Никакие уговоры не помогут. Человек слаб, а он, Хэнк, всего лишь человек, кем бы он ни пытался себя вообразить, кем бы ни изображал себя. Всего лишь слабая плоть и хрупкие кости. Можно сколько угодно говорить себе, что он не будет больше этого делать – но зачем тратить время, ведь результат заранее определён. Он сделает это и будет делать снова и снова. Он всё больше склоняется к мысли, что вообще не хочет существовать в реальности.
Хэнк сидел, сгорбившись над компьютером, в своей маленькой захламлённой квартире. Он мог позволить себе пентхаус, мог позволить дом и не один, а жил в жалкой халупе и годами носил одни и те же треники – для него это было символом победы над материальным, этакий маленький Будда двадцать второго века, вместо медитации практикующий побег в виртуальные миры. Тусклый свет монитора отражался в его усталых глазах, освещая бледное лицо, покрытое щетиной. Вокруг него громоздились пустые банки от пива и энергетиков, да и пузырьки с обезболивающим тоже заканчивались.
Телефон вздрогнул уведомлением. Марина. «Эй, коллега, как дела? Давно не виделись. Всё в порядке?» Хэнк оставил сообщение непрочитанным. Нет, пожалуй, это сейчас выше его сил. На том корпоративе всё пошло не так, абсолютно всё, и вот Хэнк уже полгода отсиживается на удалёнке, постепенно дичает, забыл как бриться и моется раз в неделю. Нет, сейчас точно нужно развеяться.
Хэнк потёр виски, пытаясь унять пульсирующую боль, выжидая, когда же подействуют чёртовы таблетки. Его пальцы дрожали, когда он потянулся к клавиатуре.
– Ещё немного, – пробормотал он себе под нос, – ещё немного побуду там и всё, завяжу. Мне нужно расслабиться.
Хэнк не выдержал, глубоко вздохнул и надел VR-шлем. Его грязная халупа, шум города, назойливый блеск неона – всё растворилось, уступая место ослепительно красивому пейзажу. Зелёные холмы простирались до горизонта, усыпанные яркими цветами. Кристально чистое озеро отражало безоблачное небо, мягкий ветерок ласкал по лицу, донося ароматы трав и цветов, и ещё чего-то, похожего на обещание счастья.
– Добро пожаловать домой, Хэнк, – прошептал мягкий женский голос.
Он улыбнулся, чувствуя, как напряжение покидает его тело, головная боль отступает вместе со всеми тяжёлыми мыслями.
– Здравствуй, Ева. Как хорошо вернуться.
Хэнк пошёл по мягкой траве, наслаждаясь теплом виртуального солнца на коже. Здесь не было боли, не было страха. Только покой. Иногда Хэнк вообще не понимал, зачем ему возвращаться в свою обычную жизнь. Покормить физическое тело? Глупая причина кормить то, что вечно болит, испытывает нужду, страдает.
– Ты сегодня поздно, – приятный, такой родной голос выдернул Хэнка из тяжёлых размышлений.
Он и не заметил, как дошёл до маленького домика в горах. На пороге стояла Ева. Её светлыми волосами играл ветер, солнце освещало подтянутое обнажённое тело. Она как всегда улыбалась, как всегда манила. Хэнк наконец расслабился окончательно, заключил Еву в объятия и они слились в долгом поцелуе, медленном, больше похожем на молчаливый диалог, чем на проявление страсти.
– Ты голоден?
– Очень.
Ева поманила его в домик, и Хэнк оказался без одежды. С наслаждением он рухнул на прохладное, пахнущее той же горной свежестью постельное бельё, утонул в его мягкости. Но не успел он насладиться постелью, как к его сознанию примешались новые ощущения – Ева проложила дорожку из поцелуев от его груди вниз и сомкнула теплые нежные губы на его члене. Хэнк застонал, и Ева, раззадоренная, стала действовать активнее. Удовольствие яркими вспышками разливалось по телу.
Детка, ты просто бесподобна, – Хэнк застонал и уже приготовился к кульминации, как вдруг краем глаза он заметил странное мерцание, по голове прошлась внезапная волна боли. Хэнк содрогнулся и вскрикнул одновременно от боли и от наступившей внезапно разрядки. Домик у озера на секунду потерял свои очертания.
– Что-то не так? – Ева приложила прохладную руку ему ко лбу.
– Ева, ты это заметила? – спросил он с тревогой.
– Я не зафиксировала никаких аномалий. Все системы функционируют нормально.
Он нахмурился и встал с кровати. Опять у Евы сбился режим, заговорила как робот. «Она и есть робот, тупица», выругался Хэнк про себя и посмотрел на Еву. Всё та же милая улыбка, искусная имитация теплоты и заботы в голубых глазах.
– Надо проверить, что-то не так, я чувствую.
– По моим данным, все системы функционируют нормально.
– Да-да, милая, знаю, потерпи.
Раздражённый, слабо удовлетворённый, Хэнк оделся и поднял руки, вызывая виртуальную консоль. Его пальцы быстро забегали по невидимой клавиатуре, проверяя строки кода.
– Хм, странно. Никаких следов сбоя.
– По моим данным все системы…
– Да я понял, Ева. Потерпи.
Хэнк залез в прошивку Евы и поковырял настройки. На всякий случай обновил пароль и вышел из системы.
– Как ты?
– Всё хорошо, милый. Позволь мне ещё раз удовлетворить тебя.
– Отлично. С возвращением.
Он закрыл консоль и попытался расслабиться, но чувство тревоги не отпускало. Хэнк отмахнулся от мыслей, как от назойливой мухи. Кажется, он стал слишком мнительным, наверное, длительная самоизоляция сказывается. Может, стоит сходить для разнообразия в офис…
Хэнк понял, что он снова без одежды. Ева уложила его на кровать и пристроилась сверху.
– Продолжим? – кокетливо спросила она, как будто не знала ответ.
– Конечно. Но, знаешь, давай что-нибудь поменяем, сменим обстановку.
– Как пожелаешь. Что-то конкретное?
– Удиви меня.
Хэнк подложил руки под голову и наблюдал, как Ева колдует над пейзажем – сначала растворился их домик в горах, затем и сами горы, сочную траву засыпал белоснежный песок, где-то неподалёку послышался плеск волн. Хэнк улыбнулся, наблюдая за трансформацией, но его улыбка быстро исчезла.
Голову снова пронзила острая вспышка боли, на этот раз она была не такая мимолётная, а почти такая, как в реальной жизни. Мир снова потерял свои очертания, превратился в сплошной белый шум, а затем он увидел их снова – стерильно-белые стены лаборатории. Мигающие огни приборов. И крик, леденящий душу крик, эхом отдающийся в ушах.
– Нет! – Хэнк закричал, морщась от боли. – Ева, останови симуляцию!
Видение исчезло так же внезапно, как появилось. Перед ним плескалось голубое море, сливавшееся цветом с безоблачным небом, порхали чайки, но эта безмятежная картинка больше не приносила ему покоя.
– Хэнк, твои жизненные показатели повышены. Всё в порядке? – спросила Ева холодным металлическим голосом без тени эмоций.
Он сглотнул, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.
– Да… да, всё нормально. Просто небольшой глюк.
Но это был не просто глюк. Это было воспоминание, которое он так долго пытался похоронить.
Хэнк снова вызвал консоль, первым делом поправил слетевшие настройки Евы и залез в главный файл, лихорадочно просматривая код.
– Должно быть какое-то объяснение, – бормотал он. – Системы безопасности не могли просто так выйти из строя.
Чем глубже он погружался в код, тем больше аномалий находил. Крошечные искажения, едва заметные сбои в текстурах. Маленькие пятнышки плесени на его идеальной картинке мира. Всё снова начинало разваливаться по швам.
Бесплатный фрагмент закончился.