В 5.30 утра Василий шел через небольшой мост, соединяющий два берега реки Шошы. Ночью была гроза и отзвуки грома еще звенели у него в голове, причиняя дискомфорт, поэтому он морщился и практически не смотрел по сторонам. Еле-еле переставляя ноги, обутые в большие резиновые сапоги, звал собаку, убежавшую в грозу и до сих пор не объявлявшуюся.
Собака представляла собой породу "дворняга обыкновенная". С черным окрасом и большой вытянутой мордой, в родословной которой, наверняка входили и русские гончие, и лайки. Василий же ее подобрал еще щенком и любил за умные глаза и понимающее фырканье, издаваемое в нужных местах разговора и всегда к месту. Вот и сейчас он привычно бубнил себе под нос, как бы ведя разговор с собакой, и вслух прося ее вернуться.
Жили они в старой вымирающей деревне в Тверской области. Василий удивился, увидев со стороны дороги припаркованную машину. В деревню часто захаживали поисковики с металлоискателями, но в последнее время их стало поменьше. Но гроза же, причем дождь лил и сейчас, как будто нехотя, раздумывая продолжать или остановиться. И эта неопределенность давила.
Василий углубился в глубь леса, идя на поводу пришедшей в голову мысли, что возможно его Цолик (а именно так звали его собаку) может быть в овраге. Не доходя до места, он услышал жалобный вой и чуть не поскользнувшись на тропинке, ускорился.
Картина, открывшаяся ему сразу же огромной раскидистой елью, заставила его в ужасе остановиться.
На небольшой подтопленной дождем поляне, лежал труп девушки со вспоротом животом. Рядом сидел Цолик и жалобно выл. Его морда была испачкана в крови жертвы и у Василия в голове сначала промелькнула мысль, но была тут же отброшена логикой, как бредовая, в виду того, что рана на животе была явно не рваной, а резанной. Чуть вздохнув от облегчения, он достал из кармана кнопочный телефон и набрал номер участкового, вбитый им в справочник еще в прошлом году.
Инесс
Ведьма Инесс сидела в своей квартире, расположенной на Бережковской набережной в старом доме «с колоннами» (так его называли жильцы с момента постройки).
Она давно себе все доказала, поэтому последние года жила в свое удовольствие особо не напрягаясь. Клиентов не принимала, вернее сказать, обычных людей, с улицы. Могла проконсультировать высокопоставленных чиновников, но и то не всех. Но они в последнее время, ей не докучали своим присутствием.
Там наверху организовали свою собственную службу, где прописался весьма неслабый ведьмак и в ее услугах больше не нуждались.
Имея весьма нескромный пассивный доход от сдачи в аренду коммерческой и некоммерческой недвижимости в центре Москвы, Инесса наслаждалась жизнью, находя утешение в объятиях поклонников. Иногда позволяла себе поразвлечься, играя в азартные игры в Европе, обязательно посещая общие места сбора ведьм. Даже получала своего рода удовольствие от общения со «старыми» подругами, каждый раз удивляясь скоротечности и изменчивости времени. С некоторыми она по молодости сильно конфликтовала, придумывала разные каверзы, подставы. А сейчас, именно с теми, с кем соперничала и воевала, интереснее всего было и общаться, но уже по-дружески.
Время нельзя обмануть или обойти, даже если ты ведьма. Оно подкрадется в самый неожиданный момент и исподтишка укусит, да так больно. Тут главное, не обманывать себя и постараться не утратить способность к радости, к наслаждениям.
Впрочем, пока Инесс была хороша. Густые светлые до плеч волосы были уложены в объемную стильную прическу. Аппетитная фигура была подчеркнута светлым топом, выглядывающим из стильного бледно-желтого пиджака, а джинсы клеш довершали сексуальный образ. У Инессы не было морщин, но зрелось в чертах лица безусловно присутствовала. Незнакомый мужчина не смог бы определить возраст этой, несомненно, привлекательной женщины. Ей могло быть как тридцать пять, так и сорок пять.
У Инесс в два часа по полудню был незапланированный прием. Позвонил ее давний знакомый, занимающий и по сей день высокую должность в верхах и попросил его принять, так сказать без огласки. Таким не отказывают. Но ведьма немного нервничала, понимая, что что-то стряслось. Из-за пустяка, он бы ее не потревожил, не того формата был Степан Николаевич. Ровно в назначенное время в ее квартире раздался звонок.
– Ну проходи, Степан. Можешь не разуваться. Давно не виделись – проговорила Инесс, впуская гостя в квартиру и украдкой его рассматривая.
У мужчины было бесстрастное выражение лица, но ведьму Инесс было этим не обмануть. Посетитель был весь окутан аурой беспокойства. Ведьма умело считывала эмоции людей, даже скрытые глубоко внутри. Здесь же, за безупречным обликом Степан Николаевича скрывалось чувство вины и сильнейшее беспокойство. Аккуратно уложенные коротко стриженные волосы, чуть затронутые сединой, дорогие часы, выглядывающие из рукава отлично скроенного темно-синего пиджака, представляли его скорей как бизнесмена, чем кабинетного работника для обычного обывателя.
Мужчина протянул неприметный пакет Инессе, со словами:
– Решил не отходить от традиций, так сказать – и попытался улыбнуться, только вот в голубых глазах веселье совершенно не отражалось.
– О, как приятно! – воскликнула Инесс и быстро проводив гостя в гостиную, поспешила убрать «подарок» в холодильник.
В пакете было несколько банок астраханской черной икры в небольших синих шайбах с изображением осетра. У кремлевских было принято приходить не с пустыми руками, даже если услуга и оплачивалась отдельно. Эта традиция зародилась довольно давно, чем несказанно радовало Инессу. Она любила получать подарки, а такие вкусные в особенности.
– Может быть чаю? – предложила хозяйка.
– Да нет. Давай перейдем сразу к делу.
Инесса прищурилась и окатила гостя ее фирменным сканирующим взглядом. И то, что она увидела ей не понравилось. У него была оборвана родовая нить, находящаяся в ауре и соединяющая кровных родственников между собой. У кого-то она была более крепкая, у кого-то совсем тонкая и родственники не чувствовали, когда с их близкими случалась беда. Степан Николаевич недавно был с кем-то крепко соединен кровными узами и этот кто-то умер.
– У меня есть единственная дочь – Лилия. Она уже совсем взрослая и живет отдельно. Но мы часто созваниваемся.
Инесса неслышно вздохнула, мысленно просчитывая варианты, как сказать безутешному отцу о ее смерти.
– Вчера я весь вечер пытался до нее дозвониться. На утро, так и не получив вестей, поднял спец службы и начал поиски. Они ее все равно найдут. Мне от тебя надо одно знать: жива ли она?
Ведьма зажмурилась. По лицу Степана Николаевича пробежала тень. Он все понял, прекрасно зная о способностях Инесс. Ее молчание говорило само за себя.
– Кто? – глухо спросил убитый горем отец, сжимая кулаки.
– Да откуда я знаю кто?! – как можно мягче ответила Инесс. Стараясь, чтобы голос не выражал сочувствия.
Степан Николаевич не простил бы. Сильный мужчина не нуждался в сострадании. От него уже исходила сильная злость. Ее гость, фигурально выражаясь встал в "бойцовскую стойку". Он погорюет, но позже, в одиночестве и только тогда, когда накажет преступника.
– Я не могу что-то сказать, пока не увижу тела – тихим голосом, стараясь не провоцировать продолжила Инесс.
– У тебя есть карта? Сможешь найти ее? – спросил Степан и протянул ей фото миловидной девушки, сильно похожей чертами лица на посетителя.
Инесс с обреченностью встала, прекрасно понимая, что просто так от нее не отстанут и потопала на кухню, где в ящике с таблетками лежала старая потрепанная карта.
Вернувшись в комнату и разложив ее на столе, сосредоточилась и представила образ девушки. Начала настраиваться на нее, предварительно усевшись в удобное кресло, спиной к посетителю.
Сняв с руки браслет с кристаллом, с которым она никогда не расставалась, подвесила его над картой.
Каждый раз это действие отнимало много сил, но оно ей нравилось. Ведьма превращалась в птицу, парящую над землей и с высоты полета очень четко видела местность. Войдя в транс, она для начала поднялась над своим домом. Затем все выше и выше, пока Москва не превратилась в схему, состоящую из лабиринтов улиц, больших сооружений, холмов, водоемов в виде артерий. Город напоминал единый функционирующий организм, пульсирующий и дышащий. Не находя вокруг искомого объекта, она резко устремилась на северо-запад, почувствовав импульс.
Рука с браслетом, подвешенная над картой, начала немного раскачиваться, устремившись чуть дальше, кристалл стал вибрировать и кружиться, пока не оказался в конкретной точке на карте.
Инесс парила над лесом, оцепленным полицией. Увидев, как тело девушки в черном пакете увозят с места преступления, вернулась из транса.
Показав пальцем точку на карте, она заглянула в заледенелые глаза Степан Николаевича.
– Что ты видела? – кратко спросил собеседник.
Инесс замялась, тщетно пытаясь подобрать слова помягче.
– Лес оцеплен полицией. Тело погрузили на носилки и увезли.
– Что-нибудь еще?
– Нет. Но место точное.
Степан Николаевич молча, не сказав не слова, вышел из квартиры. Инессе было понятно, что он даст указания своим людям, а после вернется. А также было очевидно, что ей придется ехать прямо сейчас с ним в морг.
Быстро посмотрев прогноз погоды, ведьма переодела светлый пиджак в черный плащ до колен и отправила сообщения в салон о переносе сеанса массажа на другой день. Надо было только сторговаться со Степаном, да бы не оказаться собачкой на привези и все условия обговорить, причем на берегу, а не после. А то с этими кабинетными работниками, привыкшими повелевать, и не заметишь, как поработят. Понятно, что отказать она не могла. Недвижимость в центре Москвы вынуждала быль лояльной к власти, а то могли и отобрать. У нас защищено право собственности? Да когда это было, господа? Во все времена, даже при Иване Грозном, очень быстро отбирали палаты у одних и отдавали их другим. Как говорится был бы повод, а статья найдется.
Вот недавно совсем, на подругу Инессы завели статью "неуплата налогов" и такой штраф выставили, что та всего бизнеса лишилась буквально за неделю. Пришлось содержанкой идти к высокопоставленному чиновнику, который по всей видимости, и устроил данную подставу, чтобы наконец, она дала свое согласие. Впрочем, Инесса ему не завидовала. Женщины могут долго вынашивать план мести, а ведьмы в особенности.
Хорошенько поразмыслив и заварив чаю в термос в дорогу, Инесс принялась ждать. Через пару минут зашел водитель гостя Тимофей.
Ведьма заколебалась на миг, ведь ее даже не спросили, поставив перед фактом, но какое-то неприятное чувство внутри не позволило ей возразить. Интуиция вопила о надвигающихся неприятностях, не стоило еще на пустом месте, скандал устраивать. Поэтому она мило улыбнулась Тимофею, который услужливо распахнул ей дверь и придержал ее небольшой рюкзак, пока она закрывала свое жилище на все замки.
Спустившись, ей открыли дверь машины, и она села на сиденье, рядом со Степан Николаичем, вдохнув запах кожи и сигарет.
Он все время висел на трубке, только один раз оторвавшись, извинился, что отвлек ее от дел. Выждав определенную паузу и подняв бровь, ведьма дождалась пока Степан Николаевич прекратит разговор и через некоторое время произнесла:
– Извинения приняты. Но давай договоримся сразу: я приезжаю на место, определяю, если удастся преступника и свободна.
– Да, конечно!
– Но – многозначно помолчав, продолжила – если этот товарищ не совсем человек или ему кто-то помогал из наших, я пасс. Могу порекомендовать хорошего частного детектива.
Степан Николаевича промолчал. Ведьма напряглась, ее предположения, что он хочет запрячь ее в это дело, сбывались.
– Давай будем действовать по ситуации – осторожно проговорил чиновник.
Инесс вздохнула, мысленно просчитывая в уме варианты.
Выехав из душной Москвы, машина, набрав скорость неслась в сторону Тверской области.
– Давно хотел спросить тебя – тихим голосом обратился Степан – ты можешь сказать, куда душа ушла на верх или вниз?
Инесса про себя усмехнулась такому очевидному вопросу.
– Знаешь, некоторые люди живут в аду прямо на Земле. Рождаются в таких условиях. А некоторые, рождаются в раю и живут как в раю, но их значительно меньше. Все не так просто устроено, как все думают.
Двое в машине замолчали, углубившись в свои мысли.
Машина плавно подъехала к двери Тверского морга. Белое одноэтажное здание, обвитое виноградом с решетками на окнах и ремонтом из советских времен, что еще более усугубляло общее впечатление. Инесс поморщилась от эманаций отчаянья, идущих от этого места. Подав руку водителю, она вылезла из машины и прошла следом за Степан Николаичем.
Пока он разбирался и ходил на опознание, Инесс решила подождать на улице, ей хотелось бежать от этого места, но приходилось терпеть с крепя зубы. В этом случае могла помочь сигарета. Прикурив от зажигалки Тимофея, стоящего с ней рядом, она затянулась, и чтобы хоть как-то притупить неприятные ощущения, начала сканировать водителя. И даже на миг зависла от банальной ситуации, случайно открывшейся ей. Она другим взглядом окатила Тимофея и с усмешкой произнесла:
– А ты не боишься?
Тимофей вздрогнул и заглянул в глаза ведьмы, все еще надеясь, что этот вопрос случаен и она ничего не знает. Но поняв, что это не тот случай, произнес:
– Боюсь, но думаю, что пронесет.
– Это каким же образом, позволь спросить?
– Степан Николаевич разведется с супругой. Все к этому идет.
– Да ну? Это кто же тебе такое сказал? И еще вопрос: если даже они разведутся, ты думаешь он простит тебя, когда узнает, что ты являешься любовником его жены?
– Марина мне сказала, что если все делать по уму, то не попадемся.
– Хм, как интересно – ответила Инесса, докуривая сигарету.
– Сколько лет живу, столько же удивляюсь человеческой глупости! – затушив сигарету и отвернувшись от Тимофея, сказала ведьма, выкинув окурок в урну.
– Вы меня не сдадите? – в спину прозвучал вопрос.
– Нет, пока меня не спросят об этом. Врать не буду, репутация.
Инесс знала, что Степан Николаевич второй раз женат и имеет единственную дочь от первого брака. Предыдущая жена погибла в автокатастрофе. И у ведьмы закралась мысль, что возможно убийство носит обычный человеческий характер, приправленный изменой, корыстью. Устранить единственного ребенка супруга, узнавшего об измене, ну это же такой банальный сюжет. В таком случае, после осмотра трупа, Инесс будет свободна как ветер, разумеется, предварительно все рассказав Степан Николаевичу.
Она уже поверила, в свою версию и зайдя в морг, безошибочно прошла в секционную.
Степан Николаевич при ее появлении кивнул и вышел из помещения, оставив ведьму одну. У них был опыт совместной работы в прошлом. Всякое может быть, при вхождении в контакт с покойником и лучше, чтобы этого не чувствовали родственники. У всех людей чувствительность разная.
Ка же все это не нравилось Инесс! И этот холод, и тяжесть, и отчаянье. Но надо было от всего этого абстрагироваться и начать работать.
Слегка поморщившись, взяла ледяную руку покойной девушки в свою. Для этого, пришлось достать ее из-под простыни и стараясь не смотреть в лицо жертве, сосредоточиться. Ее звали Лилия. Ведьма мысленно извинилась перед душой, что беспокоит и попросила показать день смерти с самого утра.
Инесс не случайно захотела увидеть именно весь день, а не момент смерти. Ей приходилось и раньше участвовать в подобного рода сборе информации. И иногда жертва не видела лица преступника или не понимала, не помнила, что с ней произошло. А если начать сначала, то получалось наиболее полная картина.
У всех ведьм, обладающих даром и развивающим дар медиума, контакт с умершими происходит по-разному. Кто-то видит призрак и общается в виде диалога, у кого-то приходят видения, воспоминания, кто-то видит реалистичные сны. У Инесс было самое неприятное из контактов. Она сливалась с посмертным отголоском души умершего и чувствовала его эмоции в последний прожитый им день. Поэтому она старалась прибегать к этому крайне редко. Но к счастью, со временем, Инесс научилась вовремя разрывать контакт, а не терпеть до конца боль и страдания.
***
Инесс открыла глаза в комнате, выкрашенной в шоколадно-серые тона, и поняла, что она видит глазами умершей и находится в ее воспоминаниях. Судя по тому, что проснулась она одна, скорей всего Лилия не замужем. Инесс немного расслабилась, чуть отстраненно пропустив все утренние процедуры девушки и выезд ее на работу.
Вела машину Лилия уверенно, лавируя в утреннем потоке, впрочем, она была немного напряжена. Но чуть позже Инесс поняла, что причина кроется в совещании, где девушка должна была выступать с докладом.
Мысленно сосредоточившись и настроившись на жертву, Инесс получила информацию: Лилию недавно взяли на работу в компанию, занимающуюся продажей и производством бадов на должность Кризисного менеджера. С первого дня углубившись в финансовый анализ, она искренне считала, что необходимо уменьшать статью затрат на фонд оплаты труда, а не экономить на закупочных материалах.
Она планировала в своей речи, обратить внимание руководства на неизбежность сокращения хотя бы квартальных премий и ожидаемо было, что начальники отделов от этого не придут в восторг. Результат от ее предполагаемых оптимизаций, она отразила наглядно в своей презентации и готова был продемонстрировать на графиках.
Зайдя тихо в кабинет и поприветствовав коллег, Лилия уткнулась в документы.
Присутствующие в кабинете оживились, когда в помещение вошла первый заместитель Генерального директора. Молодая женщина выглядела довольно презентабельно в строгом брючном костюме с убранными в хвост волосами. Инесс ею заинтересовалась. Тут явно в офисе что-то происходило интересное. Многие коллеги Лилии явно были в предвкушении какого-то увеселительного шоу, судя по перемигиваниям.
Первая выступала Лилия и Инесс пришлось немного отстраниться. Ей совершенно не было интересно подробности доклада. Основную информацию она уже взяла. Но вот реплики заместительницы, действительно вызывали если и не смех, то очень близкое к этому состояние.
– Мы выстроили систему контроля текучки кадров, но у нас нет системы контроля диалогов внутри головы. Радиков и Зверев не выполнили план за первый квартал. Предлагаю выписать им премию, так как у них совершенно нет мотивации работать.
– Но позвольте не согласиться! – возразила Лилия коллеге – Это как-то бессмысленно! Как можно выписывать премию тем, кто не выполняет задачи?!
– Я хотела бы разместить свое беспокойство, в связи с тем, что ваш тезис противоречит человечности нашей компании!
"Почему ты ее не послала? – возмутилась Инесс – В таких случаях помогает могучий русский. Одно слово бросила бы и гордо удалилась".
Призрак не мог ответить Инесс, а только дать возможность почувствовать свои эмоции.
Ведьма ощущала злость, растерянность Лилии и искренне негодовала, зачем терпеть неадекватных личностей, когда всегда можно просто уйти, громко хлопнув дверью. У девушки такой папа, могла и бы и по знакомству устроиться. К чему это все? Хотела доказать независимость? Глупо, родители и так любят по умолчанию, а то, что он возможно, пытался ее контролировать, ну тут можно было хитростью отрегулировать и было бы отлично.
Приходилось какое-то время слушать глупейшие реплики замши, ведь можно упустить что-то важное. Иногда малейшая незначительная деталь и все становится понятно.
Еле-еле дождавшись конца совещания, Лилия спустилась одна в ресторан пообедать. Инесс чувствуя эмоции девушки, никак не могла понять беспокойства, охватившее ее. Тут было что-то еще, помимо трудностей на работе.
Пришло сообщение на телефон Лилии от неизвестного абонента: "Выйди из офиса. Я жду тебя за углом".
Девушка начала набирать отцу, но от него пришло сообщение: «Перезвоню позже, на совещании».
«Так вот почему у Степан Николаевича чувство вины! – подумала Инесс – Вина за не отвеченный звонок, который возможно мог изменить ход событий…»
Лилия сильно нервничала и боялась, но оплатив по счету, направилась в направлении выхода.
Страх мешал получению информации. Инесс тщетно пыталась узнать о неизвестном абоненте, но призрак был слишком сильно напуган. Оставалось просто наблюдать.
Выйдя на улицу и завернув за угол, Лилия оказалась в подворотне. Проем между двумя особняками в центре Москвы, представлял собой темный закуток, заканчивающийся тупиком. В глубине, со свернутой шеей лежал пес породы "шпиц" с красивым редким серым окрасом.
Инесс аж вздрогнула от рыданий Лилии, подбежавшей к собаке. Девушка, перейдя дорогу, зашла в соседний продуктовый магазин за коробкой и вернулась в подворотню. Аккуратно уложив собаку в коробку, продолжая тихо всхлипывать, погрузила тельце в машину и рванула с места. Предварительно отправив сообщение замше, что ей стало плохо и она уехала к врачу.
Ведя машину, ее все еще трясло от страха. Инесс попробовала получить информацию у души, но пришел отклик, что кличка собаки Коржик.
Инесс была несколько в недоумении. Про собаку душа готова была делиться кучей подробностей, при всем при этом в квартире Лилии она не заметила присутствия собаки.
На вопросы: "Кто ее запугивал и что от нее хотел убийца?" натыкалась на волну паники.
Они так и не доехали, Инесс выкинуло из воспоминаний.
Пошатнувшись слегка, ведьма провела рукой по лбу, стерев испарину. Голова кружилась. Но Инесс беспокоило не сколько ее самочувствие, а сама ситуация. Ее еще ни разу не выкидывало так резко. Тут явно чье-то вмешательство. Лилии стерли воспоминания. Ведьма увидела только половину дня и то только потому, что смерть собаки вызвала слишком сильные эмоции. Оставалась куча вопросов. Но Инесс это уже совершенно не волновало, она не собиралась лезть в дело, где замешен нестандартный преступник. Она консультант, чтобы там не хотел Степан Николаевич.
Выйдя в коридор, а затем и на улицу, нашла отца Лилии снаружи.
– Ну что? Удалось вычислить убийцу?
– Тут необычный случай! – ответила Инесс, схватив за локоть собеседника, так как ее немного шатало.
– Давай в машину сядем, – предложил ей Степан Николаевич.
Инесс безропотно дала усадить себя на заднее сиденье и открыв свой рюкзак, отпила из термоса травяной чай.
Чувствуя, как с горячим напитком, к ней возвращаются силы, откинулась на спинку сиденья, закрыв глаза.
Степан Николаевич молчал, давая возможность ведьме прийти в себя. Машина медленно двинулась с места.
Инесс фоном слышала, как Степан Николаевич давал распоряжение о перевозе тела в Москву, запрашивал документы, пользуясь служебным положением о результатах осмотра места происшествия. Как злился и кричал, что документы отказывались отдавать, но дали контакт следователя, которому поручили данное дело. Опять возмущение и звонок высокопоставленному чиновнику о переводе дела в Москву.
Ведьма понимала, что так деятельный мужчина оттягивает момент разговора, подспудно не желая слушать о последних часах жизни его ребенка. Но тут Инесс и не могла ничего толком рассказать, поэтому, как только немного полегчало, коснулась локтя Степан Николаевича, давая понять, что готова к разговору.
Мужчина тут же прекратил общение по телефону и повернулся к ведьме.
– У Лилия была собака?
– Да, Коржик породы шпиц – на раздумывая ответил Степан Николаевич.
– А где жила?
– С ней, конечно, в ее квартире.
– Но я не заметила ни кормушки, ни игрушек.
– Возможно потому, что она уезжала перед тем, как это случилось на выходные в отель в Подмосковье на спа. Но там с животными нельзя. Лилия часто оставляла собаку с подругой – чувствовалось, что Степану Николаевичу воспоминания даются с трудом, но он сдерживался, сохраняя деловой бесстрастный тон.
– Я мало, что видела. Ей сильно подчистили память перед смертью.
– Я правильно понимаю, что тут замешен кто-то из ваших, со способностями?
– Да. Лилии кто-то угрожал и подбросил труп собаки в подворотню около ее работы. Надо проверить по камерам. Ей пришло сообщение на телефон, потом она вышла и нашла за углом шпица.
– Кто посмел ей угрожать? – еле сдерживаясь по слогам задал вопрос собеседник.
– Этого не удалось выяснить. Надо проверить ее звонки и переписку.
– Этим уже занимаются!
– Она положила шпица в машину, отпросилась с работы и куда-то уехала. Больше ничего не видела.
– Что с тобой? Не припомню, чтобы тебе не удавалось увидеть весь предыдущий день.
– Можешь, конечно и к другому специалисту обратиться, но результат будет тот же. Тут была зачистка памяти.
–И как же действовать теперь?
– Надо проверить то, что я сказала и прийти на место преступления. Возможно, там я смогу что-то увидеть. Шансы малы, но вдруг преступник что-то забыл учесть? Кто нашел труп?
– Какой-то местный житель. Но я распоряжусь, чтобы все организовали, и следователь был на месте к нашему приезду. Ты готова сейчас проехать?
– Да, лучше закончить с этим сегодня – ответила Инесс.
– Как это закончить сегодня? Мне показалось, что расследование затянется!
Инесс вопросительно подняла бровь.
– Мы же вроде бы договорились, что я не буду участвовать, если нестандартное дело. А оно, поверь мне, нестандартное. Я всего лишь консультант. Максимум информации, какую удастся собрать, соберу, но на этом все! – твердо сказала ведьма.
В машине воцарилось молчание. Через пару секунд, Степан Николаевич начал отдавать указания по телефону, чтобы назначенный следователь их встретил на месте преступления. Переговоры заняли почти все время, пока машина приближалась к окрестностям деревни вблизи реки Шошы.
Водитель остановил машину и подал руку Инесс, помогая выйти. Ведьма уже чувствовала себя гораздо лучше и даже нависшие тучи, вот-вот угрожающие разразиться дождем, не могли отвлечь ее от наслаждения чистым лесным воздухом. Остановились они вдоль дороги у кромки леса.
Следователь, встретивший их, уже общался со Степан Николаевичем. Ведьма практически не прислушивалась. Сразу же углубившись в лес, безошибочно сначала сама нашла знакомую машину Лилии, а затем уже и вышла на место преступления.
На местах недавних убийств витает негативный след остаточной энергии. Ведьма даже не сомневалась, что через какое-то время данная поляна превратиться в болото, заманивающее неудачных путников, питаясь болью и отчаяньем.
Энергию убийцы она не чувствовала, слишком хорошо он подчистил свои следы. Но вот почему-то энергия собаки сильно фонила.
– Здесь была собака? – резко повернувшись, обратилась она к следователю, уже подошедшего к месту преступления.
– Да – удивленно ответил ей полицейский.
Инесс сосредоточилась. Слепок происшествия никак не хотел показывать свою тайну. Все было как в тумане. Она видела только труп и собаку рядом с ним. Это уже все было гораздо позже. Раньше ничего не удавалось увидеть.
– Где хозяин собаки? Ведите! – скомандовала Инесс.
Бесплатный фрагмент закончился.