик
Ты ещё веришь в любовь?
Сумасшедший романтик!
Она же причиняет боль.
Я это всё испытал на себе
Никогда не желай таких мук
И не кричи: «Ко мне!»
Одной из стада стервозных сук.
Музыку громко вруби
И тонко намекни
Ты мне безразлична
Это на всю жизнь,
Помни, мне без тебя зашибись
И оставшись с самим собой
Вообрази, что огонь стал водой
Осознай любовную долю
И вырвись на волю!
Ты изменился, она этот путь наблюдала
Тебе её страданий мало.
Что за бред?! Может автор пессимист?
Автору по фиг! ОН Эгоист!
Вроде секунда,
А может минута?
Не ловится моя йота.
Это уже было как-будто.
Мне надоело колесить в автобусе,
По шарообразности глобуса.
Прогнил насквозь районный турник.
Солнца луч уже внутрь проник.
Я катаюсь по кругу,
А, может, по спирали?
Я никогда не забуду,
Как меня в районный отдел забирали.
Прохожу километры путей,
Сквозь линии дорожных огней.
Сам себе кажусь другим,
И меня всегда сопровождает дым.
В ушах музыка играет.
Каждая песня мне глаза открывает.
Асфальт меняется щебенкой.
Когда Луна становится чёрной!
Я всегда любил лето
На этот раз в кармане Боккаччо – Фьямметта
Я всегда с улыбкой иду
И не знаю куда я приду
Мои каблуки разбивают камни,
Когда я куда-то спешу
А ты, дорогая, напомни,
Когда я до края дойду
Ведь меня не пугает пропасть
Твои пальцы болят от курка
Ты и я – это двойственность.
Ведь меня всегда выручала твоя рука.
Без любви к тебе
Я жить не могу
Это чувство живёт во мне
Я его сберегу.
Стараюсь быть рядом,
Но не выходит никак
И таким вот строгим обрядом
Побеждаю свой страх.
Моя любовь всегда с тобой
Только не показываю я её
Нас не разольёшь водой
Я живу для неё.
Жизнь течёт бесконечной рекой
И её не вернуть назад,
И с каждой новой грозой
Чувствую твой аромат.
На двери пиковая масть
В стенах пустого зала
И передавая свою страсть
Объявляем начало нашего бала…
Неторопливая заря,
Сидим спокойно у огня,
На природе, у меня.
И мою гитару, заодно, благодаря.
Ветер давно стих,
Компания в конфузе.
Я слагаю за стихом стих,
Как губная гармошка в блюзе.
Звучит блюзовая гамма.
Ты меня видеть не рада,
Но мне всё равно отрада,
Превращать тебя в гиппопотама.
И взяв высокую ноту,
Я ж над тобой засмеюсь.
И сыграю великому русскому флоту
Свой тихий блюз
Шампанское с гречневой кашей?
Прекрасно.
Ботинки в прихожей?
Очевидно.
Кэп по любому рулит.
Спать уже невозможно.
Кофе уже кипит.
А бежать можно – куда угодно.
Похмельный месяц.
С Нового года в запое.
Скоро придёт конец.
Оставьте же меня в покое.
Пусто вокруг.
Никого совершенно.
Завершаю я свой почётный круг.
Чтобы на покой уйти офигенно!
В рамках повседневной жизни
Нет уже ничего
И быть не может.
Попробуй тут визгни,
Получишь вдоволь всего,
А может и нет?
Стихи пишутся на авось,
Знаю, никто их не прочтёт.
И всё равно я расстроен.
Что-то выйдет небось,
Стихи эти похожи на отчёт,
Где весь мир давным-давно уже построен.
И не в радость белый свет,
Без этих сильных ветров.
Ведь это я поэт,
Не пишущий стихов!
А по улице идёт чувак, в раскрытом пальто
В тёмных очках, взъерошенный весь
В его руках дрожит вино
Он не может найти себе место здесь
На взъерошенный хайр падает снег
Чувак поднял ворот пальто
Переходит с медленного шага на бег
Бежит на последний сеанс в кино
Дует сильный, северный ветер
Девушка ждёт чувака давно
В город внезапно нагрянул север
И кончилось белое вино.
Снег на хайр падать перестал
Чувак споткнулся об бордюр, упал,
Разлетелась в хлам пустая бутылка вина
Но верно ждёт под козырьком у кино Она
Чувак нетрезво встал, сильно встряхнулся
От такого темпа он невольно задохнулся
Добежал, увидел, герла на месте стоит
Невозмутимо дымит, и устало глядит
Чувак повёл её к себе в гости,
Дома есть портвейн, дома есть кости
Дома есть нормальная еда
Дома ни ждёт никакая беда
Встанет с утра чувак, похмельно закурит L’m
Поставит чайник, включит магнитофон
Девушка проснётся, закурит Pall Mell
Присядет на кухне, а там зазвонит телефон
Чувак скажет в трубку пару фраз
И убежит, поцеловав пару раз.
Плащ до земли
Давление стен.
Два мотоцикла подъехали
И чёрный Ситроен.
За поясом кольт Миротворца
В багажнике дробовики.
Всё по вышке устроится
Оружия любовники.
Дождь капает на открытую макушку
И внезапно думаешь про множество ЗАГСов
И заодно достав свою пушку
Заряжаешь её за двенадцать баксов.
Шесть в барабане
И ручной взвод.
И протянув руку красавице Жанне
Вместе едем на наш завод.
Водила вдавил газ
И мы далеко.
Завода директор ласково встретил нас.
И Солнце взошло.
Подъехали к дому,
Жанна ствола передёрнула затвор.
Пора пришить Тому,
Потому что она в законе вор.
И пристрелив несчастную девку
Я её труп на фиг виски залил.
И оставив вот такую свою метку,
Я и красавицу Жанну, не моргнув, застрелил
Слева кто-то ходит,
Справа кто-то бродит
Хороводы водит
Хороводы водит
Считая станции до дома
Не доедем мы никак
Это всё законы Ома
Вот так
Тамбур заплевали
Станции мелькали
По дороге к дому
По дороге к дому
Не видно ни зги
Мы катимся во мгле
Мелькают фонари
На родной земле
Мы в тамбуре бухаем
Круто отдыхаем
Никаких проблем
Мы везём гарем
К станции своей
Подъехали мы в срок
Не нужно нам морей
Нам нужен только рок
Тачку мы поймали
Из-за пазухи достали
Родные сто рублей
Водила, вези же вас скорей
Подъехали мы к дому
Взяли ящик рому
Поднялись на этаж
Вот это вот пейзаж
Ящик расчехлили
Рюмочки налили
Кто-то позвонил
Рома попросил
Мы его послали
Нас они достали
И хлопнули мы ром
За переполненный вагон
То же год спустя
Лучше чем назад
Луна, яркая вся
Опять привела меня в ад
Та же остановка
Только другая
И вьётся на шее
Цепочка тугая
Опять грязная плитка
Не стало зубной боли
Это небольшая скидка
Для уснувшей силы воли.
Забытое метро
Грязное вагонное окно
Как же это было давно
Тверской бульвар, вино.
Величественный Блок
К нему много ведёт дорог
До него дойти я смог
И приветствия мягкий кивок
Кривые дороги опять
Хочется повернуть вспять
Там же недалеко до беды
Это вечно пьяные Патриаршие пруды
Яркий, прекрасный дом.
Здесь когда-то люди жили
И на месте том пустом
Памятник нечистой силе.
Широкие штаны
Дутая одёжка
Рэп читают кабаны
И под коленкой застёжка.
Спортивный прикид
На среднем пальце кольцо
Суровый вид
И синее лицо.
Рваная кожа
И джинсы сварились
А говорят невозможно
Все по панку катились.
Теперь официальный костюм.
Всё теперь намедни.
Открылась дверь в трюм.
Соответствуй легенде.
Не впадаю в уныние.
Все готические книжки сожгу
Вокруг меня рыла синие.
Пойду-ка и я пожру.
Каждый раз выходя из дома
Красивую девушку встречаю.
Мой район, как зона.
При встрече хочется напиться чаю.
О музыке поболтать,
И за жизнь.
Девушке прикурить дать
И всё зашибись.
Кузнец куёт молот
Асса-Тор отдыхает
Кузница около болот
И лёд медленно тает
Удары всё сильней
Молот принимает форму
Парень бьёт быстрей
Тор соскучился по шторму
Корабль Тора вышел в море
Собирается буря
Море волнуется слегка
Команда, кроме юнги, спать легла.
Наступили холода
Отгремел морской бой
Так было всегда
По дороге домой.
И лёд медленно тает
Старая кузница около болот
Асса-тор в Валгале отдыхает
И кузнец доковал молот.
Странные изображения
Чёртовы отражения
Солнце пикирует за край
И это далеко не рай.
В голове играет блюз
Я, почему-то, остаюсь
На экране мелькают готы
На фоне позолоты
Пустые лица
Мне бы пиво с пиццей
Я обожаю блюз
И ненавижу историю искусств.
Подданным великой империи
Ты не был никогда
В тебя, словно в Бога верили
За тебя велась борьба
А ты гонял на тачке шикарной
Не ожидая божьей кары
Шлёпал картами по зелёным столам
Да стрелял по девичьим глазам
Перед тобой фишек полно
Они все твои
Круто же в казино
Сидеть до зари
Выигрыш поди получи
Да блудницу свою разыщи
Пусть с этих денег она
Разденет тебя сама
Отдыхаешь в гостиничном номере
После хорошей феерии
Но, распознаешь ли ты в этом доноре
Подданного великой империи?
Улицы пусты от людей и машин
Чёрное небо с яркой звездой
Где-то в ночи пролился бензин
А рассвет граничит с бедой
Горизонта тёмная полоска
Ждёт утренних лучей
Это как капля воска
Что упала со старой свечи
Где-то в домах горит свет
Кто-то кому-то передаёт привет
На лавке у дома спит дед
И уже не ждёт ответ
После водки пузыря
Он сказал good buy
Поднималось новая заря
Good day to die
По верёвочной лестнице, в небеса
Поднимаюсь из последних сил.
Слышу Богов голоса
Кто-то из них голосил:
«Не лезь ты в небо белоснежное
Ждет тебя девушка нежная.
Да поможет тебе твоя вера
И бог ночного неба.
Я поговорю с моим братом ночи.
А девушка ждёт тебя давно.
Раны души не будут кровоточить.
Принеси для неё вино».
К ночи пришёл к дому её.
С гитарой за спиной и вином в руке.
Я серенаду написал для неё.
Выразил всё, что кипело во мне.
Она высунулась из окна второго этажа с сигареткой в зубах.
Поплыл вязкий разговор.
Весь мир обернулся в прах.
И я заиграл медленный перебор.
Потом она спустилась ко мне.
Сказала лишь слово «налей».
Душа заметалась в радостном огне.
И мы пошли на площадку объединённых этажей.
Я сыграл ещё свой рок-н-ролл.
Она слушала и мы пили вино.
В потолке отражался пол
Сквозь грязное окно.
Я спел ей новый блюз.
Ох уж я с ней напьюсь.
В конце улыбалась она
Под дьявольский блюз Роберта Джонсона
Бесплатный фрагмент закончился.