Трафик на этой дороге всегда был жидким – народ предпочитал пользоваться монорельсом и не рисковать лишний раз. Так что добрался быстро, почти не отвлекаясь на вождение, и к главному входу в человейник я подъезжал заряженный практически до половины. В принципе, при уровне развития местных магов этого должно хватить, чтобы устроить тут мини-Армагеддон. Впрочем, кто его знает, кому именно пришла в голову не самая светлая мысль захватить фею. Вдруг там вообще эльфийские боевики, хотя ушастым в человейнике по всем раскладам делать нечего. Но жизнь не раз показывала мне, что самые верные расклады могут измениться в любой момент.
Еще когда срывался со стоянки у тира, мелькнула мысль, что стоило бы воспользоваться удобством вагона монорельса и там спокойно перезарядиться, да и на место прибыл бы чуть быстрее. Но я отбросил ее сразу, прекрасно понимая, с какими проблемами столкнусь внутри человейника. Начнем с того, что горизонтального транспорта для жителей и посетителей этой вавилонской башни не предусматривалось – лишь вертикальные лифты, которых было много. Поэтому чтобы пешком добраться от одного края уровня до другого, нужно пилить пешком минут двадцать, и это без учета сложности пересечения транспортного Серпантина. Там приходится петлять по мостикам и переходам. Только в дни карнавала, когда перекрывалось все транспортное движение, широкий проспект Серпантина был доступен для простых пешеходов. Имея в распоряжении такого шустрого скакуна, как мой байк, я добрался до четвертого уровня минуты за три. Правда, пришлось немного полихачить.
На подъезде набрал Бисквита, который тут же влился в процесс:
– Вижу тебя. Через двести метров свернешь налево.
Так как спиральная дорога поворачивала против часовой стрелки, мой путь лежал к сердцевине человейника. Не очень хорошее начало – чем ниже уровень и ближе к центральной оси мегабашни, тем «веселее» там живет народ.
– Еще раз налево, – послышался голос Бисквита, который безукоризненно исполнял роль моего штурмана. – Теперь направо.
Очередной поворот вывел меня в невысокий по сравнению с Серпантином – всего метра четыре – тоннель, в который выходили фасады развлекательных заведений среднего пошиба. Не то чтобы гадюшники, но и до приличных им далековато.
– Через тридцать метров направо, – прогудел мне в ухо орк.
Я посмотрел вперед и понял, что никуда поворачивать не стану, потому что заезжать мотоциклом прямо в витрину очередного заведения – не самая умная идей. Я ведь не герой дешевого боевика, к тому же связь с Фа становилась все сильнее. Она все еще слегка в неадеквате, но стресса я не чувствовал. Надежда на то, что все это просто недоразумение и фея продолжает познавать мир, пусть и таким слегка экстремальным способом, крепла с каждой секундой. У входа в заведение, которое, скорее всего, было недорогим стриптиз-баром, торчал здоровенный охранник.
Похоже, чувак решил, что широких плеч и тупой морды для солидности не хватает, поэтому вживил себе в череп целый ряд коротких рожек, типа он весь такой демонический. Ну хоть не вырастил себе оленьи – и то неплохо. Сразу бычить не хотелось, так что я просто и без затей спросил:
– С моим байком ведь ничего не случится?
Вежливо улыбаясь, но сохраняя лед в глазах, я откинул полу удлиненного пиджака, демонстрируя рукоять волшебной палочки.
– Не случится, – найдя в себе компромисс между страхом и мачизмом, кивнул бугай.
Вот и хорошо. Хотелось бы и дальше обойтись без лишней агрессии.
– Уважаемый, вы не видели здесь миленькую такую девочку в сарафанчике и с хвостиком? В смысле прически, а не модификаций.
– Не видел, – тут же набычился уже было расслабившийся охранник.
– Врать нехорошо.
Вот честно, в последнее время изо всех сил стараюсь себя сдерживать. Никогда не понимал вспыльчивости некоторых тренированных бойцов. Считал это признаком придурковатости и завышенной самооценки. Не то чтобы теперь, значительно усилившись, начал разделять их мировоззрение, но пришло определенное понимание.
Сейчас мы оба прекрасно знаем, что в случае конфликта я его разделаю как японский повар филе тунца, но он все равно на что-то надеется. Невольно появляется желание либо сразу начать с угроз, либо вообще не вступать в какие-либо разговоры и с ходу пришибить наглеца. Охранник выхватил из подмышечной кобуры револьвер, я же вообще не стал прикасаться к своей палочке. Простейшую печать статического напряжения уже давно получалось сплести быстро и без каких-либо подпорок, ну а перебросить контакт на стоящего в полутора метрах от меня человека – вообще плевое дело.
Блин, все-таки нужно было воспользоваться Шипом. Решил выпендриться и не рассчитал стабилизирующие векторы. Охранника шибануло так, что он сразу вырубился. Подвела моя привычка спаррингов с теми, кто и мобильные щиты выставляет во мгновение ока, и заземление выстраивает автоматически, на подсознательном уровне.
– Черт, – ругнулся я, опасаясь ощутить выброс энергии разрушения от дергающегося бедолаги. – Нормально, живой.
Полюбовавшись напоследок пробегающими между рогами разрядами, делающими голову охранника похожей на трансформатор Теслы, я аккуратно открыл дверь в заведение. И так уже набедокурил, незачем ломать чужую собственность. Мои предположения подтвердились, и это действительно оказался стриптиз-бар. Схема практически классическая – с одной стороны помост для танцовщицы с обязательным шестом. С другой, ближе к выходу – барная стойка. Кроме высоких стульев у стойки и вплотную к помосту из посадочных мест имелся только мягкий уголок в дальней части зала у заднего выхода, явно ведущего в подсобные помещения. В полумраке помещения, освещенного лишь наведенными на танцующую девушку прожекторами и тусклой лампой на столе мягкого уголка, я сумел насчитать девять человек. Причем включая бармена и саму стриптизершу. Посетители больше пили, чем пялились на танцующую в одних трусиках модификантку со скорее крысиным, чем демоническим хвостом и небольшими рожками, едва проглядывающими сквозь пышную шевелюру.
Да уж, действительно дешевенько. Несмотря на то, что девушка прошла модификацию, ее уровень сильно недотягивал до дамочек, танцующих в «Бесовке» – первом увеселительном заведении, которое я посетил в магическом городе. В тот день там выступала настоящая суккуба. Аж мороз по коже пробежался от воспоминаний. А тут все убого и уныло.
Пялиться на вяловатый танец относительно симпатичной девочки времени не было, и я тут же направился в сторону мягкого уголка со столиком, за которым сидели два очень непохожих друг на друга человека. Этот путь был выбран не случайно, потому что, во-первых, примерно в ту сторону указывала моя связь с Фа, а во-вторых, уже на подходе в свете настольной лампы я узнал лицо одного из сидящих там хуманов. Судя по тому, как он задергался, моя физиономия ему тоже была знакома. Не помню, как зовут этого хлыща, но он часто терся в тусовке квартала художников и явно не был там чужим.
Перепуганный хлыщ что-то сказал сидевшему рядом с ним здоровяку. Тот тут же поднялся на ноги и двинулся мне навстречу.
Что сказать, явно серьезный боец. Таких я научился определять с первого взгляда в любом освещении. Двигается плавно, за револьвером не тянется – знает, что сможет выхватить его в любой момент, точно так же, как и стикер щитовика, который у него наверняка тоже имеется. Похоже, это наемник, причем довольно опытный. Еще год назад конфронтация с таким дядей могла меня серьезно напрячь, но не сейчас. Перефразируя Пушкина: мой опыт – сын не только ошибок трудных, но и боли, страха, а также хождения по самому краю. Я не желал того, что мне пришлось испытать, но пережитое одним махом подняло меня на несколько ступеней даже вот над такими серьезными бойцами. Сейчас мы вообще не ровня. Я это понимаю, но, боюсь, даже если продемонстрирую палочку, надавить авторитетом может и не получиться. Только наслушавшийся городских легенд новичок не знает, что чародей чародею рознь.
– Мужик, тебе лучше свалить отсюда. Это закрытая вечеринка.
Судя по расслабленности бойца, хлыщ не предупредил его о том, что я чародей. Ничего, сейчас покажем палочку и, возможно, наш разговор перейдет в более конструктивное русло. Вряд ли он испугается, но бычить точно перестанет. Пока что я никуда не спешил, чувствуя, что Фа по-прежнему где-то рядом и пребывает в благостном, пусть и одурманенном состоянии.
Да, укоренившееся в сознании превосходство над основной массой агрессивных хуманов толкало на более резкие действия, но я не собирался уподобляться тупому гопнику из подворотни. Ведь даже заведомо слабый соперник может преподнести самоуверенному доминанту кучу неприятных сюрпризов. Я уже начал движение, чтобы очень медленно и аккуратно чуть распахнуть куртку для демонстрации палочки, но тут ситуация резко изменилась, и все миролюбивые мысли шустрой стайкой покинули мою не самую светлую голову.
Напряженность ожиданий, не отпускавших меня с момента появления феи в моем доме, и неопределенность конкретной ситуации не очень хорошо сказались на моих нервах, и я, честно говоря, попросту сорвался. А все потому, что вдруг ощутил исходящую от Фа тревогу на грани страха и даже паники. Вместо медленного распахивания, я резко отбросил полу куртки и, схватившись за рукоять палочки, ускорился:
– С дороги!
И все же мой соперник оказался недостаточно опытным. Он пока не дорос до понимания, что правило, требующее резко сократить дистанцию с чародеем, после определенного уровня развития оного уже не работает. С опытным носителем волшебной палочки даже овладевшему щитовиком простому магу вообще нельзя вступать в бой. Здоровяк явно хотел рывком оказаться вплотную ко мне и выстрелить из уже выхваченного револьвера, ткнув стволом мне прямо в пузо. Но ни сократить дистанцию, ни тем более выстрелить ему никто не позволил.
Как говорится, и у самого руки чесались, и Шип буквально подсовывал из своих запасов силовые лезвия, чтобы нашинковать наглого соперника, но я все же снова сплел разрядный конструкт. Растерянность и страх феи давили на мозг и разжигали дикую ярость, но здравый смысл заставил сдержаться и не убивать феелова. Фа пока не испытывала боли и оставалась на месте. Возможно, когда-нибудь такое чистоплюйство будет стоить мне жизни, но как оценщику мне тяжело отобрать жизнь, которую этому куску мяса подарил истинный Творец. Кто я такой, чтобы посягать на его дары?
Эти мысли пронеслись в моей голове еще быстрее, чем отлетало тело наемника, окутанное ворохом ветвящихся молний. В зале начался сущий бедлам, потому что вторичная статика принялась лупить по электроприборам, заставляя их искрить и вспыхивать. Опять я не рассчитал. В принципе, жизни окружающих ничего не грозило, но кто бы им это объяснил.
Мой Дар, как обычно в стрессовой ситуации, раскрылся полностью, но выброса энергии разрушения я не ощутил. Так что феелов всего лишь в отрубе. Когда я пробегал мимо мягкого уголка со сжавшимся в комок и постаравшимся прикинуться диванной подушкой хлыща, просто отмахнулся от него волшебной палочкой, запуская не особо сильный разряд.
Пусть полежит тут. Этот явно до предела скользкий тип может слинять – лови его потом по всей Женеве. А нам есть о чем поговорить, но после того, как я разберусь с теми, кто мучает Фа.
Хотелось разгромить здесь все и убить каждого, кто встанет на пути, но где-то на краю сознания билась мысль о том, что что-то в этой ситуации не так. Слишком неуклюже ведут себя фееловы. Возможно, из-за неопытности. Будь здесь профессиональные живодеры, от заведения уже не осталось бы камня на камне, а мне после тяжелейшего боя пришлось бы срываться в погоню за теми, кто уже увозил бы фею в неизвестном направлении. Да и не сидели бы они в низкопробном стрип-баре. Впрочем, неопытность не облегчит их участи. Если они как-то навредили Фа, вернусь и добью всех, несмотря на женевские законы и свои собственные моральные принципы.
Буквально через пару секунд я оказался в нешироком коридоре с рядами дверей, помеченных номерками. Вопреки моим ожиданиям, это было не подсобное помещение, а что-то типа отсека приватных комнат. Фа я почувствовал за третьей дверью справа. К ручке даже не прикасался, а просто саданул кинетической печатью. Правда, в последний момент придержал нижний край, чтобы дверное полотно не влетело в комнату и случайно не ударило по моей подопечной.
В итоге хлипкая преграда с громким треском упала на пол, и я вошел в комнату весь в молниях готового к применению разрядного плетения. Мое появление в комнате было прокомментировано испуганным визгом, который оказался неожиданно долгим. Даже ушам стало больно. Вначале мелькнула мысль, что это кричит истязаемая супостатами фея, но она обычно никаких звуков не издавала, и к тому же с голосом было что-то не так.
Внезапно атмосфера вокруг и мое собственное состояние резко изменились. Связь с Фа усилилась многократно. Из ее состояния тут же ушла одурманенность. А еще я понял, что не так с голосом вопящего – он был не женский, а мужской, точнее юношеский. В тусклом свете лампы с красным абажуром я увидел забившегося в угол паренька, причем совершенно голого. Слетел он туда явно с кровати, на которой восседала недовольная фея, тоже избавившаяся от всей одежды. Кроме этих голубков в комнате никого не было.
В общем, ситуация пикантная, и я тут же осознал всю степень бестактности своего вторжения. Причем осознал не сам – понимание происходящего буквально ворвалось в мою голову извне. Такое уже было пару раз, когда фея силилась объяснить мне свои желания, натыкаясь на непонимание из-за разницы в мировоззрении, плохой проводимости нашей связи и отсутствия у нее голоса. Тогда вот таким ударным методом она вбивала мне в голову усиленный посыл, иногда заставлявший резко менять уже принятые решения. Не самое, скажу я вам, приятное ощущение – буквально ментальное давление, чуть ли не принуждение.
Я сразу понял, что никто Фа наркотой не пичкал. Она всего лишь вступила в контакт с закинувшимся какой-то дрянью хлыщом, и сама же надоумила его повести ее туда, где будет интересно и можно встретить неординарных людей. А взбудоражившие меня страх и паника транслировались через фею от переволновавшегося пацана. При этом она так увлеклась познанием новых человеков, что не удосужилась хоть как-то предупредить меня. Впрочем, надеяться на адекватность ее поступков изначально не стоило.
В следующее мгновение я понял, что уже нахожусь в коридоре, обуреваемый желанием свалить отсюда куда-нибудь подальше. Тут же вспыхнула такая злость, что захотелось вернуться и сделать что-нибудь гадостное. На Фа, конечно же, рука не поднимется, но пару раз пнуть сопляка можно было бы. Впрочем, тут же пришло уже рожденное мною лично понимание, насколько все это нелепо. А еще по связи с феей прилетел умиротворяющий и даже заискивающий посыл.
Блин, как же с ней тяжело общаться! То кажется, что имеешь дело с умственно отсталым ребенком, который остро нуждается в постоянной опеке и защите, а в следующее мгновение сам ощущаешь себя питекантропом, прикоснувшимся к какому-то запредельно великому, но чуждому разуму, понять который просто не хватит мозгов. И все же нужно не забывать, что при всех этих до предела странных раскладах фееловы как-то умудряются захватывать, мучить и в конце концов убивать этих странных существ. Вот чтобы избежать настолько печального финала и нужны такие профессиональные залетчики, как я.
Ох прав был Иваныч – оценщик это не главный мой Дар.
Только в этот момент я обратил внимание на вибрирующий в кармане телефон и ответил на вызов:
– Ты что творишь?! – заорал мне в ухо Бисквит, а при его голосе это еще тот стресс.
– Прости, протупил, – тут же повинился я.
И ведь действительно лоханулся. Когда снял шлем, почему-то не удосужился сунуть в ухо гарнитуру, а после вообще забыл об остававшемся на связи друге.
– Обстановка! – тут же перешел на командный тон капитан киберспортивной команды, на что я лишь по-доброму улыбнулся.
– Все в порядке. Просто Фа опять чудит. Ложная тревога.
– Придурки вы оба, – раздраженно забубнил орк. – Я чуть не объявил код красный по нарушению Равновесия.
– Но ведь не объявил? – испуганным сусликом замер я в потрепанном коридоре дешевого борделя.
– Не успел. Ты вовремя ответил.
– Ну, брат, извини, сам понимаешь… – начал заискивать я, но не был понят.
– Все, не тревожь меня больше. Я сильно занят, – отрезал орк. Но он не был бы собой, если бы тут же не опомнился: – Но если вдруг что… в общем, ты знаешь.
– Да, Зеленый, знаю, что ты самый лучший, – совершенно искренне сказал я, в очередной раз понимая, как сильно мне повезло с другом.
– А вот твоя Фа так не считает, – обиженно буркнул орк и отключился.
Да уж, насчет отношений феи и орка действительно получилось странновато. Бисквит с первой же встречи квохтал над Фа, как наседка над первым цыпленком, но увы, общение даже с таким выдающимся орком фею не заинтересовало. Она лишь мазнула по нему взглядом и убежала возиться с мышоуром. Да и позже никак не хотела идти на контакт, относясь к моему другу как к предмету мебели, причем ничем не примечательному.
Почему так произошло, я до сих пор не понимаю. Знаю, что моей вины в этом нет и быть не может, но все равно подспудно чувствовал себя виноватым. Причем, нужно отдать должное орку, даже после такого игнора переживать о благополучии напарницы он не перестал. Так переволновался, что чуть не поднял на ноги самую тяжелую из имеющихся в городе «кавалерий» – боевое крыло Хранителей Равновесия.
Оглянувшись на зияющий пустотой дверной проем в комнату, где фея наверняка продолжает окучивать понравившегося ей хумана, я еще раз ощутил, что мне здесь делать нечего. Оставаться рядом с Фа смысла нет, ведь ей этого явно не хочется. Если попытаюсь навязываться, она просто смоется куда-то, заблокировав нашу связь и оставив меня терзаться мрачными предчувствиями. Впрочем, куда себя деть и чем заняться, я прекрасно знал – совсем рядом на диванчике сопит хлыщ, притащивший фею в этот гадюшник. Да, она сама захотела переместиться в новую для себя локацию к свежим впечатлениям, но голый пацанчик и, что самое главное, профессиональный охранник здесь оказались не просто так. Вот сейчас и узнаю, как и почему все это произошло – хоть как-то реабилитирую себя в собственных глазах.
За полминуты моего отсутствия в главном зале бара практически ничего не изменилось. Разве что все посетители вместе со стриптизершей окончательно разбежались. В пределах видимости находились лишь два человека, и оба в бессознательном состоянии. Выбросов энергии разрушения по-прежнему не было, так что ни фига не невинно пострадавшие все еще живы. Впрочем, насчет хлыща я и не сомневался – разряд он получил слишком слабый, чтобы склеил ласты даже такой хиляк. Подсев на диванчик к завалившемуся набок телу, я перевел его в вертикальное сидячее положение. Через телесный контакт перебросил простенькое плетение под названием «встряска». Оно тоже было из группы электроразрядных, но немного другого толка. Зато хорошо приводило в чувство и бодрило потерявших сознание либо «поплывших» разумных. Да и на обессиленных действовало как некий заменитель допинга, хотя и очень кратковременный. Я не целитель и передать другому человеку долгий заряд бодрости попросту не способен, да и не очень-то хотелось.
Плетение явно сработало, но пациент оказался хитрым и продолжал делать вид, что находится в отключке. Тут уж помогла старая добрая плюха. Мотнув головой от несильной пощечины, он тут же перестал притворяться и постарался отодвинуться от меня. Левой рукой я надежно держал его за одежду и тут же притянул к себе поближе.
– Не бейте меня!
Это заявление удивило меня.
– Это в честь чего, паскуда, я не должен прибить тебя прямо сейчас?
– Я не сделал ничего плохого. Она сама так захотела.
– Вот прямо так и сказала? Мол, отведи-ка меня, красавчик, в самую гнусную дыру в человейнике. А еще сама попросила нанять охранника и обзвонить денежных клиентов? Так ведь, сволота?! – Очень хотелось дать ему в рожу, но я сдержался. Пока. – Как ты понял, кто она такая?
– Почувствовал, – шнырь чуть успокоился, осознав, что прямо сейчас его убивать никто не будет. – Пять лет назад фея наделила меня Даром. Когда увидел ее, то почувствовал нечто похожее.
– И поэтому ты решил ее продать?
– Никого я не продавал, точнее не заставлял, – даже возмутился совсем уж раздухарившийся хуман. – Она сама выбрала и меня, и того, кого я к ней привел!
И тут мне стало интересно, с чего это Фа решила прицепиться к этому придурку, совершенно проигнорировав такого уникального спеца, как Бисквит. Да, он орк, а фей в основном интересуют уроженцы приютившего их мира, но тот же Тик-так не был обделен ее вниманием. Или там просто сработала тяга любых девушек к тисканью всего лохматого и умилительного.
– И каким же Даром наделила тебе фея?
– О таком спрашивать невежливо.
– Невежливо? – От такой наглости я даже хохотнул. – Чувак, я тебя сейчас грохну.
Похоже, он почувствовал больше, чем я выразил с помощью мимики и интонации в голосе. Мой собеседник побледнел и даже затрясся.
– Я в-вижу души людей.
Вот это заявочка! Даже стало любопытно.
– Ну и что ты видишь сейчас?
– Колючий хаос и безумие, – вдруг окрысившись, зло едва ли не выплюнул мне в лицо этот созерцатель душ, или как там еще его можно назвать.
Вот уж действительно ничему нельзя удивляться после того, как твоя нога ступит на причал женевского порта. Что только не водится на улицах магического города и в башнях муравейников. Заявление хлыща озадачило меня и заставило задуматься. С одной стороны, прибить бы этого уродца за то, что распространяет информацию о фее. Он ведь наверняка заманивал сюда клиентов обещаниями за бабки предоставить шанс на получение Дара. И рано или поздно эта информация точно дошла бы до настоящих фееловов. С другой стороны, он своим Даром сильно упростил фее поиск нужных ей хуманов. Поэтому Фа к нему и прицепилась. И ведь не отстанет, зараза мелкая, разве что я его прямо тут вскрою как порося, решив проблему сицилийским способом.
В голове назойливо вертелась невнятная, можно даже сказать, мутная идея. Мутная, потому что сидящий рядом со мной тип если еще не сторчался окончательно, то явно на полпути к этому свершению.
– Чего же ты закидываешься всякой дрянью, если заполучил редкий Дар?
И тут, к моему удивлению, этот полунарик совсем уж раздухарился.
– Да ты понятия не имеешь, как трудно видеть чужие души! Яркие слепят, черные пугают, а от грязных блевать тянет. И только когда курнешь, все хоть немного сглаживается.
Блин, ему даже можно посочувствовать, но не буду. Не та сейчас ситуация, да и место не особо способствует благородным порывам души. Ладно, раз уж план в моей голове сформировался, нечего тянуть кота за бубенцы. Для начала чуток прочистим ему мозг, чтобы соображал быстрее:
– Ты хоть понимаешь, идиота кусок, что обзванивая потенциальных клиентов, ты мог привлечь внимание настоящих фееловов? Знаешь, кто это такие?
Судя по расширившимся зрачкам, он не только слышал страшилки об этих тварях, но и осознал реальность шансов с ними познакомиться фатально близко. А злодеи такого уровня свидетелей не оставляют.
Похоже, этот типок не такой тупой, как мне показалось. Возможно, получится с ним договориться:
– Как тебя зовут, бедолага? – почти с сочувствием спросил я.
– Почему бедолага? – окончательно успокоившись и поняв, что разговор начинает двигаться к конструктиву, ожил мой собеседник.
– Потому что такому дикому сочетанию тупизны и невезучести можно лишь посочувствовать. Имя!
– Степан.
– Слушай меня внимательно, Степушка, как все будет дальше. Мне совершенно плевать, сколько ты мог получить, подсовывая фею под перспективных клиентов. Но, поверь мне, тебе никаких денег не хватит, чтобы срастить все кости, которые окажутся сломанными, если будешь тупить. Ты ведь веришь мне, Степа? – вкрадчиво и даже ласково произнес я.
Похоже, Косарь не зря дал мне такое прозвище. Он явно рассмотрел в моих глазах то же самое, что сейчас наблюдает Степа. А если вспомнить, что он еще видит души, что бы под этим ни подразумевалось, оторопь моего собеседника вполне объяснима. И это хорошо – значит, не станет делать глупостей.
– Так вот, мне все равно, сколько ты мог заработать. Вместо очень опасного журавля предлагаю тебе пусть маленькую, но жирную синицу в руках. Я так понимаю, ты практически сразу угадал, кто именно нужен твоей новой знакомой? – Дождавшись судорожного кивка, я продолжил. – Так вот, когда она придет к тебе еще раз, ты не станешь никого обзванивать, рассказывать о феях и тем более требовать деньги. Просто отвезешь ее к нужному человеку и тихонько свалишь в туман. Дальше она разберется сама. И так будет продолжаться, пока у тебя не закончатся варианты, а она не оставит тебя в покое. После этого ты придешь ко мне и получишь свое вознаграждение.
– Сколько? – тут же вскинулся жадный деляга.
– Все зависит от твоего старания и разумности. Единственное, что я тебе могу обещать прямо сейчас, ты не потратишь ни сантима из этих денег на услуги лекарей. Если, конечно, не найдешь себе другого такого же доброжелательного собеседника.
И тут крайне удачно для наших переговоров зашевелился вырубленный мной наемник. Боец оказался тертым и, на свою беду, упрямым. Он еще толком не встал на четвереньки, но уже попытался навести на меня револьвер. Сделаем скидку на то, что он все еще не пришел в себя, и, возможно, просто сработали рефлексы. Так что посланный в наемника разряд был очень слабым, правда, ему и этого хватило. Я уже хотел снова вернуться к прерванной беседе, но тут меня всего затрясло.
Блин! А вот это совсем не вовремя. Хоть смейся, хоть плачь, но меня вдруг посетил самый настоящий оргазм. Правда, без физиологических последствий, но накрыло неслабо, да так, что на мгновение потерял связь с реальностью. Похоже, Фа получила что ей нужно и невольно ретранслировала ощущения своего партнера мне. Чувство, конечно, приятное, но со специфическим душком. Если так будет каждый раз, когда Фа станет шалить с кем-то из своих новых знакомых, то перспективы меня совсем не радуют.
Как и предполагалось, Степа оказался не только скользким, но и шустрым. Впрочем, толку от его шустрости – я пока не встречал никого, кто смог бы убежать от кинетической печати.
Ну вот, из-за взбудораженных развлечениями Фа гормонов чуток перестарался. Влетевшая в спину бегуна кинетическая печать заставила его пролететь метра три и знатно так шмякнуться о барную стойку. Впрочем, зря беспокоился. Степа тут же попытался встать на карачки, а затем, перебирая руками по панелям стойки, подняться на ноги. Пока он изображал помятого паука, я спокойно подошел ближе и доверительно положил руку на его плечо:
– Степа, я так и не услышал твоего искреннего, а главное, благодарного согласия на мое щедрое предложение.
– Согласен, – прохрипел мой первый лично завербованный агент. – Я могу идти?
– Конечно, – покладисто кивнул я, но затем придержал уже рванувшегося к двери собеседника за шиворот и, быстро достав из кармана визитку, сунул ее в руку Степе. – Если вдруг поймешь, что за тобой следят странные незнакомцы, позвони. Поверь, тебе этот звонок нужнее, чем мне. Теперь вали, нам обоим здесь делать больше нечего.
Действительно, пора и честь знать, а все потому, что Фа уже покинула не только этот гадюшник, но и вообще ближайшие окрестности. Можно было бы, конечно, дождаться появления «крыши» этого заведения, чтобы потом не тащить за собой хвост проблем. Но проходить через все этапы, пока доберусь до старшего этого сектора, совсем не хотелось. Имелся способ попроще. Посмотрев вслед шустро выскочившему из бара Степе, я постучал костяшками пальцев по барной стойке:
– Алло, есть кто дома?
Местного обитателя видно не было, но один мой знакомый представитель этой же профессии говорил, что его коллеги рабочее место покидают только в случае большого пожара. В остальных, даже самых критических ситуациях, они остаются за надежной преградой, коей является барная стойка. Это, можно сказать, их раковина и место силы. Самые грамотные, работающие в стремных местах, умудряются еще и укреплять стойку изнутри металлическими листами.
Мое предположение оказалось верными, из недр стойки тут же появилась взъерошенная голова бармена.
– Еще раз здравствуйте, – вежливо произнес я, изобразив на лице соответствующую улыбку. – У нас тут произошло небольшое недоразумение, в основном по моей вине, поэтому я готов возместить ущерб.
Бармен особо из своего импровизированного ДОТа не высовывался, так что его глаза находились практически на уровне столешницы, на которую я и положил вторую визитную карточку.
Вот как оно получается. Когда Иваныч посоветовал обзавестись визитками, я лишь фыркал как лошадь – ну кому может понадобиться этот картон в наш цифровой век?! А теперь понимаю, что немного ошибался. На передачу информации потрачена секунда, и не нужно устраивать танцы с коннектом телефонов.
– Когда хозяин закончит с подсчетами убытков, пусть свяжется со мной. Только сразу предупредите его, чтобы не наглел. Иначе вообще ничего не получит. Вашей крыше скажи, что здесь побарагозил Назар Псих. Если будут какие-то предъявы, пусть звонит по этому же номеру. Все, я уехал. Всем «пис», – изобразив пальцами международной жест пацифистов, я вышел на улицу и тут же раздосадованно поморщился. Убегающая из бара публика умудрилась уронить мой байк. Очень надеюсь, что ничего не повредили.
К счастью, мой металлопластиковый скакун отделался парой мелких царапин. Я без проблем поднял его в вертикальное положение, затем нахлобучил на голову шлем, который был надежно закреплен на руле, и тут же рванул с места. Нужно поторопиться, потому что пассажиры вон той машины, перегородившей не очень-то широкий проход на улице-тоннеле, явно хотели задержать меня.
Желания разбираться с рядовыми быками по-прежнему не было. Так что я, не снижая скорости, подъехал к ставшей боком машине и активировал встроенные артефакты, заставив байк подпрыгнуть. Конечно, заполучить летающие чудо наподобие магокара инспектора у меня нет ни малейших шансов, но вот смастерить с помощью Бисквита такого прыгуна – задача не особо сложная.
Чиркнув по крыше мерса колесами, я мягко приземлился на дорогу и рванул к выходу в более обширный тоннель. Там уж простора значительно больше и заблокировать меня точно не получится. На всякий случай запустил мобильный щит позади себя и, как оказалось, правильно сделал – в него тут же угодили несколько пуль. Пришлось делать над собой усилие, чтобы отогнать жгучее желание прямо сейчас тормознуть, слезть с байка и вернуться к оборзевшим хуманам с палочкой в руках. Подобные порывы появлялись все чаще. Хорошо хоть постоянно имею дело с Порывом, в котором гонору хватит на трех польских королей. Поэтому прекрасно понимаю, что такой взгляд на жизнь может превратить меня в надменного урода. А ведь именно таких спесивых тварей я и ненавидел всю свою жизнь. Так что, погасив кровожадность, просто выжал до упора газ и вылетел на широкую улицу, ведущую к одному из ответвлений Серпантина.
Бесплатный фрагмент закончился.