– Залесская! Вы издеваетесь? Нет, я, конечно, понимаю, ведьма никогда не бывает одна. К ней постоянно приходят то вдохновение, то аппетит, то лень. Но это вот что? – выдохнул профессор Риар, останавливаясь возле моего столика, на котором в данный момент располагался котелок с очередным неудачным зельем.
Сказать ему, что зелье предназначено для создания хорошего настроения? Или уж честно признаться, что ко мне в данный момент пришло ни вдохновение и ни лень, а этот… как его… полный трындец с бантиком на боку. Может, и не отправит на дополнительные курсы по зельеварению, как грозился. Прошлые занятия очень уж впечатлили размахом. На каверзы после них не осталось ни времени, ни сил.
И еще совсем не хочется тратить неделю весенней практики, когда можно побродить по лесам и лугам, собирая первые травы и цветы, полные особой силы, на зубрежку. Я даже не была уверена, что мне все эти заученные в Велорской магической академии рецепты зелий пригодятся.
Варево же… булькало. От него шел дымок, и сразу начинали слезиться глаза. А уж пахло полынной горечью так… Даже самые выносливые боевые маги морщились и решительно отодвигались от меня подальше.
Магистр Риар снова заглянул в мой котелок, словно надеялся, будто найдет там что-то другое, и о чем-то задумался.
Я невольно в который раз залюбовалась им. Синеглазый блондин, преподававший нам зельеварение и боевую магию, был мечтой девичьих грез. По нему сохла вся наша академия, даже преподавательницы тайком вздыхали. Но красавчик оставался по-прежнему один, никому не дарил своего сердца, не давал надежд. А я… увы, почувствовала в нем своего суженого, едва ли ни с первого взгляда, и, осознав нереальность счастливого конца, старалась держаться подальше. Жаль, вариант с тихой и незаметной серой мышкой не прокатил. Я же ведьма, и этим сказано если не все, то многое.
В тот момент, когда магистр Риар задумался, его волосы, собранные в хвост на затылке, неожиданно рассыпались по плечам, подчеркивая и без того красивые скулы и подбородок. Сапфировые глаза стали пронзительными, словно летнее небо в ясный день, а на губах вдруг заиграла легкая улыбка.
Адепты тут же зашептались и разбежались по разным углам, словно испуганные мыши. Просто улыбался профессор безумно редко, в исключительных случаях. В тех самых, когда кто-то из ведьм доводил его до невменяемого состояния. Остальные маги, не имеющие подобного дара, не рисковали. А мы… ведьмы… Да что тут говорить – характер сам за себя все сделает! У нас врожденные вредность, упрямство, энтузиазм и катастрофическое умение попадать в неприятности. Чуем мы их, как не знаю кто!
И мой смертный час, похоже, приближался. Два года меня эта мечта девичьих грез терпела, пыталась чему-нибудь да научить, а теперь, кажется, окончательно отчаялась.
Поймала его взгляд – несчастное сердце ведьмы дрогнуло и ухнуло вниз. Было время, когда я отрицала, что безоглядно влюблена в профессора Риара. Смешно же, право слово! Где он и где я? Или вернее… кто он и кто я? Магистр высшей магии и ведьма-недоучка… И мечтать себе, конечно, о невозможном запрещала, надеясь, что выучусь и уеду так далеко, чтобы никогда не видеть и не встречаться. И пусть не забудется, засядет занозой в сердце, но хоть будет не так больно. Потом смирилась, приняла и стала жить дальше. Куда деваться-то? Оказывается, и к муке безответной любви можно привыкнуть, а временами еще и получать удовольствие. Вот как сейчас, когда я смотрела в его глаза, обещавшие все возможные кары небесные, но под ногами словно расстилался звездный путь со всеми тайнами, чудесами и невиданным доселе волшебством, а душа обретала крылья.
Погибель полная, окончательная и бесповоротная.
Профессор зельеварения снова улыбнулся, еще более обворожительно – за его спиной послышались сдавленные стоны, но тут же стихли, ибо… чревато. Легкомысленных женщин профессор Риар на дух не выносил. Все попытки свести с ним близкое общение сводил на нет, да такие заклинания накладывал… Пока снимали, образумились даже самые упертые и настойчивые.
И вот только тут я и вспомнила, что о произошедшем после его улыбки мало кто рассказывал, лишь дрожал и спешил по своим делам.
– Магистр Риар… я не специально! Честное ведьминское! – выдала запоздало и испугалась еще сильнее. – И я очень не хочу отказываться от недельной практики! Не лишайте меня ее. Пожалуйста! Я вам всю лабораторию до блеска отдраю, если желаете.
В аудитории послышались шепотки и смешки, которые тут же смолкли. Профессор Риар посмотрел на меня и… снова улыбнулся.
– Нет, ну сколько можно! – возмутилась я. – У меня от вашей улыбки и так скоро сердце остановится! Могли бы найти и более легкий способ убийства!
Студенты за спиной охнули. На такую реплику еще никто не отваживался. Профессор Риар мгновенно прищурился, вдруг стал походить на голодного дракона, которому подложили беззащитную ведьмочку на вкусный обед.
– Правда, не надо дополнительных занятий! Не поможет! – ляпнула я.
И тут же снова чуть не сошла с ума от его многообещающего взгляда.
– Залесская, давайте вы уже определитесь, строить из себя испуганную адептку или смелую ведьму! И тогда я смогу придумать, что с вами делать! – ехидно заметил профессор Риар. – Вам, однозначно, нужны дополнительные занятия. Как вы будете зелья-то варить? Всех ведьм опозорите, а они вам этого точно не простят!
Я фыркнула, покраснела и заявила:
– Мне очень хочется травы пособирать… Весна же в самом разгаре. Уже и стародубки вылезли, и почки на березах не просто набухли, а вот-вот разродятся шелковыми листьями, и волшебные пролески…
Должен же он понять! Знает же, что из себя представляет ведьма!
– То есть предлагаете дать вам последний шанс?
Послышались пораженные возгласы, потому что магистр Риар никогда не давал последних шансов, сразу назначал наказание.
– Да, – вспыхнула я, чувствуя, что меня однозначно ждет подвох, но не в силах сопротивляться вспыхнувшей семицветной радугой надежде на чудо.
– Весенняя недельная практика начинается завтра. Если окажетесь настолько талантливы, что приготовите особое зелье… Так и быть, портал вас пропустит. Если нет… До окончания университета будете ходить на дополнительные занятия к профессору Ардаре.
Мои глаза округлились. Еще бы! У этой преподавательницы не забалуешь. И она не спустит ничего из того, на что порой закрывал глаза профессор Риар. Вела магистр Ардара, кстати, параллельный курс. И о ней ходило едва ли не больше слухов, чем о нашем преподавателе.
– А может, не надо, – пискнула я.
– Уж не разочаровывайте меня, Залесская! – хмыкнул профессор Риар и одним щелчком удалил из котла неудавшийся эксперимент. – За рецептом зелья зайдите после занятий.
Если бы я знала, на что подписываюсь, лучше бы сразу же отказалась от этой затеи и согласилась бы на дополнительные занятия, пусть бы их даже выходец из бездны проводил. Но сейчас отступать было поздно. Во-первых, гордость не позволяет, а во-вторых, собственное любопытство. Да и когда еще удастся опробовать зелье создания, рецепт которого сохранился со времен правления фей и, что удивительно, затерялся в семейном архиве профессора Риара.
И что бы мне такого создать? Я от нетерпения приплясывала возле старого котелка, служившего не одному поколению в моей семье верой и правдой, рассматривала разложенные на столе ингредиенты и отбрасывала одну идею за другой, пока не остановилась на фамильяре.
Почему бы и нет? Многие ведьмы заводят друга-хранителя, мне такой точно не помешает. И научит чему-нибудь полезному, и от неприятностей убережет. Обдумав эту мысль, решительно налила в котелок на самое донышко родниковой воды, добавила травы-муравы и зашептала заклинания, четко выговаривая слова.
Так, что там дальше? Корни и листья известных растений, которые использует любая ведьма для ворожбы, парочка заранее приготовленных эликсиров – в моем случае, купленных у травницы в лавке, чтобы избежать непредсказуемых последствий, – и снова заклинания.
Варить зелье предстояло долго, вливать свою силу, вкладывать желание и душу в творение, поэтому я не отвлекалась и сосредоточилась на деле. Пожалуйста, пусть получится!
У меня и мама – ведьма с сильным даром, и бабушка, и прабабушка… И все владеют классической магией. Я не могу подвести их и себя!
Наверное, ведьминское чутье откликнулось во время моей мольбы, во мне что-то отозвалось, натянулось струной, зазвенело…
Есть что-то особо притягательное, неуловимое, по-настоящему волшебное в подобной ворожбе. Когда бросаешь порошки и смешиваешь их в котелке, добавляя травы, и замираешь, ожидая результата. Аромат по комнате плыл теплый, чуть сладкий и невероятно приятный, а цвет зелья временами менялся. То он становился прозрачным, как слеза, то янтарно-золотым, то ярко-зеленым.
Я увлеклась, с головой ушла в приготовление, а когда до рассвета оставалось всего ничего, добавила в зелье главный ингредиент – радужную пыль и стала перечислять качества, которыми пусть обладает мой фамильяр.
Волшебство фей непредсказуемо, капризно, требует четкости и уверенности в желании.
– Пусть будет умным, – прошептала я, добавляя щепотку корня айдайры и тем самым закрепляя свойство, – и помогает мне справиться с домашними заданиями. Красивым…
Я щедро сыпанула сушеные колокольчики, краснея от мысли, что их цвет напоминает мне глаза магистра Риара. И невольно вспомнила его лицо, с такими правильными и в то же время мужественными чертами, выбившиеся пряди волос, собранных в хвост на затылке, и мечтательно вздохнула…
Так, что еще?
– Смелым, справедливым и милосердным, благородным… Чутким к чужой беде. С хорошим чувством юмора…
Эх, что-то меня понесло, но в котел я уже побросала все мыслимые и немыслимые ингредиенты, поэтому горевать буду позже. Или наслаждаться последствиями.
– И пусть любит меня так… как никто на всем белом свете! – решительно выдала я и на радостях вылила целый флакон фиалковой эссенции.
Подумала еще мгновение, рассматривая оставшиеся порошки и травы, покосилась на огнецвет. Неплохо бы, если мой фамильяр мог что-нибудь или кого-нибудь подпалить. Глубоко вдохнула и бросила в бирюзовое зелье огненный цветок. Выдохнула.
Вот вроде бы и все! Бережно высыпала остатки радужной пыли, закрепляя полученный результат.
Зелье неожиданно заискрилось, котелок вдруг закрутился, и меня отбросило магической волной на край щита.
Я потерла глаза, ощупала себя на предмет повреждений, пару раз громко чихнула и… уставилась на профессора Риара, стоящего посреди моей комнаты, наполовину погруженной в густой туман. Котелок, пустой и словно кем-то вылизанный, валялся в паре шагов от него, хотя виднелся только край посудины, зелье бесследно исчезло, а вот фамильяр… так и не появился. И что теперь делать?
Бесплатный фрагмент закончился.