Это незаконченная книга, которую автор пишет прямо сейчас, выкладывая новые части или главы по мере их завершения.
Книгу нельзя скачать файлом, но можно читать в нашем приложении или онлайн на сайте. Подробнее.
Удивительно, но я даже умудрился выспаться, несмотря на то, что Ольга ушла спустя пару часов. Спрашивать себя, что это было я не собирался. Захочет – потом расскажет. Сейчас же я чувствовал себя расслабленно и умиротворённо. Самое то, для начала дня, который может затянуться.
– А, ясно почему… – усмехнувшись проговорил я, выглянув в окно. Похоже, у меня и в самом деле было доброе утро, что начинается в обед. Но, учитывая, что никто не спешил меня будить, можно было сделать два противоположных вывода: либо обо мне все забыли, либо наоборот за действиями княжны пристально наблюдали и решили после сегодняшней ночи меня не трогать.
Неопределённость со статусом меня несколько напрягала. Что значит побратим? Какие у меня права и обязанности? Ну кроме того что придётся провести ближайшее время на передовой, от чего я и сам отказываться не собирался. Ну и надо вернуться живым для начала.
– Доброе, – выйдя из комнаты, поздоровался я с проходящим Борзым. – Где я могу найти княжну Ольгу или князя Владимира?
– Внизу все, – покосившись на меня, походя ответил мужчина, – скоро отправление за стену.
– Ну прекрасно, а меня, значит, разбудить не удосужились… – пробормотал я.
Хорошо собрался с вечера, и всё было готово – рюкзак за спину, автомат на шею, кинжал и штык на пояс. Доспехи надевать пока не стал, они болтались в отдельном вещмешке, весившем хорошо за тридцать кило, не с кем сражаться в городских стенах, да и честно признаем – они оказались куда менее удобны, чем армейская снаряга, на которую многие жаловались в учебке.
– Вернусь, обязательно с местными кузнецами поговорю, – сам себе пообещал я, гремя вещами. Лифт не спешил, так что я успел выглянуть на улицу, обнаружив перед высоткой небольшую толпу. Опять подлянка от Секачовых? Отсюда не различишь, но крики доносились.
– О, ты проснулся, а я как раз за тобой! – обрадованно сказал Данила, выйдя мне на встречу из лифта и тут же шагнув обратно. – Там тебя требуют.
– Кто ещё? – подняв бровь поинтересовался я.
– Увидишь. Но, похоже, твоё выступление на совете не прошло незамеченным. Ну его в принципе тяжело было пропустить. Но такой реакции старейшины не предполагали! – довольно усмехнулся парень. – Непонятный Старый, признанный одним из великих кланов и сторговавшийся с другим.
– Это с кем я сторговался? Вроде всё нормально решали.
– Да? Ну, остальным так не показалось, – пожал плечами Данила. – Я бы даже сказал, что почти все уверены, что ты подкупил Филиновых. К слову, артефакты ты в комнате оставил?
– С какой стати? Они нам в бою пригодятся, а тут от них никому толку не будет.
– Тебе виднее, но я бы так рисковать не стал. Говорят, старые вещи довольно хрупкие, – покачал головой парень. – Толку их не передовую тащить?
– Мы же с тобой в одной лодке будем, вот и увидишь.
– А лодка тут причём? – нахмурился Данила, но я лишь махнул рукой. – Ладно, как знаешь. Пока мы не выехали, хочу один момент прояснить. Пусть сестра и назвала тебя побратимом, но это не делает тебя Борзым, и уж тем более не делает княжичем. Так что… в общем, со мной идёт моё рыцарское копьё, боевые товарищи, с которыми мы много всего пережили. Они будут подчиняться мне, как и остальные из клана.
– Хм. Ты, судя по всему, не спрашиваешь, а предупреждаешь.
– Ну, я подумал, что легче этот вопрос сразу прояснить, во избежание недоразумений. Не знаю, что у вас с Ольгой происходит, да если честно и знать не хочу. Но одно дело гостеприимство и кровное братство, а совсем другое – братство боевое. С наёмниками ситуация сложнее – у них свои командиры, и тут уже как договоришься.
– Да там этих наёмников… – поморщился я, вспоминая вчерашний день. В этот момент лифт дзынькнул, двери отворились, и я увидел, что в холле здания настоящее столпотворение. При этом Борзых было очень легко отличить от остальной разношёрстной толпы. Парни и девушки все вытянутые, худощавые, высокие, в одежде на манер военной формы.
– А вот и он! – ехидно усмехнулся князь Владимир. – Максим, не расскажешь, о чём вы таком договорились с бароном?
– Эй, ты что ли наш наниматель? – подался вперёд детина, под два метра ростом и с таким размахом плеч, что странно как он в двери проходит. Да и мышечной массой природа его не обидела. – Надо утрясти проблемы, а то говорят оплаты не будет!
– Конечно не будет, до исполнения договора, – как ни в чём не бывало ответил я, хотя мужик возвышался надо мной. – Или ты решил взять плату и свалить?
– Видел я ваше поганое письмецо, – вставил другой, низкорослый мужичок с выдающимися завитыми кверху усами и в шапке с ушами словно чепчик детский, только толстый. Ловко протиснувшись вперёд, он встал рядом со здоровяком. – Только вот барон совсем другое обещал. И по патронам, и по местам во дворе.
– Я-ясно, – протянул я, осматривая толпу. Кажется, Сорокин решил пойти ва-банк и привлечь толпу. Если всё будет хорошо и спрос останется низким, мы… да что там, я лично, окажусь должен ему кучу мест в следующие сезоны, что буквально разорит клан и поставит его на грань уничтожения. Может даже попытаются отжать сталинку.
Вот только и отказываться от такой толпы не с руки. Каждый человек на передовой – это дополнительный ствол. И уж, конечно, клану легче потерять наёмников, чем своих людей. Правда, Данила мне недавно напомнил, что дела клана меня не особенно касаются, а что у нас с Ольгой и в самом деле непонятно.
– Эй, народ, слушаем сюда! – гаркнул я что есть мочи, но обернулись лишь те, кто был в ближнем радиусе. Впрочем, мне и этого хватит, передадут если что. – У нас с бароном договор. Не знаю уж как он его вам передал, но условия такие – мы нанимаем и платим ему, он расплачивается с вами. Мы свою часть сделки выполним, это без вопросов. И проследим, чтобы он выполнил свою. Но прежде придётся поработать.
– Я клановым не очень-то верю, – сказал мужичок в ушанке. – Специфика работы такая. И пусть раньше Борзые никого не кидали, ну так не просто же так тебя ждали за них говорить. Ты вообще кто?
– Тот, кто заключил с Сорокиным сделку, – улыбнувшись сказал я. – И ты – тот, кто залучил с ним сделку, только уже другую. Или тебя интересует имя?
– Да не особенно… хотя, если придётся с тобой работать, не плохо бы познакомиться, – легко ответил мужичок. – Василий Манулов, из городских.
– Нам-то не гони, городской, – заржал громила. – По твоей опалённой роже сразу видно, что из мастерских сбежал. Городской… Я Быков, Иван.
– Бабров Максим, – ответил я, когда понял, что остальные представляться не собираются. – Всем выйти для построения напротив здания! Вышли все!
– Хм, а у тебя неплохо получается, – усмехнулся князь Владимир. – Я уж думал, что мне придётся вмешиваться. Спасибо, что обошлось. Только вот ты уверен, что договор будет исполнен? Мы-то свою часть обеспечим, а вот Сорокин? Как бы не признал себя банкротом и не пошёл на передовую искупать. С него станется.
– Мы с ним договаривались на вполне определённые расценки и количество. Обещали пять сотен мест – отдадим пять сотен. Что он с ними собрался делать и как выкруживать остальное – не наше дело, – отрезал я. – То, что он собрался на нас нажиться, предоставив больше людей, чем нужно, – это его проблемы.
– Свидетелей не было, бумажного договора нет, – покачал головой князь. – Наше слово стоит дороже баронского, но, если ты не прав, это принесёт большие беды.
– Понимаю, – мрачно проговорил я, – этим разношёрстным стадом придётся как-то управлять. А они, похоже, ещё и не в ладах друг с другом.
– Не то чтобы не в ладах, просто тут заводские и фермерские собрались вперемешку. Настоящих дворян всего человек десять, но они вон, особняком держатся и под твёрдые контракты сразу пошли, – прокомментировал Данила, указав на группу хорошо снаряжённых и вооружённых людей.
– Не волнуйся, копьё Данилы состоит не только из юнцов. Будет кому прикрыть твою спину, – хлопнул меня по плечу князь. – К тому же у форта есть свой комендант. На передовой будет, по крайней мере, пять родов и смельчаки, что решат встать с нами плечом к плечу.
– Фигурально выражаясь, насколько я понимаю? – усмехнувшись посмотрел я на Владимира, но тот лишь улыбнулся в ответ.
– Я отпускаю тебя со своим старшим сыном и наследником. Не думаешь же ты, что я хочу его гибели? Нет, мы сделаем всё, чтобы вы выжили, но оставлять клан на… поддавшуюся духу-покровителю – не самое лучшее решение. Пока Ольга не совладает с новой силой, кто-то должен проследить за кланом.
– А если она вдруг случайно погибнет…
– Даже думать о таком не смей, Старый, – рыкнул князь. – Она наша глава. И пусть она сейчас не слишком адекватна, мы сделаем всё, чтобы её защитить и вернуть ей разум. После она одумается.
– Не похоже, чтобы вы считали благословения духов чем-то хорошим.
– Это жизненная необходимость, – взяв себя в руки, ответил Владимир. – Но это не значит, что можно ею злоупотреблять. Идём.
– Пушечные расчёты – в правую колонну. Канониры два шага вперёд. Отлично – вон туда. Заряжающие – шаг вперёд, стройтесь рядом, – уже отдавал приказы какой-то седой гладко выбритый мужчина в ватнике и ботинках со стальными носками. – Снайперы, два шага вперёд. Есть снайперы? А вот это плохо… Ваше сиятельство, у нас проблемы, две сотни пехотинцев нам ни к чему, они только ресурсы проедать будут. А всех специалистов мы уже отобрали.
– Ну что. Максим, решай, – встав вполоборота сказал князь. – Семён прав, такая толпа в капонире будет только мешать. Но и платить тем, кто отправится на стену вместе с другими кланами нет никакого смысла.
– Ясно, – проговорил я, осматривая толпу. Две роты пехоты, как-то… до старшины я дослужился, даже лычку и направление в академию получил, да только что толку? Ротой мне управлять никогда не доводилось даже в мирное время, а тут война. Как они себя поведут, что с ними делать?
Взглянув на Владимира, я заметил ехидный прищур. Похоже, князь всерьёз рассчитывал, что я откажусь от такой роли. Хочет, чтобы я публично признал, что он старший и попросил о помощи? Или наоборот, проверяет, насколько я разумен и могу ли признать собственное незнание.
– Бойцы, в данный момент нам нужно лишь сто человек пехоты, – громко сказал я, шагнув вперёд. – Именно на такое число мы договаривались с Сорокиным, и такое было оплачено заранее. Передовая – это не курорт, вы сами прекрасно это знаете. А потому скажу честно – если барон договаривался с вами иначе, лучше пойти к нему сейчас и отказаться от этой авантюры. От себя добавлю: пусть меня вы не знаете, но я буду с вами на передовой, так что в моих интересах, чтобы народу было побольше, но честь важнее.
– Ха, он о чести заговорил, – фыркнул усатый. – Я, как городской…
– Нам-то не гони, – прервал его Быков, оставшийся среди пехоты, хотя многие здоровяки пошли в заряжающие. – Что делать-то надо?
– Кто хочет в самое пекло, два шага вперёд! Остальные могут быть свободны. Мы никого не держим и обманывать не собираемся, – громко сказал я, и народ, переглядываясь, начал делиться. Увы, похоже, я немного переборщил, так что из двух сотен осталось около шестидесяти. – Отлично! Поступаете в распоряжение сержантов до прибытия в крепость. После будет решать комендант форта.
– У меня в копье всего три сержанта, – тихо проговорил Данила.
– До крепости доведут, а там разберёмся, – ответил я. Не хватало сейчас разброд и шатание устраивать.
– Нормально, – спустя пару секунд кивнул Владимир. – Могло быть и лучше, но нормально. Думаю, мы сработаемся. Только не бери на себя управление в бою, иначе может оказаться неудобно. Рыцари тебя слушать не станут, извини уж. Это дело родства и долгой притирки. А в клане тебя своим не чувствуют, не пахнет от тебя Борзыми. Хотя может после этого сезона вы и сработаетесь.
– Главное, чтобы сами под руку не лезли, – ответил я, пожав плечами. – У меня и самого найдётся чем заняться.
– А по мне так он вполне Борзой, – усмехнувшись сказал сержант. – Вон как орал на рядовых, хотя они его многие старше. Да и перед вами спину не гнёт, не ломается. Сразу видно – Старый.
– Пошути ещё мне, – буркнул Владимир. – Давно на передовой не был?
– Давно, – кивнул Семён. – Как раз пора, думаю. Не волнуйся, твоё сиятельство, вернём мы твоего парня мужчиной.
– Я вообще-то всё слышу, – недовольно проговорил Данила.
– Вот и отлично, осмотрительней будешь, чтобы за тебя другие пуль не ловили, – сказал князь, наблюдая за тем, как строятся и собираются наёмники. – Сын, я тебя готовил к этому много лет. Ты знаешь, что делать, бывал и на стене, и под стеной. Это последнее твоё испытание. Не подведи себя и меня.
– Не подведу! – встрепенувшись ответил Данила, и князь, сдержанно кивнув, вернулся в здание. Хотя видно было, что далось ему это решение не легко, но Владимир отпустил сына.
– А сколько у тебя братьев, если что вдруг случится?
– Семеро нас, – коротко бросил парень и отвернулся, стараясь не смотреть отцу вслед. – Ладно, чего встали? Пошли уже. Нам ехать ещё часа два.
– Ехать? – удивлённо спросил я. – Мне казалось, это пешеходная зона.
– Центр, конечно, но не пешком же шлёпать, – пожав плечами, ответил парень. – Командуй отправление.
– Слушаюсь, – улыбнувшись ответил Семён. – Слушай мою команду! В шеренгу по два становись. На-пра-во! Шагом, марш!
От того как мы шли, можно было только морщиться. Понятно, что несработанная толпа, все разношёрстные, у кого-то ноги длинней в полтора раза, так что никакого строя из нас не вышло. Шли, кто как умел, и меня это жутко раздражало, пока я не осознал, что чувство меня гложет совсем не это.
Фиг с ними, с парнями и слаженностью, мне почему-то очень хотелось, чтобы Ольга вышла меня проводить, хотя была совершенно не обязана этого делать. И уже отойдя на сотню метров и обернувшись, я увидел на балконе верхнего этажа машущую рукой белую фигуру с развевающимися на ветру волосами.
– Ну, тоже нормально, – сам себе сказал я, хотя в такой форме было не очень понятно, она прощается лично со мной, или со всеми уходящими.
– Расскажешь, что у вас произошло? – спросил Данила, шагая рядом. – Нет, это, конечно, ваше дело…
– Наше, – кивнул я. – Вернёмся – понятно будет.
– Понял, не пристаю, – тут же ответил парень, и мы надолго замолчали. Сегодня парки и прогулочные дорожки тоже были полны отдыхающих, но радостное настроение чуть улетучилось, а многие, провожая нас взглядами, кивали вслед или даже прикладывали кулаки к сердцу.
Они невольно привлекали к себе внимание, и, кивая в ответ, я неожиданно заметил, что среди растений в парке уж больно часто встречаются кусты с мелкими белыми и чуть фиолетовыми пятиугольными цветками. Да и листья уж больно характерные. Присмотревшись внимательней, я кроме картошки разглядел стебли зелёного лука. Вот так сад-огород в центре города, ни одного бесполезно использованного метра.
Вскоре мы начали встречать небольшие группы с вооружением и рюкзаками за плечами. Не мы одни собирались на оборону города. А спустя полчаса мы вышли из-под центральной стены, через юго-западные ворота, и я с облегчением увидел, что добираться до самой передовой нам и в самом деле пешком не придётся. Целые вереницы трамваев загружались бойцами и отправлялись в пригороды.
– Вожатый, мы на передовую! – крикнул Семён, когда мы подошли к остановке.
– Принято, – кивнул водитель и поднёс микрофон ко рту, делая объявление: – Внимание, всем пассажиром, направляющимся не на ленту, прошу покинуть салон. Вагон идёт без остановок к внешней стене.
– Идущим на смерть слава! – крикнул один из выпрыгнувших, и его поддержало полтора десятка человек. Мы же погрузились, так что даже в двухэтажном трамвае, скребущем крышей по проводам, сидячих мест не осталось. Кто-то расположился прямо на полу, на вещах, А я забрался повыше, чтобы разглядеть как можно больше.
– И что ты хочешь увидеть? – спросил Данила, устроившись рядом на мешке с доспехами.
– Всё, – честно ответил я. – У вас почти всё устроено непонятно. Кристаллы эти летающие, например, это что такое?
– Добыча Буйволовых и Медведевых, – легко ответил парень. – Причём из разных миров. Бедствие как закончится, если останутся силы и время, можно будет тоже попробовать в рейд отправиться.
– Про силы понятно, а со временем что не так?
– Да разное бывает, иногда Бедствие длится с первой до последней ночи, и даже когда граница вновь начинает твердеть, твари всё продолжают лезть. Ну а если стихийное, так там и вовсе…
– Я бы на вашем месте не думал о рейде, – вмешался Семён. – Вы, ваше сиятельство, ещё ни разу на передовой не были.
– А ты был, сержант? – спросил я.
– Был, как не быть. Три раза. Два из них повезло, один не очень, – криво усмехнулся моложавый старик. – С тех пор седым хожу.
– Расскажешь?
– К чему голову забивать? – вновь усмехнулся он. – Всё увидишь, Старый. Одной артподготовки многим хватает, чтобы животом перестать маяться на долгие годы.
– Очко рядовых переходит в суперпозицию. С одной стороны перекусывая стальной лом, а с другой не в состоянии удержать жидкие массы?
– Ха, не знаю, что такое суперпозиция, но подмечено верно, – с трудом выговорив новое слово ответил сержант. – Похоже у вас тоже не сладко было, да, Старый?
– У вас это осталось в истории? Да, хлебнуть пришлось. Нас не с колёс отправляли, а после учебки, но увидеть пришлось всякого. И про судьбу-злодейку, и про верующих в окопах, и про солдатскую удачу.
– Да, всяко бывает, – проведя по гладко выбритой щеке, подтвердил Семён. – Знаешь, Старый, может мы и в самом деле сработаемся.
– Ты за княжича отвечай, тебя же за этим приставили. А я как-нибудь без няньки обойдусь, – не обращая внимания на недовольную гримасу Данилы, сказал я.
– А вот это вряд ли, – усмехнулся Семён. – Без нянек никто из нас не останется. Тем более ты. Сам увидишь.
Спорить я не стал, но и разговаривать дальше не имело смысла. Я лишь время от времени спрашивал, что за очередная диковинка, появившаяся на улицах. В основном всё было обычно, будто попал в глубинку, где ничего не менялось с восьмидесятых годов. Только отсутствие машин на улицах немного смущало.
Кроме замеченного в прошлый раз имущественного и смыслового разделения, в этот я отметил некоторое несоответствие. Например, основные фермы находились в пригороде, между внешней стеной и первой оборонительной линией. Но в то же время у самого центра стояло гигантское здание, светящееся ультрафиолетом, с торчащими наружу зелёными листьями.
Многие функции дублировались, но, как мне объяснили, ближе к центру выносили лишь самое необходимое или ценное. Конечно, от каких-то вещей в случае опасности нужно было отказаться полностью или почти полностью. Например, от скотоводства или ям для ферментации, они занимали слишком много места и не могли быть полностью переведены в центр. Но второе от человека почти не зависело, а первое решали несколько тысяч голов поросят и телят, что держались до определённого возраста ближе к центру.
Когда мы проезжали уже знакомые колосящиеся поля, я думал, что трамвай высадит нас у стены, но вместо этого вагон пристроился к веренице такого же транспорта и выехал за ворота. И стоило нам пересечь туннель, как я не смог поверить своим глазам.
В бетонном поле выросла не просто очередная стена, а настоящая крепость, со множеством башен и укреплений. Глубоко эшелонированная оборона возвышалась на несколько этажей и занимала всё пространство на сколько хватало глаз. При этом чем ближе мы подъезжали по проложенным путям, тем отчётливее становились очертания гигантских механизмов, больше соответствующие шагающим экскаваторам.
– Погодите, она что передвигающаяся? – ошарашенно спросил я.
– Внушает? – не без гордости спросил Данила. – Передавая крепость и серия фортов – Несокрушимый. Всегда встречает врага первой!
– Но, зачем? – удивлённо проговорил я, с трудом опознав один из сегментов. Кажется, именно его ремонтировали во внутренней части стены-завода, когда мы проезжали на дрезине.
– Не все бедствия можно сдержать фетром, стихийным будет наплевать на любые пулемёты и артиллерию. – улыбаясь пояснил Данила. – Да и хранить на одном направлении все пушки, когда на нём вне сезона безопасно – глупость. Вот и решили, под сотню циклов назад, создать шагающую крепость, что будет первой встречать врага и переходить от сезона к сезону. Шестидесяти ночей обычно хватает за глаза.
– Но бывает всякое, – внёс свои пять копеек Семён. – Ладно, княжич, собирайся, скоро приедем. Всем проверить вещи! Ничего не забываем, вернуться ни у кого другого шанса не будет. Если кто-то передумал, скатертью дорожка.
К чести собравшихся, трусов среди них не нашлось. Хотя, судя по кислым лицам, многие просто оказались в столь крайней степени нужды, что иного выхода у них не оставалось. Либо отправиться на передовую, либо… об этом думать не хотелось.
– Выгружаемся, вагон дальше не идёт, – заявил кондуктор, когда трамвай остановился у самой стены форта. – Удачи вам, парни! Всем вернуться живыми!
– И тебе, чтобы мы не вернулись раньше срока, – ответил Данила, и похоже, это было воспринято, как доброе пожелание. Выгружались мы не долго, как и строились. По дороге Данила объяснил мне, что «рыцарское копьё» – это не оружие, а боевой взвод во главе с ним – младшим дворянином, или дитём боярским. В подробности я вдаваться не стал, мне куда интересней было наблюдать по сторонам, пока мы шли через укрепления.
Фортификации раскинулись на многие километры, и стало очевидно, зачем поле было укатано в бетон – чтобы эти мобильные укрепления вообще можно было так быстро расположить. И вначале мне было странно такое… стены, башни – одно хорошее попадание артиллерии и их не станет, а потом коридор вывел нас на открытое пространство и, осмотрев защиту, я лишь хмыкнул.
Крепость строили люди, понимающие в инженерном искусстве куда больше меня. Пусть в ширину она оказалась значительно меньше чем в длину, но даже отсюда, с тылового укрепления, были видны толстые, по несколько сотен метров, защитные валы и располагавшиеся между ними глубокие рвы, метров по десять.
Их ломанные линии сходились в небольших мостиках-фортах, но так, чтобы бойницы каждого из промежуточных укреплений смотрели на несколько сотен метров вдаль, и при этом не видели другого форта. Переходя один из таких мостов поверху, я лишь восхитился задумкой – из таких бойниц можно стрелять, совершенно не заботясь попасть по своим же укреплениям. Весь огонь уйдёт в вал.
– А вот и наше жилище на ближайшие тридцать ночей, – храбрясь улыбнулся Данила, когда, спустившись под землю, мы прошли третью линию обороны. Учитывая, что перед нами был бетонный тупик, я не сразу понял, что он имеет ввиду, но в этот момент в потолке открылся люк и нам спустили лестницу.
– Княжич Борзой? Добро пожаловать в передовой капонир. Я комендант форта Бобров, буду вашим временным консультантом и помощником, – представился стоящий наверху мужчина. – Прошу подниматься, у нас осталось несколько часов, чтобы распределить обязанности.