– Куда это ты собралась? – остановил меня у дверей вопрос лорда Хордана.
Встала я рано, но никак не могла выйти из дома, чтобы отправиться по делам. Мешало то одно, то другое! Сначала леди Шайда заставила позавтракать, потом я с трудом отделалась от Бастета, который намеревался сопровождать меня на Замлю, теперь вот сам хозяин проснулся.
Хотя насчёт кота я вот даже не до конца уверена, что действительно от него отделалась. Сомнительно, что мои доводы о нелепости явления в «Жемчуг-холдинг» с пушистым консультантом на руках возымели на него действие. Баст сделал недовольную морду и затаился, но это совсем не гарантировало, что я его не встречу у крыльца холдинга.
– У меня сегодня масса дел дома, поэтому ухожу на весь день, – ответила, нехотя повернувшись к дракону.
Боюсь, раздражение в тоне я скрыла плохо. Мне совсем не нравилось, что в последнее время надо мной так много контроля. Тем более от тех, кто сам мне о своих действиях докладывать не спешил.
– Одна? – вздернул бровь лорд с таким удивлением, будто я ни разу в жизни самостоятельно на улицу не выходила.
– А в чем проблема? Мы же вроде договорились, что теперь я могу передвигаться без сопровождения и по Жемчужине, и на Землю, – угрюмо уточнила, готовясь отстаивать свою свободу до последнего.
Хордан нахмурился и явно отпускать меня не хотел, но аргументов найти никак не мог и поэтому предложил не слишком настойчиво:
– Может, завтра сходим вместе? Сегодня у меня кое-какие дела…
– Нет, – отрезала я. – Мне сегодня назначено в «Жемчуг-холдинге», и к бабушке надо срочно.
– В «Жемчуг-Холдинге»? – помрачнев ещё сильнее, переспросил дракон.
– Да, встреча с адвокатом, мне отдадут все бумаги. Не волнуйтесь, я не дойду до пентхауса и с милордом даже не встречусь.
– Мне это не нравится, – пробормотал Хордан.
Я пожала плечами.
– До вечера, лорд. Вернусь к ужину, если что – на связи, – дала понять, что мне его «нравится-не нравится» безразличны, и вышла за дверь.
Но не сделала и пяти шагов по аллейке, ведущей к воротам, как из кустов вынырнул Бастет.
– Точно тебе говорю – дракон унюхал в тебе свою истинную пару. Видишь, как не хочет из своей пещеры выпускать, – попытался запудрить мне мозги и увязаться на Землю.
– Не болтай глупостей, – отмахнулась, – Хордан просто подозревает, что милорд умело замел следы, а я – самое слабое звено бюро.
Бастет мне вчера вечером, после того как весь день провел с леди Шайдой, все уши про эту истинность прожужжал, и его домыслы мне не нравились, потому что, как выяснилось, быть парой дракона, но при этом не быть драконицей, – тот ещё геморрой.
– Они сильнее своих половинок, но полностью зависят от их благополучия, поэтому трясутся над своей парой до крайней степени маразма. Им повсюду мерещатся угрозы, а значит паре придётся смириться и сидеть под замком, – обрадовал меня вчера кот.
– Но, к счастью, между нами с Хорданом ничего подобного нет, – возразила я.
– Это пока. Потому, что дракон сам не рад такой паре. Ведь это ставит крест на рождении сильных драконят из яйца. От союзов дракона и не дракона рождаются дети без второй ипостаси. Чаще всего девочки. Мне это персистент сегодня рассказала. Конечно, наш командир пока изо всех сил своему притяжению сопротивляется…
– Раз сопротивляется, значит, притяжение можно свести на нет? – не знаю, зачем уточнила и что именно хотела услышать.
– А кто его знает? – завалившись кверху пузом, чтобы почесала, промурлыкал кот. – Я только понял, что нам с тобой такое счастье не надо. Посадит дракон тебя под замок, и как мы будем вещать массам о моих революционных идеях?
На революционные идеи кота мне было плевать, а вот терять свободу совсем не хотелось. И пусть я даже не особо поверила в то, что Хордан разглядел во мне свою пару, но даже крохотные признаки правоты кота меня пугали. Я всячески от них отбрыкивалась, поэтому огрызнулась и сейчас:
– А ты чего тогда за мной увязался? Тоже думаешь, что я твоя истинная пара?
Баст фыркнул.
– А то! Конечно же, ты моя истинная! Но не пара – у нас не бывает таких глупостей, а верный соратник и спутник жизни.
Я закатила глаза и, открыв калитку, вышла на тротуар, ведущий к границе Перламутра. До неё дойду пешком, а там сяду на автобус до БЮРМЕКРИС и оттуда перейду в свою квартиру. К сожалению, строить порталы в другие места и с других портальных точек я пока не умела. Но планировала с премии посетить академию и научиться.
Я игнорировала болтавшего о своих грандиозных планах по переделке законов Бастета до самого выхода за купол, но у КПП все же остановилась.
– Баст, иди домой. Мне правда будет неудобно тебя весь день таскать с собой. Ты тяжёлый. Лучше ещё пообщайся с леди Шайдой и выпытай что-нибудь интересное. А я тебе с Земли что-нибудь вкусненькое принесу. Хочешь?
– Пакетик кошачьей мяты принеси, она тут в дефиците, – недовольно пробурчал кот и все же развернулся обратно к дому.
А я выдохнула с огромным облегчением и покинула Перламутр. Я всегда любила свободу и независимость, но не думала, что до такой степени.
Так как в «Жемчуг-холдинге» мне не назначили определённое время для визита, по дороге домой я мучилась дилеммой – куда поехать сначала? К бабуле или к ним? С одной стороны, было бы хорошо явиться в пансионат со всеми документами, а с другой – потом придётся ещё раз ехать, чтобы завести новое дело о наследстве, потому что бабуля после разговора со мной уйдёт на перерождение.
В итоге, так этот вопрос и не решив, оказавшись дома, я взялась за поиск заначки. Небольшим ломиком, который отыскала в ящике с инструментами, безжалостно оторвала плинтус за бабушкиной кроватью. С минуту таращилась на вывалившиеся из-под него: обернутый в старую газету и целлофановый пакет брикет, коротенькую колбаску в коричневом носке и на небольшой бархатный мешочек – тоже в пакетиках. Создавалось впечатление, что сокровища хранились в тайнике достаточно долго, и я заподозрила, что, бабуля все же не до конца понимала связь с реальностью, когда диктовала письмо леди Шайде.
Сходив в кухню за одноразовыми перчатками – почему-то не хотелось трогать руками верхние пакетики, – я взялась за брикет. Вытряхнула его из целлофана и принялась снимать газету. В глаза бросилось название «Труд» и дата: 10 ноября 1955 года. Долго же заначка тут пролежала… Это бабушке было всего двадцать лет в то время? А может, это и не она этот брикет делала, а прабабушка?
Я развернула газету аккуратно, чтобы не порвать – все же историческая ценность, – и наткнулась на другую историческую ценность: стопку сложенных ценных бумаг под названием «Облигации государственного займа» номиналом двадцать пять рублей. Отложила сомнительное сокровище в сторону и взялась за пакетик с носком, уже примерно представляя, что там найду – наверняка монеты тех же лохматых годов, и хорошо, если встретится хоть одна интересная для нумизматов.
И точно! В носке колбаской были сложены десять монеток, однако настолько необычных, что руки затряслись от предчувствия, что я держу в них настоящее богатство. На жёлтых кругляшах было написано «Пролетарии всех стран соединяйтесь. РСФСР» и «Один червонец 1923». Мало того, что на вид денежки выглядели, словно их отлили из золота, так ещё и старинные! Им ведь сто лет!
Аккуратно сложила монеты обратно в носок и добралась до бархатного мешочка. В нем лежали: два толстых обручальных кольца – женское и мужское; золотые коронки – фу, бе-е-е; и старинный золотой медальон, внутри которого я обнаружила миниатюрный портрет молодой прабабушки, написанный неизвестным живописцем ещё до революции – на нём стояла дата 1900 и размашистая подпись.
Я сложила все обратно и приколотила плинтус на место. Пусть ещё полежат, пока я подумаю, что мне со всем этим делать. Запястье с оптимизатором вдруг зазудело, и я провела по нему ладонью, чтобы сделать видимым. Ура! Пока я искала клад, пришли премиальные! Целых пять тысяч единиц! Значит, сначала нужно съездить в «Жемчуг-холдинг» и обналичить часть виртуальной валюты – обменник находится у них, – а заодно забрать бумаги, чтобы после бабушкиного ухода не спорить с мачехой о похоронах. С неё станется начать разводить суету, лишь бы держать меня с собой рядом.
Приняв это решение, я вызвала такси и вышла из квартиры.
Консьержка даже не сделала удивлённое лицо, когда я с ней поздоровалась. Поблагодарила мысленно Хордана и села в машину. Приятно тратить деньги и не бояться, что завтра будет нечего есть. С премией от БЮРМЕКРИС я теперь многое себе могла позволить.
Здание «Жемчуг-холдинга» привычно вызвало восхищение своей высотой и футуристическим дизайном. Я бодро проскакала по ступенькам к входу и прошла к свободному окошку выдачи пропусков.
– Здравствуйте, я Марьяна Милешина. Меня ждут в юридическом отделе, – сказала сотруднице.
– Вставьте руку с оптимизатором в терминал. – Я просунула руку в лежащий на стойке рукав, и девушка сразу же выдала мне временный пропуск. – Вас ждут на пятнадцатом этаже в 1522 кабинете, – любезно напомнила и потеряла ко мне интерес.
В «Жемчуг-холдинге» было, как обычно, оживленно, и в лифт я еле влезла, но никаких милордов вокруг не наблюдалось. Зря Хордан нагнетал. И вообще, моё посещение холдинга не заняло и получаса.
Адвокат, который вёл моё дело, пытался отправить меня написать какую-то непонятную бумагу на верхний этаж. Сходите, говорит, Марьяна, напишите, пожалуйста, начальству отзыв на мою работу, сообщите, что всем довольны и претензий не имеете. Но я отказалась.
– А давайте отложим, – ответила ему с виноватой улыбкой. – Боюсь, мне снова придётся обратиться к вам завтра или даже сегодня после обеда. Сейчас мне некогда, а вот когда окончательно все дела решим, я вам сразу за два дела настоящую оду накатаю.
Он пытался меня уговаривать, но я попрощалась и ушла. Мне ещё к бабушке на другой конец города ехать.
– Как она сегодня, Оль? – спросила я у дежурной медсестры, поднявшись на второй этаж уютного особнячка в ухоженном парке, где и размещался пансионат для пожилых людей с ограниченными возможностями.
Я всех сотрудников уже знала по именам и была уверена в их профессионализме. К своим обязанностям персонал этого заведения относился крайне ответственно, поэтому особняк совсем не напоминал больницу или любое другое казённое учреждение. Немалые, прямо скажем, деньги за размещение пациента хозяева пансионата просили вполне заслуженно.
– К сожалению, порадовать тебя, Марьян, нечем. Вчера твоя бабуля внезапно впала в странный ступор, и её около часа не могли привести в чувства, – печально сообщила Ольга.
Я кивнула своим мыслям. Видимо, это случилось, когда бабуля общалась с леди Шайдой.
– А сегодня?
– Сегодня отказалась ехать на прогулку. И ничего не ест. Просто лежит и смотрит в одну точку на потолке. Марьяна, прости, не хочу расстраивать, но очень похоже, что твоя бабушка нас вот-вот покинет. Мы пытались тебе дозвониться, но не смогли. Хорошо, что ты сама приехала… очень вовремя.
– Спасибо, поспешу тогда, – прошептала я и быстро пошла к бабушкиной комнате.
Открыла дверь, вошла и, подойдя к кровати, села на краешек.
Бабушка скользнула по мне мутным взглядом, как по пустому месту, и прикрыла глаза. У меня прокатились слезы, и я взяла её холодные непослушные руки в свои, пытаясь согреть. Мне объяснили, что это из-за нарушения кровообращения они кажутся застывшими, но я каждый раз старалась поделиться с бабулей своим теплом.
– Бабуленька, здравствуй, моя любимая. Я получила твоё письмо и пришла попрощаться, чтобы тебя отпустить, – сказала не своим голосом, глотая слезы.
И вдруг бабушка распахнула глаза, повернула голову и посмотрела на меня осмысленным взглядом! Прямо как раньше! И как будто с большим трудом, но чуть заметно улыбнулась.
– Шайда помогает, – прошелестела она надтреснувшим голосом. – Хорошо, что ты не стала медлить. Люблю тебя, моя девочка, и верю, что скоро встретимся.
– И я тебя люблю! Очень сильно надеюсь и жду! – успела протараторить.
Бабушка вздохнула, закрыла глаза и… ушла.
Я выбежала в коридор, обливаясь слезами, и сразу же попала в руки Ольги. Она отвела меня на диванчик, налила успокоительных капель и вызвала врача, чтобы констатировать смерть и сразу выписать мне справку.
Потом я показала документы об опеке и распорядилась о тихих похоронах – пансионат предоставлял и ритуальные услуги.
– Нам взять на себя оповещение невестки? – спросила у меня сотрудница, занимающаяся организацией скорбных мероприятий.
– Не надо. Я сама сообщу после похорон. Бабушка не хотела бы её видеть.
Мы договорились, что я приеду в ритуальный зал послезавтра к одиннадцати и привезу полную сумму за услуги. Я только когда услышала ее, вспомнила, что так спешила покинуть «Жемчуг-холдинг», что забыла обналичить премию.
Не знаю, настойка мне помогла или вера в то, что на самом деле душа бабули освободилась и мы скоро встретимся, но, выходя за ворота, я вместо горя испытывала лишь светлую грусть. На обратном пути вспоминала всё хорошее, что у нас с бабулей было, и дала себе зарок при встрече обязательно за все её отблагодарить. А потом всю дорогу гадала: а как наша встреча произойдёт? Может, бабуля родится моей дочкой? Или нас жизнь столкнёт иначе? А может, она уже возродилась какой-нибудь попаданкой, и мы с ней встретимся в одном из миров, когда я буду в нем на задании? А что, такое бывает! Про попаданцев в Жемчужном все знают. Вот было бы здорово прожить бабуле новую жизнь со всем накопленным в старой опытом!
Дорога пролетела незаметно, и вот я уже второй раз за несколько часов поднялась на пятнадцатый этаж. А меня нам как будто весь день ждали!
– А вот и вы, Марьяна! – обрадовался мой адвокат Эдгар Аскольдович. – Что там у вас стряслось?
Не уверена, но, кажется, он принадлежал к расе вампиров. На Земле все выглядели как люди, а определить расу я пока не могла. Но иссини-чёрные волосы и слишком светлая кожа упорно делали его в моих глазах вампиром.
– Бабушка умерла. У меня есть справка о смерти. Я хочу, чтобы вы получили свидетельство, сообщили моей мачехе, что теперь я владею двумя третями наследства, начали дело о вступлении в наследство и отправили на похороны кого-то вместо меня под иллюзий. Надо будет рассчитаться за ритуальные услуги. Деньги я сейчас обналичу и передам вам. А ещё мне нужен консультант по нумизматике.
– Всё сделаем в лучшем виде! – ещё сильнее обрадовался адвокат. Ишь как мой отзыв ему сильно нужен! – Пройдемте в приёмную, надо перезаключить договор, а заодно и отзыв оставите.
Я посмотрела на часы. Время подходило к шести, а значит пора дать о себе знать Хордану, иначе он мне вечером устроит нагоняй за то, что опоздала к ужину и не предупредила. Или не предупреждать? Чего я сама к нему с отчетом лезу? Словно стремлюсь получить статус истинной пары и потерять независимость.
Бесплатный фрагмент закончился.