Абрам берёт газету и читает: «Продаются два мешка картошки. Интим не предлагать».
Одессит говорит:
– Конечно, Москва – первый город. Но ведь и Одесса – не второй!
– Люся, скажите, а шо, если муж не Ален Делон, таки можно надеяться, шо будут красивые дети?
– Об чем речь! Вы же живете, слава богу, в свободной стране…
Поезд «Одесса – Москва». Бабушка Роза внуку Арону:
– Сыночек, когда мы приедем в Москва…
С верхней полки мужчина поправляет:
– Не «в Москва», а в Москву.
– Так вот, сыночек, когда мы будем гулять по Москву…
С верхней полки опять:
– Не «по Москву», а по Москве!
– Не, ну ты подумай – какой антисемит!!!
Абрам пишет своему другу Мойше письмо в Израиль:
«Ой, Мойше, у нас такая тяжелая жизнь! Вчера пошел на Привоз, так там одна курочка стоит двадцать пять рублей!»
На следующий день Абрама вызывают в КГБ. Следователь протягивает ему его письмо:
– Мы не позволим вам порочить нашу действительность! Немедленно перепишите!
Абрам садится, берет ручку и начинает писать:
«Ой, Мойше! Мы так хорошо живем! Вчера я пошел на Привоз, и вижу – там за двадцать рублей продают целого слона! Но ты же понимаешь, Мойше, – зачем мне, старому одинокому еврею, целый слон? Так я добавил пятерку и купил себе курочку!»
– Гражданка Рабинович, мы рассматриваем ваш иск к гражданину Зильберману. Когда был этот случай изнасилования?
– О-о, это было все лето…
– Римма, я не могу понять, как вы живете со своим Борей. Он же сует свой длинный нос буквально куда угодно!
– Вы знаете, когда я была молодой, мне это нравилось…
Одесса. Два дома напротив. Утром на балконы своих квартир выходят две соседки.
Одна другой говорит:
– Послушай, Соня, ты что, заболела? От тебя в два часа ночи таки ушел доктор!
– Ай, Белла, перестань сказать, противно слушать: если от тебя каждое утро уходит полковник, я же не кричу на всю Дерибасовскую, что началась война!
– Вы слышали, к нам приехал молдавский цирк лилипутов…
– Перестаньте паясничать! Это к Фиме привезли на лето его внуков из Кишинева!
– Послушайте, у меня есть гениальный план: давайте вместе откроем ювелирный магазин где-нибудь на Пятой авеню.
– Нет, давайте лучше так: вы будете открывать, а я постою на шухере…
В Бруклине на Брайтон-Бич один оборотистый одессит открыл небольшой дешевый ресторанчик для только что приехавших эмигрантов.
Первые посетители были поражены расторопным официантом-китайцем, который бойко изъяснялся на иврите. Хозяина спрашивают:
– Откуда у вас китаец, говорящий на чистом иврите?
– Это мы его научили, – отвечает хозяин, – но только не говорите ему – он думает, что это английский.
Спрашивают жениха:
– Ну как? Видели невесту? Что скажете?
– Мне в ней не понравились три вещи.
– Какие же?
– Ее подбородок.
– Здесь проживают супруги Гольдберг?
– Нет. Но на первом этаже живет господин Гольд, а на четвертом – госпожа Берг.
– Ага. Значит, они разошлись.
В овощном магазине одесситка долго и придирчиво перебирает овощи. Продавец не выдерживает:
– Уж скорей бы уезжала в свой Израиль!
– Я-то уеду, а тебе придется угонять самолет.
Когда-то в Одессе жил всемирно известный окулист академик Филатов. И вот в день его юбилея студенты решили своему профессору сделать приятное. Нарисовали огромный глаз, а в глазу – его портрет. Филатов принял этот подарок и воскликнул:
– Какое счастье, что я не гинеколог!
На Дерибасовской:
– Как вы можете дышать этим воздухом?
– А мы не затягиваемся.
Одесса, тихий дворик, в окне скучающий Семен. Он обращается к прохожему:
– Жора, таки вы куда?
– Да нет, я домой!
Одесса. На перекрестке долго стоит очень пожилой человек, внимательно смотрит на светофор и не переходит дорогу на зеленый свет. Один приезжий не выдерживает и спрашивает одессита:
– Отец! Почему вы не переходите дорогу – ведь уже дважды зажигался зеленый свет?
– Я им не верю!
Встречаются двое.
– Вы не знаете, где Дерибасовская?
– Кто, я не знаю?! Это вы не знаете!
На Одесской фабрике «Красная Роза» требовался бухгалтер. Пришел мужчина и предложил свои услуги. С ним побеседовали и сказали:
– Вы нам подходите. Можете писать заявление.
– Вы знаете, дело в том, что я не умею писать.
– Так чего же вы к нам пришли?!
И он ушел. Прошло двадцать лет. И этот же мужчина, уже состарившийся, заходит в Нью-Йорке в ювелирную лавку, выбирает очень дорогое бриллиантовое колье. Достает бумажник и начинает отсчитывать деньги.
Молодой ювелир – хозяин лавки – к нему обращается:
– Вы пожилой человек. Зачем вы себя так утруждаете? Выписали бы лучше чек.
– Молодой человек! Если бы я умел писать, то уже двадцать лет работал бы бухгалтером на «Красной Розе».
Один большой человек поехал в Америку, где ему подарили великолепный отрез на костюм. Не желая тратить даром время, этот большой человек пригласил американских портных:
– Вот, мне отрез подарили. Не могли бы вы мне сшить костюм?
Те говорят:
– Нет, вы знаете, мы не возьмемся. Такой большой человек, такой маленький отрез…
На обратном пути этот большой человек оказался в Париже. Вызывает лучших парижских портных к себе:
– Вот у меня есть отрез, не могли бы вы мне сшить костюм?
Те отвечают:
– Мы боимся, что не получится. Ведь вы такой большой человек и такой маленький отрез.
Возвращается большой человек в Москву. Вызывает московских портных. Те говорят то же самое:
– Такой большой человек, такой маленький отрез.
Проходит некоторое время, и этот большой человек оказался в Одессе и увидел вывеску: «Рабинович. Индивидуальный пошив одежды». Он заходит:
– Не могли бы вы мне сшить костюм из этого отреза?
– Пожалуйста, приходите в четверг, костюм будет готов.
Приходит он в четверг, ему выносят брюки, он померил – сидят великолепно. Выносят пиджак, померил – тоже прекрасно сидит. Выносят жилетку.
– Как? Еще и жилетка?!
– А чего вы так удивляетесь?
– Ну, как же не удивляться? Я был в Америке, в Париже, в Москве. Мне везде говорили: «Такой большой человек и такой маленький отрез…»
– А… это вы для них большой человек, а для меня вы просто клиент! Жора, принеси ему еще кепи!
В Одессе молодой человек нанимается на работу матросом.
– А вы плавать умеете?
– А что, у вас пароходов нет?
В Москву приехал одессит. Проезжающее такси с ног до головы обдает его грязью. Одессит стоит и чего-то ждет.
– Чего ты ждешь? – спрашивает его прохожий.
– Да когда водитель вернется.
– А почему он должен вернуться?!
– Видишь ли, у нас в Одессе, если таксист обдаст тебя грязью, то он обязательно вернется, извинится, отвезет к себе домой, выстирает и выгладит одежду и даже напоит вином.
– Неужели с тобой такое бывало в Одессе?
– Со мной нет, но моя двадцатилетняя дочка рассказывала, что с ней такое случалось не раз.
Ночью на железнодорожной станции «Одесса» останавливается пассажирский поезд.
Открывается одно окошко.
– Что это за станция?
– Одесса.
– А почему так долго стоим?
– Паровоз меняют.
– На что меняют?
– Как на что? На паровоз!
– Тогда это не Одесса.
Объявление по одесскому городскому радио: «Всем евреям, улетающим сегодня рейсом Одесса – Тель-Авив, просьба явиться в справочное бюро аэровокзала, где им будет вручена медаль «За освобождение Одессы».
В Одесский оперный театр приходит певица.
– Скажите, где тут у вас диван, на котором голоса проверяют?
Наводнение. Все стараются перебраться на сухое место. Лишь один старый еврей сидит в кресле.
– Скорее сюда! – кричат ему с последнего грузовика.
– Бог мне поможет, – спокойно отвечает старик и молится.
А вода все выше и выше. Она уже заливает комнату. К дому подплывает последняя лодка. С нее кричат:
– Прыгай сюда! Осталось еще одно место!
– Бог мне поможет, – невозмутимо отвечает старик и перелезает на крышу.
Но вода добралась и туда. Над домом зависает вертолет, с него сбрасывают веревочную лестницу.
– Цепляйся, это последний шанс!
Но старик по-прежнему твердит:
– Бог мне поможет.
Тут налетела волна и смыла старика.
В раю старик встречает Бога и укоризненно говорит:
– Боже, я на тебя так рассчитывал! Что же ты меня бросил в беде?
– Идиот! Кретин! А кто, спрашивается, посылал тебе грузовик, лодку и вертолет?!
– Скажите, вы одессит?
– А что, у вас что-то пропало?
В Одессе говорят:
– Не можешь любить, сиди и дружи.
Одесса. Летают голуби. Один капнул мужчине на лацкан пиджака. Мужчина спрашивает у проходящей мимо женщины:
– Извините, у вас бумажки не найдется?
– Вы что, надеетесь его догнать?
Построили корабль в одесском пароходстве. Но не успели его покрасить. До сдачи комиссии осталось два дня. Никто красить его не берется. Тут появляется мужичок:
– Я покрашу корабль.
Приезжает комиссия. Корабль блестит – белоснежно. Сели на катер, подъехали с другой стороны – а он ржавый. Чего такое – не поймут. Подходят к мужику, а он говорит:
– Внимательно читайте контракт: «Одесское пароходство, с одной стороны, и Иван Львович, с другой стороны, заключили контракт на покраску корабля…»
Одессит обозвал одну женщину коровой. Та подала в суд за оскорбление личности.
Суд присудил обвиняемому публичное извинение прямо в зале суда.
– Господин судья, – спрашивает осужденный, – а если бы я на корову сказал: «Мадам», – мне бы ничего за это не было?
– Ну, разумеется, нет!
– В таком случае – извините, мадам!
Из одесских трущоб.
В связи с повышением цен на продукты одна соседка предлагает другой:
– Если вы согласитесь, чтобы я пожарила яичницу на вашем сале, я разрешу вам сварить ваше мясо в моем супе.
В Одессе открылся публичный дом. Рассказывает один из его первых клиентов:
– Захожу я в него. А там две двери. На одной написано «Блондинки», а на другой – «Брюнетки». Ну, я к блондинкам. Захожу, а там две двери: «Платные» и «Бесплатные». Ну, я к бесплатным. Захожу, а там две двери: «Кареглазые» и «Голубоглазые». Ну, я к голубоглазым. Захожу, а там две двери: «Полненькие» и «Худенькие». Ну, я к полненьким. Захожу, а там две двери: «С извращениями» и «Без извращений». Ну, я в ту дверь, где с извращениями.
– Ну и что?!
– И вышел таки снова на Дерибасовскую.
Клиент пришел в одесский проектный институт:
– Извините, товарищи, мне крайне необходима консультация специалиста по вопросам архитектуры. Посоветуйте: если я строю дом без фундамента, то чем лучше всего заменить крышу?
– Пожалуй, лучше всего вашим же беретом. Только обязательно хвостиком вверх, чтобы сэкономить на громоотводе!
Богатый одессит приходит к директору московского мехового магазина и просит организовать ему норковую шубу для жены.
Выясняется, что шуб нет.
– Тогда я покупаю две норковые шубы – одну своей жене, другую – вашей.
Это сразу решает вопрос. Потом он приходит к администратору Большого театра и просит билет на вечерний спектакль. Билетов нет.
– Тогда я прошу десять билетов – один себе и девять вам!
Так он попадает в театр. Назавтра он отправляется в Мавзолей. Но в этот день Мавзолей оказался закрыт. Он подходит к одному из неподвижно стоящих часовых и накалывает ему на штык сотню. Часовой спрашивает:
– Внутрь пройдете или вам вынести?
– Абрам! Сколько лет, сколько зим! Как дела, как дети?
– Ой, мой Арончик закончил институт и теперь работает в органах.
– Ой, Абрам, не верю! Твой Арончик – и в КГБ?!
– Почему в КГБ?! Он гинеколог!
– Рабинович! У вас есть часы?
– Конечно, у меня есть часы!
– Так шо ж вы их не носите?
– Да, знаете, неудобно как-то… Этот маятник, эти гири…
– Абрам, твоя жена живет с Рабиновичем!
– Ой, я таки вас умоляю! Один раз живнула – уже и живет!
– Почем стоит доехать до Дерибасовской?
– Пять рублей.
– А если я поеду с Изей?
– С Изей, без Изи… Пять рублей.
– Изя, ты слышишь? Я ж говорил, что ты ничего не стоишь!
Идет старый еврей по улице с палочкой – еле ноги передвигает… По другой стороне улицы его обгоняет какой-то парень. Еврей кричит ему:
– Молодой человек, вы случайно не в прачечную?
– В прачечную.
– Ну, тогда за мной будете…
Изя и Абрам в ссоре. Абрам, проходя мимо дома Изи и заметив последнего сидящим у окна, кричит ему:
– Посмотрите на этого урода – еще красуется из окна. Имея такое лицо, лучше бы уже задницу выставил – было бы приличнее!
Тот отвечает:
– Уже пробовал, так все прохожие сразу спрашивают:
«Абрам, что это вы делаете там у Изи дома, вы же с ним поссорились?»
– Рабинович! Почему вы еще не в Израиле?!
– Зачем? Мне и здесь плохо.
Одесса. У Хаима умерла жена.
Собрались многочисленные родственники, соседи, знакомые, зеваки. Пришло время выносить тело, а Хаима нигде не могут отыскать. В конце концов, на чердаке толпа родственников, возглавляемая родным дядей Хаима из Жмеринки, находит вдовца в совершенно недвусмысленной позе с молодой домработницей.
Влезший на чердак первым, дядя, сдерживая напирающих снизу любопытных, спрашивает:
– Хаим, у тебя такое горе, у тебя умерла жена, ты соображаешь, что ты делаешь?
В ответ Хаим в некоторой задумчивости и где-то даже в прострации отвечает:
– У меня такое горе, у меня умерла жена, а я не соображаю, что я делаю.
Абрам с Сарой едут в трамвае. К ним подходит кондуктор. Абрам у него спрашивает:
– Скажите, а депутаты Верховной рады платят за проезд?
– Нет, что вы, – отвечает кондуктор и удаляется.
Сара спрашивает:
– Абраша, с каких пор ты депутатом заделался?
– Я?! Что, нельзя уже спросить?
– Мойше! Я видел тебя вчера в очень интересном положении!
– Да? И в каком ты видел меня интересном положении?
– Ой, ты стоял на мосту и чесал свои яйца!
– Таки что в этом интересного?! Было бы интересно, если бы я стоял на своих яйцах и чесал мост!
– Рабинович, вы слышали? Изя серьезно заболел!
– Интересно, зачем это ему понадобилось?
Идет одессит, несет в руках два арбуза. Его останавливает прохожий.
– Вы не знаете, где Дерибасовская?
Тот ему дает два арбуза:
– На, подержи!
Разводит руками в разные стороны:
– Не знаю.
Битком набитый одесский трамвай. Мужик долго пытается попасть в компостер талончиком.
Стоящая между ним и компостером дама не выдерживает:
– Мужчина! Вы уже полчаса на мне лежите и все никак не можете вставить!
– А шо я сделаю?! Если он у меня мятый!
– Рабинович, сколько будет дважды два?
– А мы покупаем или продаем?
– Скажите, почему у Моны Лизы такая улыбка? С чего бы это она улыбалась?
– А вы видели того Леонардо, шо ее рисовал?
– Абрам, это правда, что тебя вчера побили на вокзале?
– Меня?! На вокзале?! Какой там вокзал – полустанок!
– Мунчик, не монтыляйся промежду ног! Иди прежде!
– Жора! Возьми меня!
– С собой?
– Нет, сейчас!
– Соня, вот идет женщина, которую любит Рабинович!
Соня роняет тарелку, спотыкается о порог, бросается к окну:
– Где, где?
– Да вон, на углу, в синем платье.
– Идиот, это же его жена!
– А я что сказал?
– Зиновий Романович, вы уже решили, как вы будете встречать Новый год?
– Ну, как Бог даст, так соберу всех своих родственников…
– А как нет?
– Так они соберутся вокруг меня…
– Скажите, и откуда у вас такое роскошное бриллиантовое колье?
– А шоб я знала! Мой Нюма молчит об этом под следствием уже три года!
– И куда вы смотрите! Ваша жена купила себе такой купальник, из которого буквально все видно!
– Так теперь я только туда и смотрю!
– Послушайте, этот крем, шо ваша жена все время покупает в аптеке, – это средство для лица?
– Ой, это противозачаточное… Она как вечером мажет им лицо – так к ней потом просто страшно подойти!
– Не понимаю, к чему эти нападки на наш ОВИР. Лично я в последнее время отношусь к нему с большим уважением.
– Шо вы такое говорите?!
– Представьте себе! Пошел я на прошлой неделе на прием к начальнику этого учреждения, так он мне сказал, шо он раньше умрет, чем я отсюда уеду. И шо вы думаете? Не прошло и двух дней, как он сдержал свое слово!
Директору оперного театра:
– Послушайте, за двести долларов я могу сделать массаж всем вашим балеринам.
Бесплатный фрагмент закончился.