© Доктор Кауфман, 2023
ISBN 978-5-0060-8298-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Ближе к вечеру на пригород опустился туман. Сквозь дымку светило ещё довольно тёплое для середины сентября солнце, и с каждым глотком пива Раф ощущал прилив свободы, блаженно сознавая, что ему больше не придётся иметь дело с трупами. Срок контракта с экспертно-медицинским бюро закончился, и как бы парня не отговаривали, он со спокойно душой подал на увольнение. На горизонте маячил шикарный уик-энд.
На заднем сиденье «Приоры» Рафу было тесно, колени упирались в опущенную спинку пассажирского кресла, на котором вальяжно развалился Мишаня, а слева подпирал широкий, мускулистый Дима. Карина, симпатичная чернявая девушка, сидела у противоположного окна, скрестив ноги под длинной, до щиколоток, цветастой юбкой. Взгляд её был устремлён в даль, где в серой мгле чернели силуэты деревьев.
Девушка молчала, а на словесные потуги Рафа лишь уклончиво морщилась и пожимала плечами. Когда они только выехали с города и на скорости, с ветерком неслись по трассе, она была ещё в настроении – улыбалась, чаруя обрамлёнными тушью карими глазами, и, перекрикивая рёв движка, говорила о чём-то с сидевшей за рулём Лерой. Но как только машина свернула в поле, Карина помрачнела. Это выглядело так, будто её внезапно что-то встревожило. Парень, не желая казаться назойливым, открутил крышку с четвёртой за сегодня бутылки «Козела» и стал наслаждаться дорогой.
– Чё такие невесёлые? – спросил Миша, высунувшись из-за подголовника кресла.
Полуулыбка на его лице оголила выпирающие передние зубы, за которые в школьные годы он получил прозвище Бобёр. Карина не обратила на него никакого внимания. Дима, слово натурщик, сидел, расправив по-спортивному накаченные плечи, и задумчиво смотрел вникуда. Миша перевёл взгляд на Рафа, думая, что тот разделит с ним потребность в общении, но в этот момент Лера вдруг выжала тормоз. Машина резко остановилась и заглохла.
– Ты чего! – растерянно произнёс Миша после внезапной встряски.
Лера смотрела на дорогу. Рот её был приоткрыт, а в глазах отражалась тревога – произошло что-то нехорошее. Под любопытные взгляды друзей она отстегнула ремень, открыла дверь и вылезла из машины.
– Чё случилось-то? – спросил Миша, ничего не понимая.
Лера не ответила. Она обошла машину со стороны капота, заглянула под днище, а после огляделась по сторонам. Прижав кулачок к груди, она облегчённо вздохнула, потом, чуть постояв, запрыгнула обратно на водительское сиденье.
– Мне показалось, что я человека сбила, – сказала она. Фраза прозвучала на тяжёлом выдохе.
Миша был уверен, что никого не видел, но всё равно осмотрелся. Раф стряхивал с майки пиво. Одежда висела на его худощавом теле, как на вешалке, а невдетый в шлёвки край тряпичного ремня болтался едва ли не у самых колен.
– Дай сигареты, – сказала Лера и указала на бардачок.
Миша передал ей пачку «Парламента». Лера закурила. За три часа пути её русые волосы успели растрепаться. Посмотрев в зеркало заднего обзора, она пригладила их рукой и поправила задравшийся вверх чёрный топик.
– Мы правильно едем? – спросила она.
Раф сначала посмотрел на прикреплённый к приборной панели навигатор, а потом окинул взглядом местность. Не смотря на то, что туман был довольно густой, парень всё-равно неплохо сориентировался. Место было знакомо. Он был здесь со своим отцом пару дней назад, когда они ездили смотреть загородный дом. Слева – поле с полоской леса за ней, справа лесопосадка с редкими берёзами, а впереди намечающаяся густая чаща. В его памяти неплохо отложились детали ландшафта.
В это время Карина смотрела через заднее стекло. Там, в метрах двадцати от машины, виднелась человеческая фигура. Краем глаза девушка заметила, что Дима смотрит в ту же сторону. Лицо парня было застывшим, с приоткрытым ртом. Некто в чёрном одеянии, походившем то ли на балахон, то ли на плащ с капюшоном, стоял неподвижно. В тишине безлюдной местности это выглядело недобро. По телу Карины пробежали мурашки.
– Смотрите, – сказала она, – там кто-то есть.
– Где? – спросил Раф, приподнялся на сиденье и посмотрел на дорогу.
Карина отвернулась буквально на пару секунд. В этом момент Дима уже смотрел в сторону Миши и Леры.
– Кого ты там увидела? – переспросил Раф.
Карина снова перевела взгляд на дорогу, но чёрная фигура позади машины исчезла, словно её и не было вовсе. Девушка видела только уходящую во мглу грунтовку, поросшую по краям выцветавшей сорной травой.
– Раф, – позвал Миша своего друга, – прямо, что ль? Там, вроде, какой-то поворот есть.
– Не, не… прямо давайте, – ответил тот.
– Ты уверен? – вопрос Леры прозвучал с таким же, как и у Миши, скепсисом в голосе.
Впереди ровная обкатанная дорога поворачивала влево, вдоль поля, а там, куда Лере указывали ехать, путь зарастал травой.
– Да не парься, – хмельным голосом сказал Раф, – я ж говорил, мы с отцом уже проезжали здесь. Прямо гоните. Тут километра два осталось, не больше.
– Ты Сусанин, блин, – Лера повернула ключ в замке зажигания.
Двигатель заработал только со второго оборота. Машина, не спеша, покатила вперёд.
– Может не поедем, – подала голос Карина, – чё-то мне здесь не очень нравится.
– Зай, ты чего? – заботливым голосом сказала Лера, приподняв голову и посмотрев на отражение подруги в зеркале заднего обзора, – уже четыре часа едем. Мы в город только к полуночи вернёмся. Почти добрались уже.
Последнюю фразу она произнесла неуверенно, так как трава впереди становилась гуще и начинала шуршать об днище машины. Закрадывались подозрения, что Раф что-то напутал и дальше будет не проехать.
Не став спорить, Карина высунула локоть в открытое окно, запрокинула голову и устремила взгляд в небо. Приближались сумерки.
– Знаешь самый короткий фильм ужасов? – повернувшись к ней, сказал Миша с явным намерением хоть немного развеселить девушку, – типа чуваки едут в заброшенный дом, а один из них говорит, мол, может не поедем. А другие такие – а давай не поедем, – парень задорно махнул рукой.
Миша говорил это с весёлым выражением лица. Карина же даже не улыбнулась, только покосилась на парня надменным взглядом, точно таким же, каким награждала его все те редкие разы, что им уже довелось увидеться.
Густой лес обступил то, что Раф называл дорогой. Впереди показалась лощина глубиной в несколько метров. Лера остановила машину возле спуска и подняла ручник.
– Ра-аф, – позвала она, – ты нас куда завёл?
– Да нормально всё, едь дальше, – заносчиво горланил он.
– Чё нормально! – полусмеясь, Лера едва не срывалась на крик, – ты посмотри, тут кювет, блин!
Раф наклонился вперёд.
– Да мы с батей здесь проезжали, – хмельной голос его звучал уверенно, – тут норм дорога.
– Ага, норм, – пробубнила Лера и осторожно покатила с горки.
Каждый пройденный метр «Приоре» давался с трудом. Когда дорога пошла вверх, двигатель нездорово заревел, с усилием беря высоту. В этот момент Лера заподозрила неладное, но Миша понял в чём дело раньше, чем она.
– Ты с ручника сними, – сказал он и опустил рычаг.
Высвободившись от ручного тормоза, «Приора» рванула в горку так, будто хотела взлететь. Подскочила, затем приземлилась и снова заглохла. Трое сидевших сзади на секунду подпрыгнули.
– Дура, я задницей ударилась! – взвыла Карина, выразив первую за несколько часов эмоцию.
Сидя с краю, она стукнулась тазом о край двери, от боли перехватило дыхание.
– Чё я-то сразу, – сквозь звонкий смех сказала Лера и указала на Мишу, – ты ему скажи.
Пиво пенистой жижей текло по уголкам рта и подбородку Рафа, на белой майке темнело здоровенное влажное пятно. Увидев это, Лера засмеялась ещё громче.
– Вы охренели что ль! – воскликнул Раф, – чё ты ржёшь!
Проглотив смешинку, Лера начала вертеть ключ в замке зажигания. Двигатель заработал с большой неохотой. Было ощущение, что он тоже немного подустал. Взятая в дорогу сменная одежда лежала в багажнике, и Рафу пришлось весь оставшийся путь сидеть в пахнущей ячменным напитком футболке.
Некоторое время спустя из-за леса выглянула опушка. На ней огороженный ровным деревянным заборчиком стоял одноэтажный дощатый дом с верандой – не халупа, но и не коттедж – добротное загородное жилище. Справа от него стоял покосившийся сарай, от которого к треугольной, покрытой железом крыше дома тянулся электрический провод.
Лера остановила машину возле калитки. Когда двигатель затих, до слуха донеслась мирная трель сверчков. Начинало смеркаться, и силуэты деревьев в густом тумане приобретали ещё более мрачный оттенок. В каждой травинке здесь ощущалась оторванная от цивилизации, тихая, умиротворённая глухомань.
– Приехали! – феерически произнёс Раф и вынул из кармана связку ключей.
Карина никак не хотела покидать машину, и все попытки поднять ей настроение оказались тщетными. Оставив девушку наедине с собой, остальные принялись разгружать вещи. Багажник был завален под завязку, они планировали осесть здесь не на один день.
– Что это? – удивлённо спросила Лера, увидев десятилитровую канистру подле набитых снедью пакетов.
– Бензин, – ответил Раф.
Он переоделся в однотонную чёрную футболку, а ту, что была облита пивом, бросил на заднее сиденье. Лера начала доставать продукты и передавать их Мише и Диме. В одном из пакетов звякнули бутылки.
– Осторожно, там вискарь, – пояснила она.
Раф усилием одной руки вынул из багажника канистру. Казалось, она весила больше, чем он, креня парня на правое плечо.
– Мишань, – позвал Раф своего друга, – когда продукты отнесёшь, приходи в сарай. Лады?
Тот молча кивнул и направился к дому. Следом шёл Дима. В чёрной борцовке и с пакетами наперевес он имел внушительный вид культуриста, а стрижка под машинку выдавала в нём паренька с окраин. Миша доставал ему до плеча, тоже крепкий, но чуть уже в плечах и с намечающимся под футболкой брюшком.
Тем временем Раф, сунув одну руку в карман джинсов, а во второй покачивая канистрой, горбясь, захилял к сараю.
Один из ключей подошёл к амбарному замку, висевшему на ржавых петлях. Дверь открылась с жутким лязгом, внутри царил полумрак и витал характерный для старых сараев гниловатый древесный запах. Найдя на полке с инструментами фонарик, Раф направил луч света в дальний угол. Там, на земляном полу, рядом с садовыми инструментами и прочим барахлом, стоял переносной генератор «Хитачи», который они привезли сюда вместе с отцом. Своим видом устройство внушало уважение. Парень поставил рядом с ним канистру и принялся разглядывать агрегат.
В это время в сарай вошёл Миша.
– Чё там? – спросил он.
Раф передал ему фонарик, открутил крышку бака и принялся объяснять, навеселе помахивая руками:
– Короче, расклад такой. Я всё посчитал, заливаем полный бак, потом где-то часа через три-четыре доливаем ещё и там до утра, – поставив ногу на генератор, он пояснил, – японский бренд, система «Ниппель».
– На, держи, – Миша вручил ему фонарь обратно. Чувствуя, что друг его уже налудился, он решил сделать всё сам. Открутил канистру, наполнил всклень пятилитровый бак и, сидя на корточках перед генератором, спросил: – как его заводить?
Раф наклонился и с рывка дёрнул рукоятку стартера. Это не принесло никаких результатов. Парень повторил попытку, и снова ничего не произошло.
– Та-ак, чё-то с ним не то, – протянул он и почесал затылок. Потом тоже опустился на корточки и принялся что-то искать, водя светом фонаря по генератору.
– Слушай, а она всегда такая? – вдруг спросил Миша.
– Кто? Ты про Каринку что ль?
– Да. Гружёная, ни с кем не общается.
– Да нее. Нормальная она. Просто у неё время от времени депрессники случаются.
– А ты с ней замутить не пробовал?
– Ну так… нет, – Раф улыбнулся, продолжая вглядываться в генератор, – здесь где-то штукенция должна быть.
Он сунул руку под бак, что-то нарыскал, и в тишине послышался щелчок.
– Вот они куда крантик запрятали, – сказал Раф и посмотрел на дверь сарая.
В проёме стоял Дима. Увидев на стене длинный топор, висевший на двух ржавых гвоздиках, он снял его, посмотрел на Рафа и спросил:
– А лента есть какая-нибудь, намотать?
– На стеллаже посмотри, – сказал тот, – а чё ты собрался делать?
– Да дровишки нарубить надо.
Дима нашёл на полке катушку изоленты и стал обматывать ей сначала обух, а затем древко. Встав на ноги, Раф снова дёрнул рукоятку стартера и влетел спиной в полки инструментами. Дряхлый стеллаж сотрясся, но всё же выстоял. Генератор заработал поршнями, запахло топливом и на потолке зажглась лампочка.
– Опа, – сказал Дима, посмотрев куда-то вниз. Отложив топор, он поднял с земляного пола старую бензопилу со ржавыми зубчиками, – смотри-ка чё, советская, «Дружба». Может пилу заправим. Чё я с этим топором возиться буду.
Два его друга многозначительно переглянулись. Раф опустил голову и затрещал в беззвучном смехе. А Миша, поднявшись с корточек, коснулся рукой плеча Димы и сказал:
– Это… завязывай. Топориком нормально. Вон там возле веранды пенёк стоит. Если чё, позовёшь, я помогу.
– Ну ладно, – Дима закинул топор на плечо, чуть не задев Мишу.
– И аккуратней, не рубани там никого.
Бесплатный фрагмент закончился.