Задумывались ли вы о том, чем занимаются ваши любимцы, когда вас нет дома? О чем они думают и говорят? И говорят ли вообще? Что за мысли обитают в их ушастой голове? И что именно заставляет их перепрыгивать неперепрыгиваемое и залезать туда, куда залезть, в принципе, невозможно? Как объяснить их непонятную любовь к коробочкам и их уникальную способность помещаться в них, не думая при это о габаритах? Чем они думали, когда вдруг решили попробовать кактус на вкус? Какая магия заставляет нас все им прощать и почему им вечно все сходит с пушистых лап? Чтобы дать ответы на эти вопросы, мне пришлось выторговать у двух домашних кошек их ежедневник, да-да, поверьте, он у них есть, и они его активно ведут, правда, немного не так, как мы привыкли. И не спрашивайте, чего мне это стоило, просто знайте, что все написанное в этой книге взято из их ежедневника.
Но прежде чем вы перейдете к изучению тайн кошачьих голов, позвольте познакомить вас с главными героями.
Анастасия – стройная голубоглазая блондинка, основной человек-слуга кошек. Обеспечивает их едой, водой, чистым лотком и прочими прелестями жизни. Главная по почесыванию пузиков и за ушками. Обладает вспыльчивым, но отходчивым характером, запрещает своим питомцам забираться в свой шкаф и лежать на ее вещах, но кто бы ее слушал. Время от времени пытается уединиться и почитать, но забывает о том, что это не ее дом, это дом ее любимцев, и уединяться здесь могут только они! Тем более что на раскрытой книге спится слаще! Работает администратором, работа нервная, с людьми, поэтому дома всегда есть запасы мяты, ромашки и красного полусухого для особо сложных случаев.
Михаил – муж Анастасии, считающий себя хозяином питомцев, наивный, у кошек нет хозяев, только прислужники. Работает машинистом, характер суровый и сильный, другие просто не смогут управлять многотонной железной махиной. Ласки от него не дождешься, понимания тоже, лучшая тактика в стычке с ним – это удрать и переждать. Всегда и всем твердит, что кошки – бесполезные создания, от которых только шерсть по всему дому и больше ничего, даже мышей не ловят, которых у нас, правда, нет, но, вот если бы были, они бы их все равно не ловили, ибо глупые, ленивые и откормленные. Кстати, из-за последнего постоянно пытается посадить их на диету, но Анастасия против. Обладает высоким, под два метра, ростом и мощным спортивным телосложением, что доставляет определенные проблемы кошкам, так как удирать от спортсменов сложнее.
Мария – дочка Анастасии, замечательный ребенок, от которого нужно держаться подальше, с голубыми мамиными глазами и длинными русыми волосами. Учится в первом классе и постоянно пытается дрессировать своих питомцев, мечтая выступать с ними в цирке, обладает редким упорством и настойчивостью в этом деле, поэтому в те моменты, когда она ничем не занята, лучше ей на глаза не показываться, в остальном особенно кошек не достает. И, в принципе, с ней можно очень даже хорошо сосуществовать, если сосуществовать раздельно.
Пуша – очень пушистая дымчато-серая персидская кошка с желтыми совиными глазами, которую брали из передержки уже взрослой. Сколько ей точно лет и какое у нее прошлое, остается загадкой. Любит поспать и поесть, почти разучилась мяукать, а может, и раньше не особо умела. На улицу не выходит, да и не особо желает, видимо, нагулялась ранее, обладает спокойным и неконфликтным характером, но ее внешность обманчива, шалить и шкодить она умеет не хуже Анфисы, просто делает это более изящней и умеет не попадаться.
Анфиса – коричневая кошка с зелеными глазами и неугомонным характером. Вечно бегает, вечно прыгает, вечно все роняет и никогда ничего не поднимает за собой. Всегда умудряется куда-нибудь залезть, правда, не всегда умудряется оттуда потом вылезть. Обладает умом и сообразительностью, умеет открывать практически все двери в доме, никогда никому не дает скучать, даже тем, кто, в принципе, поскучать не против. Является главным автором и координатором всех проказ в доме, умеет появляться и исчезать в нужный момент, особенно когда на кухне готовят что-то вкусное или когда раскрыт очередной дерзкий план набега на колбасу, оставленную на столе. Брали ее в семью еще котенком, и ей всего шесть лет, можно сказать, еще не взрослая, но уже и не ребенок, хотя по поведению все-таки скорее второе.
Ну а теперь, когда вы немного познакомились, можно налить себе чашечку кофе, устроиться поудобнее и приступить к чтению, скучно точно не будет!
– Пушь, Пуша-а-а, – теребит Анфиса свою соседку, развалившуюся на диване. – Ну, Пушь.
– Чего тебе, не видишь, я сплю? – отозвалась та недовольно.
– Ты уже полдня спишь, не надоело?
– Нет, я кошка, нам положено спать большую часть времени.
– Кем? – села Анфиса рядом, обвив хвостом передние лапы.
– Что кем? – подняла Пуша голову.
– Кем положено?
– Не знаю, но положено точно, – положила она ее обратно.
– Я, между прочим, тоже кошка, но сплю меньше.
– А это уже твои проблемы, – отмахнулась она от нее, закрывая глаза.
– Ну, Пушь, ты же все равно уже не спишь, – куснула она ее за ухо.
– Ну чего тебе от меня надо? – встала все-таки Пуша, сонно потягиваясь.
– Мне твоя помощь нужна, – состроила Анфиса просящую мордашку.
– Да неужели? – ничуть не удивилась Пуша.
– Ага, там моя мышка под шкаф закатилась, поможешь достать.
– Каким образом?
– Нууу, можно его подвинуть, – предложила Анфиса.
– Хорошо, иди двигай, – повернулась к ней Пуша спиной, снова укладываясь спать.
– Пушь, а мышка?!
– Сама закатила, сама доставай, мне некогда.
– Я не могу, – захныкала Анфиса.
– Тогда жди людей, – отрезала Пуша.
– Они будут долго, – продолжала Анфиса хныкать.
– Это печально, – вздохнула Пуша, засыпая.
– Пушь! – возмутилась Анфиса, в ответ ей была тишина. – Пуша-а-а-а! – позвала она громче.
Но как бы она ни звала ее, та не реагировала, так и не дождавшись реакции, Анфиса решила подремать до прихода людей, чтобы тем самым скоротать время.
Через час в замке повернулся ключ, и на пороге появились их хозяева – Миша с Настей. Вскочив со своих мест, кошки пошли по обычаю их встречать.
– Привет, мои дорогие, проголодались? – спросила Настя, снимая шубу, ей в ответ раздался дружный требовательный мяв. – Сейчас покормлю, потерпите, – прошла она на кухню.
– Нечего их кормить, они целый день дома дрыхли, с чего бы им быть голодными, – как всегда, проворчал Михаил.
– Мышку достаньте! – раздался снизу громкий требовательный вопль Анфисы.
– Смотри, какая голодная, наверное, Пуша опять ее порцию съела утром, – забеспокоилась Настя. – Пуша Анфису объедает. Может, стоит Пушку разок без ужина оставить, чтобы делиться научилась.
– Неправда, в этот раз я ее порцию не трогала! – возмутилась та. – Так, Анфис, прекращай ломать комедию, из-за тебя меня сейчас без еды оставят, – шикнула она на нее.
– Но как же мышка? – обиделась Анфиса.
– Подождет твоя мышка, она в отличие от меня в корме не нуждается, – напомнила Пуша.
После того как все были накормлены и уже сытая Пуша дремала на подоконнике, Анфиса решила напомнить всем про свою любимую игрушку, которая совершенно случайным образом закатилась под шкаф.
– Мышка! – издала она пронзительный вой, сев возле шкафа.
– Что это с ней? – вздрогнула Настя.
– Не знаю, может, мальчика опять захотела, – ответил Миша недовольным голосом. – Опять нам ночами не спать.
– Не хочу мальчика, хочу свою мышку, – взвыла Анфиса сильнее.
– Нет, когда мальчика она хочет, она по-другому орет, может, с ней что-то случилось?
– Да что с ней может случиться, пять минут назад все хорошо было.
– Мышка, мышка, мы-ы-шка-а-а, – начала Анфиса, мяукая, скрести когтями то место, куда закатилась ее игрушка.
– Иди посмотри, что там, – толкнула Настя мужа в бок.
– Ну почему опять я? – вздохнул он, заглядывая под шкаф.
Ничего не увидев там в темноте, Михаил начал шарить рукой и, наткнувшись на что-то маленькое и мягкое, испугавшись, резко выдернул оттуда руку, решив, что стоит лучше посветить себе телефоном, ведь непонятно, что там такое страшное лежит. Свет от телефона выловил из темноты черную игрушечную мышку, которая его и напугала.
– Настя, еще раз она загонит эту свою мышку под шкаф или куда-нибудь еще, я ее выкину, – сказал Миша, раздраженно доставая игрушку, – держи, чудовище, – бросил он ее Анфисе, та, радостно подхватив ее, убежала.
– Ее – это кого, – уточнила Настя с улыбкой. – Анфису или мышку?
– Обеих!
– Да ладно, надо же ей чем-то играть, – сказала она примирительно.
– Она ей не играет, она ее специально куда-нибудь закидывает, чтобы я бегал доставал ей ее, а сама наверняка сидит и ржет надо мной, – ткнул он зло пальцем в ту сторону, куда убежала Анфиса, садясь на диван рядом с женой.
– Миш, ну перестань, – положила Настя ему голову на плечо.
– Мышка-а-а! – раздался жалобный вопль Анфисы уже от холодильника.
На что Михаил набрал полную грудь воздуха, чтобы высказать, что он обо всем этом думает и об Анфисе, в частности, но Анастасия оказалась быстрее.
– Сиди, я сама достану! – вскочила она, убегая на кухню.
– Н-да, Анфис, такими темпами ты и вправду останешься без своей мышки, – изрекла Пуша, со смехом наблюдая за всем этим действием с подоконника. – Ну или окажешься на улице, но зато вместе со своей мышкой.
– Пуша, там это… – вбежала Анфиса в комнату, где та дремала на кровати.
– Чего это?
– Они там опять дерево это колючее в дом притащили.
– Да ладно? – встрепенулась Пуша.
– Ага, вот зачем оно им? – спросила Анфиса с интересом.
– Не знаю, – почесала Пуша за ухом. – Но они его каждый год притаскивают, ты же знаешь.
– Это я знаю, я не знаю, зачем оно им, – запрыгнула она на кровать.
– Анфис, что тебе от меня надо? – начала Пуша раздражаться. – Ну притащили они это дерево, дальше что?
– Да ничего, просто, – потупилась Анфиса. – Пушь, а пошли посмотрим, что они с ним делать будут? – предложила она сразу же.
– Зачем? – не поняла та.
– Ну а вдруг что интересное, а мы не в курсе, – склонила Анфиса голову набок.
– Ладно, пошли, – согласилась Пуша с ее доводами.
Обе кошки, спрыгнув с кровати, пошли в соседнюю комнату, где все семейство дружно наряжало колючее дерево – елку. Готовясь к предстоящему празднику Нового года. На весь дом оттаявшая елка распространяла чудесный аромат хвои, который, смешиваясь с запахом мандаринов, создавал новогоднее настроение. Резвясь и смеясь, Настя с дочкой Машей развешивали елочные игрушки, а папа Миша в этот момент доставал удлинитель, чтобы подключить гирлянду. И за всей этой приятной семейной кутерьмой две наши проказницы-кошки незаметно подкрались под дерево.
– Пушь, посмотри, они опять на нее наши игрушки навешали, – указала Анфиса на шарики, развешенные на ветках, – кстати, где они были весь год, – протянула она к ближайшему лапу.
– Анфис, не трогай! – воскликнула Пуша, останавливая Анфису.
– Пушь, да ты посмотри, какие они кла-а-а-ссные, – продолжала она тянуть лапу.
– Анфис, в прошлый раз нас сильно отругали, когда увидели, как мы к ним лапы тянем, – напомнила Пуша. – В этот раз будем умнее, дождемся ночи.
– Думаешь, ночью не заметят?
– Обязательно заметят, но это будет только утром, а ночью, пока ты будешь их отвлекать, я успею нам стащить парочку, – предложила Пуша.
– Почему это я буду отвлекать? – встопорщила Анфиса возмущенно усы.
– Ну ты же моложе, быстрее, проворнее, – начала Пуша уговаривать ее ласковым голосом, – глупее.
– Чего-чего? – встрепенулась Анфиса.
– Ничего, – тут же одернула ее Пуша. – Кому, как не тебе, отвлекать на себя внимание?
– А если меня поймают? – не поддавалась Анфиса.
– До этого же не ловили, – напомнила Пуша, махая хвостом.
– Ловили пару раз.
– Ну там ты сама виновата, и вообще, что я тебя упрашиваю, не хочешь – не надо, сама справлюсь, – задрав гордо хвост, Пуша выбежала из-под елки.
– Пушь, ну чего ты обижаешься, – побежала Анфиса за ней следом, чувствуя себя виноватой. – Отвлеку я на себя их внимание, так и быть.
Ночью, когда все уже спали и, как это говорят, видели десятый сон, кошки вышли на дело. План был простой: Анфиса что-нибудь роняет на кухне, и, пока люди туда несутся, не обращая внимания на прочий шум, Пуша приступает к самому главному – стаскивает шарики с елки. Вот только Анфиса ничего лучше не придумала, чем опрокинуть стеклянную вазу с цветами, которая стояла на обеденном столе и которая, падая, конечно же, разбилась, издавая оглушительный и, что самое главное, резкий шум. Не ожидав которого, сосредоточенная на вылазке Пуша подпрыгнет слишком высоко и приземлится не на пол, как положено, а на верхушку елки, та, не выдержав ее веса, начнет падать, причем вместе с ней, и, упав, устроит еще больший шум, на который, естественно, сбегутся все домочадцы.
– Что случилось! – включая свет, забежали в комнату Настя с Мишей.
В этот момент из кухни пулей, буксуя на поворотах, вылетела Анфиса и, пробегая мимо порушенной елки, крикнула:
– Пуша, бежим, нас заметили.
– Ты думаешь?! – парировала та, вскакивая и убегая вслед за ней.
– Кошки!!! – донесся им вслед возмущенный вопль Михаила.
Уже сидя под диваном и отдышавшись, Пуша задала Анфисе резонный вопрос:
– Ты зачем вазу роняла, не могла что-то попроще выбрать?
– Я хотела, чтобы было наверняка, – потупила та взор.
– Ага, теперь нас накажут наверняка, и шариков мы так и не добыли, – вздохнула Пуша.
– А вот и нет, один я успела схватить, – выкатила вперед Анфиса с довольной моськой маленький желтый шарик.
– Не поняла, а мне?! – воскликнула Пуша, обиженно смотря на подругу.
Ну а люди в этот момент поднимали упавшую елку, собирали осколки разбитой вазы и в очередной раз убеждались, что жизнь их была бы слишком скучна без этих двух пушистых хвостов.
Бесплатный фрагмент закончился.