Близких всегда тяжело терять. Особенно когда прожил с человеком в любви и согласии почти двадцать лет. Такие потери никогда не проходят бесследно и их очень тяжело пережить. Порой проходят годы, прежде чем человек приходит в себя.
Уже минуло несколько месяцев с того дня, как ушла моя Юля. Ушла быстро, внезапно – сгорела за месяц. Врачи ничего не смогли сделать – редкая неизлечимая болезнь.
Я теперь часто просто сижу во дворе своего большого дома, ставшего внезапно таким пустым. К сожалению, мы с Юлей так и не успели завести детей. И нет близких людей, общение с которыми могло бы хоть как-то заполнить мое одиночество.
Зачастую в таких случаях людей выручает работа, в которую они окунаются с головой. Общение с сослуживцами хоть как-то скрашивает будни. Но у меня другая ситуация: я писатель. Мой круг общения – мой издатель, да в последнее время один известный композитор, которому я написал несколько текстов для песен.
Но после смерти жены я перестал писать что-либо. Просто не могу выдавить из себя ни строчки. Тренажеры в зале, да сидение на стульчике во дворе у дома – вот и всё, чем занят мой день.
Вот и сегодня с утра я сижу, уставившись на клумбу с цветами, в голове пустота, делать ничего не хочется. Неожиданно моё одиночество прерывается. Я слышу голоса – женский и детский. Голоса раздаются со стороны соседнего дома. Хоть какое-то разнообразие в унылых буднях.
Мне вдруг становится любопытно. Я встаю со скамеечки и направляюсь к соседнему дому.
Да, как я и думал, голоса принадлежат моей соседке из дома справа и ее маленькой дочурке. Соседку зовут Мари. Сейчас она пытается заниматься сразу несколькими делами: усадить в машину четырехлетнюю дочку, запихнуть туда же какие-то коробки и вдобавок поговорить по телефону.
– Дорогой, я всё понимаю. – слышу я громкий голос Мари, нервно говорящий в трубку, – но это невозможно. Мне некуда деть Софи. Я не могу весь день таскать ее с собой. Да, надо было нанять няню. Я тебе об этом каждый день твержу, но ты меня не слышишь. И что мне делать? Ты меня хоть немного слушаешь? Ау!!! Ты где?! Черт! Черт! Черт!
Мари бросает мобильник на сиденье и бежит за Софией, которая уже выбралась из машины и ловит кузнечиков в траве.
Вообще-то, мне нравятся мои соседи справа. Молодая еще пара. Алекс, муж Мари, правда, несколько старше жены, ему уже за тридцать. Я его редко вижу, он почти всё время на работе. А Мари с дочкой я вижу почти каждый день. Мари не работает, занимается собой, хозяйством и ребенком.
Поймав девчушку, женщина отряхивает траву с ее чистенького костюмчика.
– Что ж мне с тобой делать-то? – задумчиво спрашивает мама дочку, разумеется, не надеясь услышать ответ. – Твой отец просто идиот.
Моя соседка выглядит очень расстроенной, и я внезапно решаю прервать своё затворничество. Я выхожу за калитку.
– Мари, добрый день, – подхожу я к женщине. – Что-то случилось? Может, я могу помочь?
– О, мистер Грин, здравствуйте, – Мари приветливо улыбается, но на ее лицо заметно напряжение. – Вряд ли Вы сможете помочь. Мне надо на весь день уехать, и я просто не знаю, что делать с Софи. В такую жару я не смогу оставить ее в машине, но и с собой взять не смогу. И дома одну я не решаюсь ее надолго оставлять.
Я не знаю, какая муха вдруг меня укусила. Вообще-то, я не очень люблю маленьких детей. Но слова буквально сами вырываются из моих уст.
– Так в чем проблема, – говорю я, – давай я с малышкой посижу, мне все равно одному скучно. У меня большой дом, да и во дворе много интересного. Уверен, Софи будет хорошо у меня.
– Мистер Грин, Вы серьезно? – женщина удивленно и даже, как мне кажется, испуганно смотрит на меня. – Это ведь на целый день. Вам будет тяжело, Софи сложный ребенок.
– Ничего, справлюсь, – улыбаюсь я беззаботно. – Оставляй ее, не бойся.
– Ой, я даже не знаю, – смущенная улыбка появляется на лице Мари. – Вы меня просто спасаете. Но ее нужно ведь еще будет покормить.
– Не беспокойся, покормлю, спать положу. Что там еще надо сделать?
Мари объясняет мне, что нужно в первую очередь сделать.
– Доченька, веди себя хорошо и слушайся дядю мистера Грина, – обращается Мари к дочке, которая не выглядит ни смущенной, ни испуганной.
Женщина оставляет мне какие-то продукты и запрыгивает в машину. Софи не выказывает никакого недовольства тем, что ее оставляют с едва знакомым дядей.
Девочка оказывается вполне послушной, и мы замечательно проводим с ней целый день. Мама появляется уже поздно вечером.
– Ой, спасибо Вам, мистер Грин, – настроение у Мари вечером значительно лучше, чем было утром, – Вы меня очень выручили. София хорошо себя вела?
– Замечательно. Мы очень хорошо провели время, правда, Софи?
Девочка радостно подтверждает маме мои слова.
– Я должна Вас как-то отблагодарить, – мама ребенка задумывается. – Но даже не знаю, может некоторое денежное вознаграждение?
– Мари, не придумывай, – я протестующе машу рукой. – Мне это было несложно, а даже, наоборот, очень интересно. Мне последнее время очень тяжело одному, а тут такой лучик счастья.
– Да, извините, мистер Грин, – женщина становится серьезной. – Я вполне понимаю Ваше состояние. Юля была очень хорошим человеком.
– Да, мне ее очень не хватает, – киваю я. – Да и вообще не хватает чего-то важного. Поэтому я хочу тебе кое-что предложить.
– Да, я слушаю, – в голосе Мари слышится напряжение.
– Если тебе опять не с кем будет оставить Софи, – с улыбкой говорю я, – приводи ее ко мне. Я буду очень рад провести время с ней.
– Вы серьезно, мистер Грин? – женщина удивленно смотрит на меня. – Я даже не знаю, мне как-то неудобно так обременять Вас.
– Это будет не обременение, а радость. Так что, жду новой встречи. Пока, девочки.
Я разворачиваюсь и ухожу к себе в дом.
Вечером перед сном я размышляю, сидя у окна.
Сегодня что-то случилось. Произошло событие, которое я совершенно не ждал. Может быть, у меня получится как-то поменять свою жизнь теперь? День, проведенный в обществе маленького существа, вселил в меня некоторую надежду на выздоровление. Это был первый день после смерти Юли, когда в моей голове не было ни одной мрачной мысли.
Моя голова совсем ясная, и я даже подумываю написать небольшой стишок, скорее всего, это будет что-то детское. Хотя ни про детей, ни для детей я еще ничего и никогда не писал.
София спит. Алекс всё еще на работе, или где-то еще. Я стою под душем. Мысли в голове крутятся вокруг сегодняшнего события.
Странное происшествие. Что это вдруг случилось с нашим соседом? Два года мы живем рядом, но кроме здравствуйте и до свидания, ничего никогда не было. С его женой Юлей я хорошо общалась, хотя она была и значительно старше меня. Но она была такой жизнерадостной и общительной. До самой смерти. А сам мистер Грин всегда был немного замкнутым. Юля говорила, что он постоянно витает где-то в своих фантазиях. И тут вдруг такое неожиданное предложение. А Софии, кстати, у него очень понравилось, весь вечер трещала, как ей было здорово у соседнего мистера. Надо будет все-таки его как-то отблагодарить. Может испечь что-нибудь. Но я не знаю, что он любит. И с Алексом надо будет посоветоваться насчет того, чтобы иногда оставлять ребенка у соседа. Няню каждый раз приглашать неудобно, да и тяжеловато это для нашего бюджета. К тому же в нашу глухомань тяжело кого-то заманить.
Утром меня будит женский голос и детский капризный плач. Окно моей спальни выходит на ту сторону, где живут другие мои соседи. Как ни странно, это тоже молодая пара с ребенком, и тоже с девочкой.
Вообще, в нашем небольшом поселке очень много молодых пар. В городе жилье дорого стоит, а здесь в удалении всё намного дешевле. Молодежь, не имеющая большого достатка, перебирается из города ближе к природе.
Вот и моя молодая соседка слева, Ника, сегодня с утра собралась, как всегда, на работу в город. А перед работой она обычно забрасывает Вику в детский садик. Но сегодня у соседских девочек что-то пошло не так. Вика раскапризничалась. Я слышу, как она прямо с надрывом кричит, что не хочет в садик.
Ника, стоя около уже заведенной машины, пытается сначала спокойно уговорить ребенка, но, в конце концов, ее нервы не выдерживают.
– Да заткнись ты наконец, – в отчаянии кричит женщина, – хватит ныть, марш в машину.
Вообще-то, Ника очень спокойная, жизнерадостная и общительная девушка. Я с ней чуть ближе знаком, чем с Мари. Но в последнее время что-то она часто стала срываться.
Не знаю, может, что-то в семье у них происходит? И она, и ее муж много работают. Энтони, муж Ники, уезжает обычно очень рано, а приезжает всегда значительно позднее ее. А Ника, кроме того, что работает сама, еще и занимается домом и ребенком. Может быть, она просто очень сильно устает?
Обычно я не вмешиваюсь в чужие дела, но тут меня как будто что-то подталкивает в спину. Я встаю, набрасываю на себя кое-какую одежду и выхожу во двор.
– Доброе утро, Ника. Доброе утро, Виктория. Что случилось, малышка? Почему ты плачешь?
– Доброе утро, мистер Грин, – напряженно говорит женщина. – Прямо ужас какой-то. Я на работу опаздываю. А надо еще Викторию в детский сад забросить. Вот только вчера небольшая неприятность в саду приключилась. Вику один мальчишка из ее группы немного обидел. Он вечером попросил прощения, они вроде бы помирились, но Вика сегодня заартачилась. Не хочет идти в сад, и всё! Никакие уговоры не помогают, даже не знаю, что теперь делать.
– Ну, если всё так плохо, может, я могу помочь? – я опять иду по вчерашней дорожке.
– Как? – удивляется Ника.
– Пусть Виктория сегодня погостит у меня, успокоится. А завтра со свежими силами пойдет в свой садик.
– Мистер Грин, мне как-то неудобно, – женщина недоверчиво качает головой. – Зачем Вам такие проблемы? Вики не подарок, она не умеет тихо себя вести.
– Я знаю, – улыбаюсь я, – но мне и не надо тихо. Мы хорошо поиграем и повеселимся.
И я, и мама девочки смотрим на девочку.
– Ну как, Виктория, пойдешь сегодня ко мне? – спрашиваю я ребенка.
Девочка внимательно смотрит на меня, потом на маму и кивает.
– Вот видишь, Ника, – обращаюсь я к женщине, – ребенок сделал выбор. Давай, я отведу ее ко мне во двор, а ты поезжай спокойно на работу. Ни о чем не беспокойся, у меня даже есть чем накормить ребенка. Всё будет замечательно.
– Ну, смотрите, мистер Грин, – Ника переводит взгляд с меня на дочку. – Вика, а ты веди себя хорошо.
Я забираю у Ники ребенка, и мы замечательно проводим с девчушкой весь день, пока ее родители зарабатывают деньги.
С работы Ника возвращается, как обычно, раньше мужа.
– Привет, как дела? – настроение у женщины явно приподнятое. – Вики, ты хорошо себя вела?
Почему мамы в первую очередь интересуются, хорошо ли ребенок себя вел? Ребенок ведь не спрашивает, хорошо ли себя вела мама?
– Ника, всё было замечательно, – отвечаю я вместо Вики. – У тебя прекрасный ребенок, мы отлично поладили. Правда, Виктория?
Девочка радостно кивает и начинает рассказывать маме, во что мы с ней сегодня играли.
– Подожди, дома расскажешь, – останавливает Ника порыв дочки. – Мне с мистером Грином надо еще поговорить.
Женщина поворачивается ко мне с улыбкой, но я чувствую некоторое напряжение в ее взгляде.
– Мистер Грин, я Ваша должница, – говорит Ника. – Я понимаю, деньги Вы не возьмете…
Я утвердительно киваю, деньги меня сейчас мало интересуют.
– Может, я могу чем-то помочь Вам? – предлагает женщина. – Может, что-то по дому сделать? Вам, наверно, тяжело в последнее время одному?
Может быть, эта женщина и могла бы чем-то помочь мне в хозяйстве, но я вижу, что она и так выглядит уставшей. Ника молодая и очень симпатичная женщина, но она явно сильно измотана напряженным рабочим графиком. Работа, дом, ребенок, муж – я не могу напрягать ее еще больше.
– Спасибо, Ника, но мне ничего не нужно, – качаю я головой. – Единственное что я, может быть, попрошу… Не знаю, правда, как ты к этому отнесешься…
– Да? – в усталых глазах женщины проскальзывает напряжение. Интересно, о чем она подумала?
– Можешь иногда оставлять мне Викторию? – предлагаю я. – Когда она капризничает и не хочет куда-то идти? Мне одному бывает скучно, а с ней было так весело.
– Мистер Грин, Вы уверены? – удивленно спрашивает мама девочки. – Но это ведь такое беспокойство для Вас. Я, конечно, не против. Иногда, действительно бывают моменты, когда ребенка не с кем оставить…
– Вот и замечательно, – улыбаюсь я. – Когда не с кем будет Вики оставить, приводи ее ко мне.
Ника не возражает и уводит девочку к себе, а я, вернувшись в дом, вновь предаюсь размышлениям.
Итак, это опять произошло. Новый ребенок, новые эмоции. Я никогда не думал, что дети – это так интересно. Мне казалось, что я не люблю детей, не понимаю их. Я считал, что они очень надоедливые, и просто мешают жить. Может это и было одной из причин, почему мы с Юлей так и не смогли завести собственного ребенка. Но кажется, я сильно ошибался. Дети вдыхают в меня новую жизнь. Или может быть это потому, что это чужие дети? Но мне с ними интересно. А это главное.
Вики спит. Энтони задерживается на работе дольше обычного. Я ложусь спать одна, а мыслями возвращаюсь к сегодняшним событиям.
(Ника моется в душе перед сном)
Странно как-то это всё. Мистер Грин непохож сам на себя. Ладно, со мной он частенько разговаривает. Мне кажется, что я ему даже нравлюсь. Но вот с Викторией он, по-моему, за всё время один-два раза словечком перекинулся. Да и то, когда она сама что-то у него спрашивала. Он вообще не очень общительный мужчина, сам редко когда заговорит. А тут пригласил ребенка в гости. И Вике, судя по всему, понравилось у него – они играли, разговаривали. Странно. Надо будет все-таки его как-то отблагодарить. С Тони надо посоветоваться, может, он что придумает.
Бесплатный фрагмент закончился.