На меня оглядывались. Нет, все было гораздо хуже: на меня оглядывались абсолютно все. Даже те, кто сейчас должен судорожно строчить полугодовой отчет для начальства. Все же не каждый решится шутить с нашим шефом. Карас, хоть и справедлив, но высший огненный демон, а это сказывается на характере. Поганее характер в отделе особого назначения в фирме, оказывающей самые разные услуги для магического сообщества, разве что у меня. Но я ведьма, что с меня взять? И если быть честной – еще и темная, а это особый разговор.
Именно поэтому самым ретивым, не просто выглядывающим из-за столов и не опускающим глаза, а пристально меня рассматривающим, я настроение подпортила. Десяток чесоточных сглазов, пяток проклятий среднего уровня (к вечеру особо любопытные начнут лысеть и стареть), да парочка заговоров. Тех самых, которые законом вроде не запрещены, но мелких неудач принесут немало, пока не истончатся чары. А они у меня знатные, долгие да крепкие.
Вскрикнула вампирша из отдела подготовки нестандартных праздников, пролив на ярко-алый свитер кофе, выругалась ее начальница, подвернувшаяся мне на пути, едва сломался каблук на новых и дорогих туфельках. Эльфы из Светлого леса, которых непонятным образом занесло в эту часть здания, где работала лишь нечисть и темные колдуны, старательно накладывали щиты и пытались слиться с мебелью. И вроде видят меня впервые, но прозорливые, слов нет!
– Ведьма! – осмелилась прошипеть вслед новенькая из отдела кадров, начиная тут же седеть от очередного брошенного легкого сглаза.
– Темная, – напомнила я, улыбаясь.
Как ни крути, а репутацию надо беречь.
Свернула в пустой коридор, чуть прибавила шагу, хотя в туфельках на высоких каблуках это было почти сродни самоубийству. Жаль, Карас не дал передышки, сразу вызвал, едва закончила с заданием на королевском балу. С половины советников Его Величества снимала занятное проклятье «черная паутина». Цеплялось оно к ауре пусть и непросто, но передавалось легко и быстро, забирая жизненные силы. Пока нашла затейника да оттащила к палачам, дело приблизилось к полуночи. Но срочный вызов от шефа игнорировать было нельзя. Нет, я Караса не боялась, он был моим учителем, наставником, тем, кто однажды заменил мне семью… И все бы ничего, если бы подобное не грозило неприятностями. Я, темная ведьма, их за версту чую. Или они меня.
Снова свернула, споткнулась и чуть не потеряла равновесие. Подняла повыше пышную юбку из тяжелого атласа, поправила черное кружево на груди, с трудом подавила зевок.
Остроконечная шляпа, вчера успешно выкупанная в пяти новых зельях, отражала сглазы и заговоры, которые сыпались со всех сторон из отделов, где темных ведьм не жаловали. Слишком мы опасные, слишком непредсказуемые, слишком сильные. Где-то завидовали, где-то мечтали о невозможном, но чаще всего просто боялись. Так уж устроен этот мир: если ты чем-то выделяешься и отличаешься от других, легко и просто жить не получится. Это я давно уяснила, когда погибли родители.
Метла, поддерживая и меня, и шляпу, угрожающе щелкала прутиками и временами выстреливала колючками. К ней не совался никто, лишь поглядывали с опаской. Оно и верно, не стоит им знать, что, когда колючки закончатся, на замену придут боевые искры. Свою красавицу я искренне любила и совершенствовала, как могла.
В приемной я остановилась у пустующего места секретаря. Обычно Арчи неотлучно находился за столом, работая с документами, но сейчас его здесь не оказалось. Он ненадолго вышел, наверняка получив очередное любовное послание от Эллочки из бухгалтерии, которая была влюблена в него так давно и преданно, что даже наш ледяной маг сдался и решил попробовать стать ее парой. В отделах какое-то время делали ставки, чем закончатся их отношения, и я искренне надеялась, что свадьбой, ведь дело шло именно к этому.
Чашка ароматного кофе, исходящая паром, от которого потекли слюнки, и заготовленные бутерброды с ветчиной, лишили меня самообладания. С Арчи, синеглазым красавчиком-брюнетом, я с давних пор дружила, поэтому без зазрения совести села на его стол и притянула себе тарелку с едой, блаженно вцепившись в бутерброд. Кто же знал, что, бегая на каблуках по бальным залам королевского дворца, разыскивая гада-проклятийника, не успею даже поесть. А силы мне еще как нужны! С голодной ведьмой связываться себе дороже.
– Агата, у меня тоже кофе имеется, – раздался из-за двери голос шефа.
Я хмыкнула, сделала последний глоток и поднялась. Стоило шагнуть за порог, как дверь захлопнулась, отрезая путь к бегству. А именно это мне сейчас и хотелось сделать.
У неприятностей, а это были точно они, оказались янтарные глаза, которые обожгли, словно солнце в пустыне. Однажды я выполняла задание в песках Арн-шах-тана и чуть не погибла, даже несмотря на свои способности и особый талант к темной магии, поэтому знала, о чем говорю. Сейчас погибель мне нес этот взгляд. Пронзительный, уверенный, терзающий… Мир сыпался осколками, ломался гранями, и воздух вокруг нас за считанные мгновения сгустился.
Ощущение, что на маленьком клочке земли оказались я и этот незнакомец, усилилось, когда он поднялся. Стройный, гибкий, с повадками хищника. Светлые короткие волосы беспорядочно уложены, на щеке – недавний порез, который еще не успел зажить, руки в витиеватых узорах, созданных магией. Сильный маг. Властный. Уверенный. Кроме того, явно бывалый воин, меч, выглядывающий из ножен, пусть и не броский, но даже по рукояти можно оценить литье. Простой человек на такой и не посмотрит, мимо пройдет, не поняв ценности подобного оружия. И темная дорожная одежда, что на незнакомце, пусть местами в подпалинах, не выпадает из образа опасного охотника.
И пахнет от него огнем и пеплом…
Мне вот только феникса для полного счастья не хватало. Да проще пережить конец света.
– И даже сбежать не попыталась, а вы переживали, – чуть хрипловатым голосом заметило это наваждение, и оцепенение с меня спало.
Да я бы попробовала, но Карас предусмотрительно перекрыл все выходы. Какой смысл тратить силы?
Сделать вид, будто мужчину не заметила, не получилось бы, выглядела бы глупо, но вот общаться я с ним пока не обязана.
– И? – полностью игнорируя незнакомца, обернулась к шефу.
К шефу, который сидел за столом, ломал седьмой по счету карандаш и хмуро смотрел в мою сторону. И как-то сразу стало понятно, что отказаться от задания не получится. И что оно мне точно не понравится. Вот ни одной поломанной веточки на моей метелке не понравится.
– Данраш Огнецвет сопровождает и охраняет невесту лорда Антанрийского в замок жениха, – неспешно, явно давая осмыслить сказанное, заявил шеф.
– Невесту прокляли? – деловито поинтересовалась я.
Все же при всех моих ведьминских талантах я специализируюсь именно на проклятьях. Чую их хоть на людях, хоть на предметах. И даже в самых сложных случаях, если сосредоточусь и отпущу побольше силы, разгляжу тонкую, порой весьма искусную вязь, и всегда отыщу нить, за которую нужно тянуть.
– Нет, – ответил Карас.
– Украли? – удивилась еще больше, все же фениксы, хоть и были малочисленной расой, слыли лучшими телохранителями.
А уж за этим… как за каменной стеной.
– Без оскорблений никак? – уточнил Данраш, сощурившись и явно меня оценивая.
Еще бы! Одна темная ведьма посмела усомниться в его качествах.
Он вдруг вздрогнул, от рук полетели искры. Разволновался что-то чересчур. Еще немного и спалит шефу любимый кабинет, никакие защитные чары не помогут. Карас вдруг уставился на Данраша, потом перевел взгляд на меня, а затем – снова на нашего клиента. Чуть наклонил голову, удивленно взглянул.
– Мне показалось, или…
– Нет, – отрезал Данраш. – Не показалось, – ответил еще тише.
Это они о чем? Зыркнула на шефа, который лишь загадочно усмехнулся и как-то самодовольно растянулся в кресле, будто предвкушал приятное развлечение. Объяснений Карас точно давать не был намерен, поэтому я посмотрела на Данраша.
Цвет его глаз стал напоминать солнечные искры, от чего хотелось зажмуриться, но я сдержалась, и Данраш едва заметно усмехнулся. Проверял, значит. Ну, погоди у меня…
– Агата – одна из лучших ведьм, работающих в отделе особого назначения, – вкрадчиво заметил Карас.
Однозначно, стрясет с него в пять раз больше, чем обычно. Фениксы ведь не только лучшие защитники, но и сказочно богаты. Если бы не поганый характер, который единицы могут терпеть, да огненная магия, что ни каждому позволяет к фениксу прикоснуться, все зависит от их степени доверия и симпатии, цены бы им не было, а уж женщины бы толпами бегали.
Прикусила губу, стараясь не улыбнуться. На месте этого Данраша Огнецвета я бы уже давно бежала подальше от нашего шефа и искала убежище.
Он вдруг снова уставился на меня, в глубине глаз сверкнул неожиданно теплый и манящий огонь. Окинул взглядом уже меня всю, от чего очень хотелось наложить на него все сглазы разом, а знала я их немало, сто тридцать четыре штуки. Порой, и новые придумывались сами собой, пополняли мой боевой арсенал. Сдается, если с фениксом мне придется все же работать, я и новые проклятья изобрету и на нем же все опробую.
Шеф же поднялся, оперся о край стола. Дерево затрещало, кусок отвалился. М-да… Так качественно довести нашего демона до состояния «иду убивать» – это талант надо уметь. Даже мне подобное не всегда удавалось.
– У вас есть сомнения в квалификации моей лучшей сотрудницы? – совершенно спокойно поинтересовался он.
Когда у Караса было подобное настроение, наш офис пустел за считанные секунды. У всех и сразу находились важные и срочные, а главное – вот совсем неотложные дела. Я сощурилась, подождала, когда шеф сядет обратно. Раз до сих пор не испепелил этого наглеца, значит, дело важное, сделку упускать нельзя.
Я без зазрения совести села к шефу на стол, закинула нога на ногу и ухмыльнулась, рассматривая Данраша. Выждав минуту, которая казалась натянутой стрелой, уверенно заявила:
– Тридцать семь проклятий, двадцать три сглаза, пятьдесят один приворот и восемь попыток убийства. И это за прошедшие две недели. Впечатляет. Последняя, кстати, произошла два часа назад. И боюсь представить, с кем мне, темной ведьме, придется столкнуться, если даже фениксу они нанесли семь ранений.
Данраш опалил взглядом так, что показалось – я падаю в саму бездну. И вот странное при этом ощущение – за спиной распахиваются невидимые крылья, которые уже подарил этот сильный мужчина. Отчаянно смелый. Такие долго и не живут… Разве что фениксы. Они могут возрождаться из пепла, пусть и уйдет на это столетие.
– Я утрою вознаграждение, – вдруг заявил Данраш, впечатлившись моими способностями.
– Я верно поняла, все это с вами проделала невеста вашего лорда Антанрийского? – все же уточнила на всякий случай.
– Кроме попыток убить меня, да. Там наемники вечного соперника моего лорда постарались.
Хм… Я задумалась, взвесила все услышанное и уточнила:
– Стало быть, вы хотите, чтобы я провела ритуал, который навеет на леди сон, а потом спрятала ее в артефакт? Тот самый ритуал, за который ведьме грозит смертная казнь?
– Я поделюсь кровью и силой, – спокойно заявил Данраш, и я чуть не упала со стола.
Добровольно отданная кровь и сила феникса позволяют выжить, когда смерть стоит за плечом. То есть, даже если попадусь и случится казнь, к рассвету я оживу, как ни в чем не бывало. Учитывая это, я понимала: не зря за фениксами охотились и истребляли их веками, забыв про поправку «добровольно». Людская алчность слепа и яростна.
Фениксов убивали, пока не остался малочисленный клан высоко в горах. Там для них созданы идеальные условия для жизни, они защищены мощной магией своего народа, до них и не добраться, если кто-то из крылатых не покажет путь. Есть только одно такое «но»… Феникс обладает крыльями, и, как и любая птица, в клетке он сидеть не хочет. Рвется на свободу, готов прятаться среди людей… Если бы я не была темной ведьмой, ни за чтобы не догадалась, кто такой Данраш. Я просто иначе вижу ауру, и огонь в нем разглядела сразу, как и необычную силу.
Бесплатный фрагмент закончился.