– Стас, ты уже говорил с Артемом?
– Нет. Не могу я, Тоха. Не могу сказать.
Я не могу смириться с тем, что мой младший брат теперь инвалид. Я просто, мать вашу, не могу в это поверить. Так не должно было быть и конечно же, в этом виноват я.
– Рысь пришел в себя. Я думаю, лучше ты сам ему скажи. Он не в курсе пока ничего. Ни за себя, ни за Светку. В общем, ему надо правду знать. Не ребенок уже, чтоб за нос его водить. Сам все понимает. Шансы хоть есть?
Опускаю голову, нет там шансов. Никаких. Сейчас помощь Виктора бы не помешала, да вот только я не успел еще. Гордеев запросил огромную сумму за него. Я собираю деньги. Поднял старых должников, а теперь и Рысь сверху попеременно с Таськой подсыпают проблем.
Достаю конверт, протягиваю Тохе.
– На. На похороны Светки. Матери ее передай. Скажи, что Артем не виноват. Пусть его хоть не проклинает.
– Ага. Понял. Давай, на связи.
Открываю дверь палаты и сразу вижу Рыся. Трубка с воздухом в носу, поломанный весь, грудь и спина перебинтованы, костяшки сбиты, рука в гипсе. А я ведь матери его обещал, что присмотрю. Присмотрел, блядь.
Как мне Виктора не хватает, с ним было бы проще, хотя когда он выйдет, ему будет не до меня. Он будет искать тех, кто его подставил и уверен, найдет даже быстрее, чем я.
Тася просилась к Рысю столько раз, но я не пускаю. Не хочу, чтоб видела его в таком состоянии, потому что я сам не могу его таким видеть.
Артема оперировали лучшие хирурги шестнадцать часов подряд и ни хрена. Ничего не вышло. Осколки сломанного позвоночника задели нервы и шансов, как я понял, никаких.
Прохожу по палате и останавливаюсь у большого окна. Обычно мне легко с пострадавшими общаться. Они чужие люди, но брату я не могу я в глаза сказать такое. Просто не могу, потому что это сродни приговору.
– Привет, Артем.
– Привет! Чет ты долго. Я есть хочу – жуть! Что за больница такая, сказали после наркоза нельзя.
Мельком смотрю на него. Рысь усмехается, перебирает пальцами одеяло.
– Я принесу тебе поесть. Все будет.
– Тут это, я слышал, медсестры шептались, что я не встану. Ерунда какая-то, правда? Что-то напутали, видать, и где мой мотоцикл?! Он же подлежит восстановлению, там мелочь? Не дай бог царапина есть! Я того водителя кончу!
Бесплатный фрагмент закончился.