Это незаконченная книга, которую автор пишет прямо сейчас, выкладывая новые части или главы по мере их завершения.
Книгу нельзя скачать файлом, но можно читать в нашем приложении или онлайн на сайте. Подробнее.
– Держи его на расстоянии! – крикнула Борзая, сама тыча в проход кончиком меча, вот только твари было совершенно наплевать на её потуги. Монстр отдалённо напоминал исхудавшего, будто высушенного человека с серой, почти чёрной кожей, но с явно проступающими тугими мышцами. Отсутствие жира натягивало облысевшую кожу на черепе, так что губы исчезли и острые зубы замерли в вечном оскале.
Эта тварь сумела порвать когтями десяток разведчиков, двое из которых были в полном доспехе, и сейчас не торопилась, выбравшись из-под кучи тел и постепенно подкрадываясь к нам. Никаких иллюзий относительно моего мастерства обращения с копьём у меня не было, попаду – уже хорошо. Борзая? Может у неё что-то и выйдет, но особой надежды я не питал.
– Отходи, попробуем вывести тварь на уродов, – проговорил я, толкнув девушку плечом и не сводя взгляда с монстра. Тот двигался резкими дёрганными движениями, будто марионетка, которой управлял неопытный кукловод. Но стоило когтям клацнуть по скрывшейся под слоем грязи и пыли плитке, как никаких сомнений в силе монстра не осталось.
– Возможно, он не совсем разумен или дезориентирован. Они же ночью нападают, – прошептал я, а боковым зрением подметил, что враг то и дело косится на оставшийся висеть в воздухе дрон. Раздражитель? Потому что мы не шумим, а тот визжит своими двигателями? Может монстр и вовсе слепой? Тогда у нас есть шанс…
Подобрав камушек, кусок отвалившейся стены, я бросил его в проход на противоположную от нас сторону зала, и он с громким стуком упал на побитую плитку. Да только тварь лишь мельком повернула в ту сторону голову и вновь начала двигаться в нашем направлении. Терять единственное преимущество очень не хотелось, но уж лучше дрон, чем мы.
– Прикрой, – прошептал я, вновь натянув очки и выхватив джойстик. Дрон взвизгнул, пролетел над монстром, и сделав круг, заставил чудище развернуться на месте. Стоило убедиться, что тварь отвлеклась на него, как в голове созрел дикий план. Не может быть, чтобы в зал вёл только один проход.
Стараясь, не отдаляться от монстра, но в то же время не давая ему схватить разведчик, я сделал полукруг, заставляя ползуна отходить от нас всё дальше и дальше. Тварь пару раз оглядывалась, явно ощущая присутствие, но не воспринимала нас как достаточную угрозу или цель, а потому смещалась за дроном, пока я не нашёл выход.
– Я сейчас попробую увести его по лазу, с той стороны, а ты ищи выход с этой, – пробормотал я как можно тише.
– Нет. Мы должны забрать то, за чем шёл рейд, – настойчиво прошептала Борзая.
– Ты совсем… Я выиграю столько времени, сколько смогу, но сидеть на одном месте – не вариант. А я совершенно беспомощен пока управляю дроном.
– Я быстро. Мне нужно всего несколько секунд, – ответила девушка, и я услышал, как она отходит к пролому. Захотелось выругаться, но в этот момент пришлось сосредоточиться на дроне. Расщелина, через которую он летел, неожиданно разошлась в сторону, кто-то откинул кусок стены, и дрон вылетел между стоящими рядом уродцами и воинами Секачовых. А следом выбрался и ползун.
– Быстрее! – крикнул я, взмыв к небесам, и, сдвинув шлем на один глаз, побежал к роющейся между тел Борзой. – Чего копаешься?
– Сейчас, он должен быть здесь… – девушка расталкивала тела.
– Да кто «он»? – успел зло спросить я, когда снаружи раздался грохот, и с наполовину обрушившегося потолка посыпался мусор и труха. Об источнике шума можно было не гадать – на улице шла битва, и я не удержался, сосредоточившись на сигнале с дрона. – Ох, ё…
Нет, никакая это не битва, это бойня. Ползун, после пробуждения шевелившийся куда медленней, теперь скакал от одного противника к другому, разрывая глотки когтями и клыками. Его фиолетовые глаза горели хищным огнём, а когти с одинаковой лёгкостью разрывали плоть и стальные кирасы.
Секачовы кинули вперёд всех уродцев поблизости, но тупые карлики ничего не могли противопоставить монстру. Ружейный выстрел, практически в упор, лишь откинул тварь на мгновение, но даже не замедлил, хотя должен был пробить насквозь. Монстр двигался так быстро, что стрелки едва успевали смещать прицел.
И ни у одного из них не было скорострельного автоматического оружия. Патроны экономили? Так или иначе, выстрелы звучали всё чаще. Подключались мордовороты с трофейными винтовками, только вот обращаться с ними их толком не научили. А потом раздался истошный крик, который мы услышали даже через обвал, и свиньи бросились врассыпную, спасая свои шкуры. Лишь уродцы некоторое время сопротивлялись…
– А отойти хоть немного дальше они не могли? – с досадой прошептал я. Тварь добивала последних уродцев, не отходя от единственного разведанного выхода. Значит, нужно найти другой. Вернуться назад? Может остались пути отхода?
Я сделал небольшой круг, а затем пошёл по спирали, но в последних лучах садящегося солнца, слишком уж быстро садящегося, будто мы были в кольце гор, я видел только развалины и провалы в крыше. Можно попробовать пройти через неё, расширить один из ходов… шум я услышал раньше, чем увидел его источник – ползун возвращался.
– Есть! – не скрывая восторга, крикнула Борзая, и обернувшись я увидел, как она с трепетом и любовью стоит на коленях перед крохотным ростком, на вершине которого сияет то ли переливающаяся всеми цветами ягода, то ли диковинная жемчужина. Вот только я её радостей не разделял.
– Забирай и пошли, надо выбираться, – скомандовал я, осматриваясь по сторонам. Дыра в крыше была, вот только добраться до неё, не являясь акробатом и скалолазом в одном лице, практически нереально. Будь у нас чуть больше времени и верёвка, зацепить её за дрон, поднять, намотать на что-нибудь, но балки и так держались на соплях, парочка почти упала.
Приближающийся грохот отвлёк меня, возвращая в реальность. Тварь, разорвавшая у меня на глазах больше двадцати противников, пробиралась к нам под завалами. Зачем ей мы, когда от неё убегали толпы добычи? Стянув очки на лоб, я посмотрел на мнущуюся у ростка девушку. Вполне возможно, что тварь охраняла это деревце.
– Ну? – рыкнул я, и рука княжны дёрнулась.
– Я не могу, мы должны выкопать его целиком, принести ко двору!
– Да твою же… – я выругался, повернувшись к пролому. С секунды на секунду тварь будет здесь, и уже нет никакого смысла кричать на девушку.
Думай… думай голова бедовая.
Завал, балка, копьё, валяющееся неподалёку… план окончательно сформировался, когда в темноте под завалом уже появились фиолетовые искорки глаз. Я подскочил к завалу, ткнул в него копьём и упёрся, сдвигая одну из подпорок. Древко затрещало, грозя в любое мгновение сломаться, но я продолжал давить, и наконец оно не выдержало треснув. Я полетел на пол, не удержавшись на ногах. Но в то же время балка пришла в движение, с потолка вновь посыпалась пыль, а проход перегородил крупный обломок.
Тварь это существенно замедлило, но не остановило. С дьявольским рычанием она подлезла под опору, поднимая своей иссохшей спиной пару тонн мусора, и продолжила двигаться вперёд, сдвигая грязь, камни и землю до самого плиточного пола. Я лишь выиграл несколько секунд, не более.
– Помоги мне, быстрее! – крикнул я, подпрыгнув и повиснув на железном перекрытии, покоившемся поверх завала. Слабая надежда на то, что последняя соломинка может переломить верблюду хребет, лучше, чем ничего.
Я пережил заключение в аномалии. Я схватился с десятком уродцев и вышел победителем. Я прикончил князя свиней. Я не сдамся так просто!
Бросившая попытки выкопать росток здесь и сейчас Борзая кинулась ко мне, с разбегу повисла на той же балке, и та с шипением пошла вниз, обрушив целые потоки разложившегося гипса и прочего мусора. Тварь неприятно взвизгнула, и я услышал, как ломается плитка под её когтями.
А через мгновение правая лапа появилась перед завалом.
– Руби! – рявкнул я, отпрыгнув в сторону и подхватив оставшийся от прошлой группы двуручный топор с неожиданно лёгким лезвием. Боевой, наверное, чтобы удобнее было махать, только мне бы сейчас больше пригодился колун или пожарный топор. Хотя эту дрянь не смогли взять даже выстрелы в упор, непонятно, на что нам вообще рассчитывать. Но я не сдамся!
Мы рубили высунувшуюся конечность в четыре руки, я высоко поднимал топор, замахиваясь и с геканьем приседая при каждом ударе. Если не перебить кости, то хоть повредить мышцы. Снизить мобильность, сделать хоть что-нибудь. Если монстр выберется из-под завала, мы с ним уже не справимся.
И мы рубили изо всех сил, а тварь продолжала ползти вперёд, не чувствуя боли и не останавливаясь ни на секунду. И у неё не текла кровь. Я мог поспорить, что несколько раз содрал кожу и мясо до кости, но разбить их не смог, будто они из стали, а может оно и вправду так было.
Когда монстр, рывком, вытащил из-под обломков голову, я обрушил на него всю силу, вложился без остатка, стараясь перерубить шею или пробить череп, но вместо этого с жалобным звоном в сторону отлетело треснувшее лезвие, а руки осушило отдачей. На голом черепе твари осталась лишь едва заметная царапина, кожа разошлась в стороны, а монстр повернул голову и, кажется, взглянул на меня с издёвкой.
В этот момент Борзая подскочила и ткнула кончиком меча ровно в открывшуюся пасть, между зубов. Лезвие вошло на ладонь, а затем раздался металлический лязг, тварь сжала челюсти, и клинок начал опасно гнуться. Девушка с ужасом попробовала выдернуть меч, но тот оказался надёжно зафиксирован, словно тисками.
– На меня! Выворачивай на меня! – крикнул я, выхватив кинжал из ножен. Объяснять ничего не пришлось, уперевшись двумя руками рыцарь повернула голову твари ко мне, и я, навалившись всем весом, ударил кончиком лезвия в глаз монстру. На этом всё должно было закончиться. Тварь должна была сдохнуть как хряк до этого. Но пройдя сквозь фиолетовое глазное яблоко кинжал застрял в кости, не добравшись до мозга.
Времени думать, как это вообще возможно, не осталось. Монстр отмахнулся лапой, со звоном сломав меч Борзой, чуть не достал меня, но отдернув кинжал я постарался нанести как можно большие увечья, провернув кинжал и ослепив тварь, по крайней мере, на один глаз. Вот бы ещё выколоть второй…
Подумал так не только я. Девушка, оставшаяся с обломком клинка, не больше двадцати сантиметров, воспользовалась отвлечением твари и ударила её, разрубив второй глаз на две неравные части. Дьявольское фиолетовое свечение погасло, монстр яростно зарычал, прикрыв лапой выбитые глаза, но продолжил выбираться из-под завала.
– Да как тебя прибить, урод? – в сердцах выкрикнул я, оглядываясь по сторонам и понимая, что света становится всё меньше. Похоже, солнце скрылось за горизонтом, и теперь единственным источником освещения оставался мобильный со светодиодным фонариком. Заряд скоро мог кончиться, но куда больше меня волновало оружие. Чем можно прибить этого монстра, если мы не можем его даже покалечить?
Тяжело дыша, я отошёл к телам, выискивая, чем можно пробить прочную броню твари. Она двигалась – значит, у неё были суставы, вот только разрубить их не выходило. Но перед нами толпа погибших рыцарей, и враги у них тоже в броне, значит, должно было найтись… кирка! Ну пусть не кирка, а молоток на длинной рукояти, с узким клювом.
Подхватив его, я несколько раз взмахнул примеряясь, а затем вернулся к твари. Вовремя! Она протолкнула себя до середины туловища. В этот момент балка ещё просела, рухнув на хребет ползуну, и тот застрял, не в силах вытащить таз из-под завалов. Монстр ломал когтями плитку, сдирал серую кожу в лоскуты, протискиваясь всё дальше, продолжая прикрывать глаза, и в этот момент я подскочил с клевцом.
Первый удар вышел смазанным, всё же это не гвозди забивать. И хоть бил я со всей силы, голова у ползуна была как у взрослого мужчины – не промахнёшься, да только клюв соскользнул по гладкой черепушке, оставив на ней лишь царапину. Словно по стальному шлему ударил.
Завал тряхнуло, и я понял, что у нас остаётся всего пара секунд. Примерившись, ударил в основание черепа, туда, где брони быть не должно. Клюв вошёл в шею, сорвал с позвонков волокна мышц и кожу, обнажая чёрную блестящую кость, словно отполированную. А ещё – позвонки заезжали друг на друга как шарниры.
Не собираясь сдаваться, я выдернул оружие, отметив, что идёт оно туго, и ударил в то же место ещё раз, безрезультатно. Монстр совершенно точно был мне не по зубам, по крайней мере, его скелет. Ведь я заметил, что мышцы всё же рвутся. Поддел клевцом, увернулся от лапы, отпрыгнув назад и оставив оружие, и вновь подскочив к торчащему клевцу, двумя руками рванул его, используя позвоночник твари как упор.
Затрещали рвущиеся ткани, мышцы, прочные словно резина покрышек, начали рваться, расплетаясь на волокна, и я навалился всем телом, но не успел среагировать в последнее мгновение. Тварь достала меня взмахом лапы, отбросила с такой силой, что в груди что-то хрустнуло, а меня отбросило на пару метров.
Адская боль пронзила грудину и позвоночник, я не мог даже вдохнуть, бессильно хватая ртом воздух. Перед глазами всё окончательно потемнело, и я лишь слышал бьющуюся в ушах кровь и крики рыцаря, которая продолжила сражаться с монстром.
Осознание, что я здесь валяюсь, а девушка бьётся не на жизнь, а на смерть, придало мне сил. Превозмогая боль я вдохнул, помотал головой, понимая, что темно стало не из-за ранения, просто телефон куда-то отлетел и стало темно. Почти совсем темно. Если бы не искрящаяся шея поднимающейся твари и не её глаз, заживший буквально за минуту…
Борзая отбивалась булавой, которую подобрала с тела. Не сильно успешно, ведь тварь от её ударов лишь покачивалась, прикрывая уязвимые места – шею и глаза. Найти клевец в темноте я не надеялся, а потому сделал единственное, что пришло в голову – вынул трофейный кинжал и подобрался со спины.
Раз прикрывает – значит, боится, значит, можно навредить. Монстру даже пришлось встать на ноги, что окончательно сроднило его с человеком. Я подкрался сзади, примерился для удара, и в этот момент что-то случилось. Солнце окончательно село, по твари прошла волна силы, и она выпрямилась, взглянув на Борзую совсем иным взглядом.
Но мне этого секундного замешательства хватило, чтобы вбить кинжал в шею с неповреждённой стороны и изо всей силы рвануть его, перерезая тугие мышцы и сухожилия, неприятно напоминающие провода. Вместо того чтобы брызгать кровью – они осыпали пол искрами.
Голова твари качнулась, тело перестало слушаться, лапы повисли вдоль тела, на подкосившихся ногах она повернулась ко мне, и в единственном восстановленном глазе я увидел удивление и ненависть. Из зубастой пасти раздался отчаянный рык, а затем монстр рухнул, свалившись на пол бесформенной кучей искажённой плоти.
– Мы… победили? – удивлённо проговорила Борзая.
– Да, – выдохнул я, держась ладонью за грудину. – Кажется, у меня сломано несколько рёбер. Надо отлежаться и утром двинем обратно.
– Отлежаться? Ты с ума сошёл? До границы меньше пятидесяти километров. Это скорее всего был разведчик, они не могли оставить Дар без присмотра. А значит, скоро здесь будет стая ползунов под командованием загонщика! – сказала девушка, подойдя к единственному источнику света – ростку с сияющим на его конце крохотным плодом. – Сейчас я его выкопаю, и нужно будет уходить.
Спрашивать, что ещё за новые монстры, я не стал, прикрыв глаза и оглядевшись, нашёл в куче обломков улетевший телефон. Тут же стало гораздо светлее. Экран треснул, но сейчас это было меньшей из наших проблем. Как выбираться, когда один проход мы сами благополучно обрушили, второй окончательно завалило и осталась только дыра в крыше? Ну хоть осела пыль немного, можно разглядеть куда вставать…
– Ничего ты ему черепушку напоследок вскрыла, – уважительно покачал я головой, когда луч фонаря мазнул по обездвиженному трупу. Чуть выше места, где я вскрыл шею в основании черепа, с левой стороны, зияла аккуратная круглая дыра, сантиметров трёх в диаметре. Пожалуй, даже слишком аккуратная.
– Что? – удивлённо посмотрела на меня Борзая. – Это не я…
В этот момент в полутьме что-то шевельнулось, я резко повернул туда фонарь, но успел увидеть только шмыгнувшую между обломков серую тень. Паук, с идеально ровным, круглым туловищем, и восьмью лапами.
– Паразит? – нахмурившись проговорила девушка. – Только этого нам не хватало. Если они размножаются с помощью паразитов…
В этот момент к ней рванула серая молния, мгновенно взбежав по штанине и спрятавшись под бронёй. Девушка завизжала, не в силах добраться до жуткого насекомого сквозь кирасу, начала расстёгивать многочисленные ремни, дёргаясь словно сумасшедшая, но я уже понял, куда тварь метит.
Подскочил к девушке и сбил рукоятью кинжала паука, выбравшегося из-под воротника и целившего в основание черепа. Туда же где находился у ползуна до этого. Паук улетел куда-то в темноту. Я шарил фонарём из стороны в сторону, стараясь поймать противника в луч света, когда почувствовал уколы в штанине.
Не раздумывая, ударил по тому месту, где пробиралась мелкая тварь, но только отбил ногу, та оказалась слишком проворна. Бросив фонарь, я прикрыл ладонью шею, правой рукой пытаясь сбросить противника, на мне-то брони не было. Только всё это пошло только во вред.
Холодные металлические лапки, прочнее, чем гвозди, раздирая кожу до мяса, впились в мою шею, заставив вскрикнуть. Я невольно убрал ладонь и ударил со всей силы, да только твари было наплевать, её и ударом молотка было не прибить. Я почувствовал несколько уколов пробивших мягкие ткани у основания черепа, тело обмякло помимо моей воли, я перестал его чувствовать и рухнул на пол.
– Ты чего? – девушка наклонилась надо мной, быстро нащупала тварь и, схватив кинжал, попыталась срезать её вместе с мясом. Но чем больше она старалась, тем острее я чувствовал одну единственную вкручивающуюся в мозг боль. Тварь рвалась к мозгу. Что будет после того, как она доберётся до цели? Может я просто умру, или превращусь в такого же ползуна? Думать не хотелось. Лучше умереть свободным, чем будучи тварью.
– Сейчас, сейчас… – причитала Борзая, размазывая по щекам слёзы и мою кровь. В её глазах читалось отчаянье и страх, и я хотел бы успокоить девушку, попросив добить меня, да только не мог даже выдохнуть. Всё что оставалось – закрыть глаза. Нет! Не сдаваться!
– Да что же это такое?! – по-собачьи взвыла девушка, а затем повернулась к растущему неподалёку жидкому деревцу. Ко мне. Снова к деревцу. В её взгляде появилась несокрушимая решимость, девушка подхватила меня за подмышки и потащила вперёд, к свету. Но когда оставалось не больше шага, я вдруг понял, что правый глаз отказал, я больше ничего им не видел, остался только левый и…
– Я возвращаю тебе жизнь, – причитала девушка. Разжав мне челюсть кинжалом, она наклонила росток так, что плод оказался между зубами, а затем ударила ладонью в подбородок, заставляя зубы сомкнуться. – Ешь!
Мгновение ничего не происходило, но потом перед глазами вспыхнул яростный свет, и я оказался на равнине. Прямо надо мной высоко в небесах громыхали бесчисленные молнии, грохот грома не смолкал ни на секунду, и было светло как днём.
– Что за… – прошептал я, вдруг поняв, что вновь чувствую своё тело. Поднялся на локте и замер. В шаге от меня, подняв царственную голову, стоял сотканный из молний тигр.
Величественный гигант глядел на небеса, где беспрерывно грохотали молнии, и сам он будто был из них сплетён. Но внимательней всмотревшись, я увидел, что это статическое электричество, бушующее в стоящей дыбом шерсти, белой с чёрными длинными полосами.
Первое ощущение – всё, пипец котёнку, больше мяукать не буду. Этот монстр в холке был выше моего роста, метра два с половиной. Если он меня сейчас заметит… я оглянулся, ища укрытие, но с сожалением понял: вокруг, сколько хватало взгляда, тянулась серая безжизненная пустыня. Редкие валуны, торчащие из песка, были расколоты так, что укрыться за ними не вышло бы при всём желании.
Стараясь не производить шума, хотя при таком грохоте вряд ли он… стоило мне пошевелиться, как острое ухо тигра дёрнулось, будто гром ему вовсе не мешал. Сцепив зубы и почти не дыша, я сгруппировался, подтянув колени, и начал подниматься, не отрывая взгляд от монстра.
Глухое рычание было словно рокот камнепада, пробивающийся даже через громовые раскаты. Зверь явно почуял моё присутствие, а стоило мне подняться и сделать шаг назад, он наконец соизволил повернуть ко мне морду. Рык усилился и пасть приоткрылась, показав зубы.
– Ну и пасть у тебя, – нервно хохотнул я, понимая, что могу поместиться в неё целиком, даже ноги не придётся подтягивать. – Таким бы хлебалом да медку хапнуть…
Зверь моего юмора не оценил, зарычав громче, и начал поворачивать уже туловище. Убежать от этого монстра я даже не рассчитывал. Победить? Даже не смешно. Но и сдаваться я не собирался. Умру уставшим? Да пусть так, зато побегаю. Как раз камушек, треснувший метрах в ста, есть.
Глубоко вдохнув, я рванул с места и чувствуя, как ноги утопают в чёрном песке при каждом шаге, но расстояние до укрытия стремительно уменьшалось, а я всё ещё был жив. От удивления я даже обернулся, чтобы посмотреть, что происходит у меня за спиной, и увидел совершенно охреневшего тигра, замершего с полуоткрытой пастью и круглыми выпученными глазами.
Он что, реально рассчитывал, что я буду ждать, пока он меня сожрёт? Ну уж нет, спасибо. Сдаваться просто так я не собираюсь. Спустя секунд пять тигр опомнился, встряхнул башкой и зарычал куда громче, но я лишь ускорился. И тогда монстр наконец рванул вперёд, одним прыжком преодолев половину расстояния.
При приземлении вокруг тигра разошлась в стороны волна, электризующая песок. Несмотря на то что зверь спружинил на мягких мощных лапах, раздался гром и ударила молния. Зверь вновь взвился в воздух, явно наметив сбить меня с ног, но я сам прыгнул ему навстречу, разминувшись с когтями и пастью, прокатился по песку и рванул дальше, едва выйдя из зоны поражения молнии.
Прямо с четверенек я рванул к ближайшим камням, до них оставалось всего пять метров, когда позади раздался очередной рык. Оглянуться я уже не успевал. Спину ожгло болью, меня кинуло вперёд, и я одним махом пролетел оставшееся расстояние. А в следующую секунду на меня надвинулась распахнутая пасть.
Я едва успел упереться ботинками в клыки, да так что чуть на шпагат не сел. Зверь клацнул зубами, тем самым вытолкнув меня из пасти. Откатившись в сторону, я больно ударился спиной, но она была хоть и острой, но долгожданной. Я достиг цели и отчаянно начал шарить руками по песку, в надежде найти хоть что-то. Повезло почти сразу.
Тигр, собираясь завершить охоту одним выпадом, двинул морду вперед, вновь распахнув пасть, и в последний момент я ударил монстра наискось обломком скалы, попав прямо по носу.
Зверь даже подался назад, не понимая, что произошло. Недоумевая, как мелкая букашка, которую можно было расплющить одним ударом, посмела сопротивляться и дать отпор. Недоумение превратилось в гнев, и тигр взревел, потоком воздуха, подняв облако чёрного песка, в котором тут же появились крохотные молнии.
– А-а-а! – в ответ как можно громче закричал я, поднявшись на одном колене и сжимая острый камень. – В ухо себе поори!
Не знаю уж, понял меня зверь или нет, но он вновь прыгнул, только теперь лапами вперёд, молния пронзила меня, отбросив на песок, перед глазами на мгновение потемнело, но боль сдавленной грудной клетки прекрасно отражала реальность, которую я увидел, когда в глазах посветлело.
Мягкая, но чрезвычайно сильная лапа прижимала меня к песку, давя словно пресс. По обеим сторонам от моей головы оказались воткнуты когти по сорок сантиметров, которые с лёгкостью могли бы прошить меня насквозь. Чудовищный зверь смотрел на меня, сверху вниз, затем наклонился, и я заорал, забился не собираясь сдаваться.
Зубы щёлкнули прямо перед моим лицом, по телу прошла волна молнии, а через мгновение я очнулся в поту и слипшейся крови на отвратительно пахнущей куче трупов.
– Живой? – ошарашенно прошептал я, а затем вспомнил свои последние секунды перед появлением в мире штормов и, дернув рукой, ощупал шею. Рана исчезла, но у основания черепа, под кожей с левой стороны ощущался инородный предмет, тот самый круг в пару сантиметров. Это что, меня таки заразили, и я теперь…
– Очнулся? – не слишком довольно проговорила княжна Борзая.
– А ты не рада? – усмехнувшись спросил я, поднимаясь и осматриваясь по сторонам. Девушка сидела рядом с телом ползуна, держа мой телефон на коленях, и в его свете разделывала труп. По крайней мере, отделённая от тела голова говорила об этом.
– Рада, но твоя присяга духу защитнику шла слишком долго. – фыркнула Борзая поднимаясь. – Не мог слова для клятвы подобрать?
– Клятвы? – ошарашенно проговорил я. – Той твари? Да она меня сожрать пыталась, я еле отбился!
– Отбился? – девушка замерла, смотря на меня круглыми глазами, кажется, даже больше, чем у тигра, когда я от него драпанул. А ведь тот был гигантом. – Ты… ты что, напал на духа-хранителя? Ты его ударил?
– Ну, напал – это громко сказано… но да, по носу дал.
– У-у… – совсем по-собачьи взвыла девушка, сев обратно и обхватив голову руками. – И этому я отдала Дар! У-у-у…
– Ну знаешь, у вас тут такой дурдом, что без подсказки не разберёшься. Я вообще думал, что оно меня сожрёт, – буркнул я, подойдя к девушке, и наклонившись забрал телефон. – Ты заряд зря не трать, а то сядет и вообще без света останемся. К слову, сколько я в отключке провалялся?
– Да какая вообще разница? – всплеснула девушка руками. – Я потратила божественный дар на придурка, который вместо того, чтобы принести клятву верности духу и принять его благословение, напал на тотемного зверя… как я теперь объяснюсь перед императорским распорядителем?
– Ты слишком далеко загадываешь, или забыла про то, чем сама пугала? Толпы ползунов, ночь, граница и твари? Нет, ничего не напоминает?
– Заткнись, просто заткнись, – зло бросила Борзая. – Пока ты занимался вредительством, я всё осмотрела, выхода нет. Хорошо хоть собрала патроны и рабочее оружие. Ты без благословения. Всё пропало.
– Ну, насчет выхода нет… – пошарив лучом фонаря по полу, я нашёл слетевшие во время схватки очки и подобрал их с надеждой нажал на включение. Даже дыхание задержал, и с облегчением выдохнул, когда дрон отозвался. Оставшийся заряд составил меньше трёх процентов, и времени терять было никак нельзя.
– Держи фонарь, свети в дырку на крыше. – скомандовал я, сунув девушке в руки телефон. – Быстрее!
Слава богам, спорить она не стала, и, подняв дрон, я увидел мелькнувший внизу лучик. На последних крохах заряда влетел в дыру и поймал падающий дрон, когда он вырубился, не долетев до земли.
– Теперь главное, чтобы батареи оказались рабочие, – прошептал я, доставая из рюкзака банки для питания. – Найди верёвку, или свяжи пояса. Хоть что-нибудь, чем можно было бы зацепиться, но полегче…
– Да ты шутишь? Какая верёвка? – взвыв спросила девушка, но спорить не стала. Вот уж положительное качество – команды выполняет прекрасно. Вышколенная девушка. Или выдрессированная, учитывая фамилию? Я же, скрестив пальцы, поставил новые батарейки и нажал включение. Сработало! Будто и не прошло неизвестно какое количество времени, словно я только два часа назад забирал их из комнаты товарища…
– У разведчиков нашлась верёвка, но не очень длинная, – объявила девушка, когда я проверил, что дрон взлетает без проблем, и показала мне моток надёжной, плотной, но очень тяжёлой верёвки. Пожалуй, в данном случае её небольшая длина была даже плюсом, иначе дрон её бы не поднял при всём моём желании. Вот только не хватит её ни для чего.
– Ладно… сейчас я проверю, как можно забраться наверх, а ты сделай петлю, сантиметров тридцать.
Взвизгнув двигателями, дрон скрылся в дыре наверху. Я выкрутил светочувствительность на максимум, отчего воспроизведение пошло шумом, и начал искать путь отхода. С учётом новых вводных выбраться за один раз нам не удастся, придётся идти по шагам, выбирая путь, состоящий из ступеней. И главное тут было не в скорости передвижения, а в надёжности. Вызвать новый обвал и оказаться погребённым заживо мне совсем не улыбалось.
– Что ты планируешь делать? В темноте верёвку закидывать?
– Связала? – не став вдаваться в подробности, я забрал у девушки верёвку и привязал её к дрону. Моторчики взвизгнули, унося дрон к первой «ступени» торчащей из металлоконструкций балки, на уровне третьего этажа. Но через пару секунд дрон начал крениться и медленно ползти вниз, сколько бы я ни давил на газ.
– В чём дело? – обеспокоенно спросила Борзая.
– Верёвка слишком тяжёлая, – бросил я, сцепив зубы. – Сейчас я опущу его ниже, а ты подкинешь так высоко, как сможешь. Готова? Три, два…
Камеру дёрнуло, дрон чуть не перевернулся вверх ногами, но я успел вырулить и шмякнуться на край балки. Жужжа и подпрыгивая дрон пополз в указанном мной направлении, пока я не убедился, что петля зацепилась.
– Попробуй подтянуться на верёвке, – приказал я, сняв очки. Девушка, подозрительно на меня посмотрела, подвязывая трофейную голову к поясу. – Ты легче, килограмм на двадцать-тридцать. Как только заберёшься наверх, сдвигайся к основанию балки и жди меня.
– А оружие мне внизу оставить? – с вызовом спросила рыцарь, показывая на собранные трофеи.
– Это ты молодец, но раньше предупредить не могла? – поморщившись спросил я, оглядываясь по сторонам. – Поступим так… привяжем конец верёвки к сумке, в неё сложим всё тяжёлое. Доспехи много весят? Если нет, то лезь так.
Борзая посмотрела меня странно, я бы даже сказал неприязненно и испуганно, чуть ли за плечи себя не схватила, и я запоздало вспомнил, что ещё всего несколько часов назад её пытался изнасиловать жирный боров. Оправдываться я не стал, как и настаивать, чтобы она раздевалась – снимала броню.
– Готово! – минуты через три пыхтения заявила девушка. Фонарь до неё еле доставал, а вот сумка с добром и конец верёвки не натягивался. – Всё в порядке, балка не шатается. Можешь забираться.
– Ну спасибо за приглашение. Держись там за что-нибудь, на случай если она нашего веса не выдержит.
Девушка кивнула, отойдя к перекрытиям, а я, не рискуя подпрыгивать, аккуратно подтянулся на верёвке, зажал её ступнями и полез вверх. Не торопясь, но и не задерживаясь. И выбравшись наверх, с огромным удивлением понял, что почти не устал. А ведь день уже подошёл к концу: над нами раскинулось ночное звёздное небо.
– Держишься? – уточнил я, вытащив сумку с добычей и подойдя к рыцарю. Балка едва заметно покачнулась, но выдержала, так что можно было выдохнуть. Осталось только забраться выше. А одновременно цепляться за перекрытия и держать в обеих руках пульт – не слишком удобно. – Хватай меня за пояс, надо перенести верёвку выше.