Но я вижу печаль в глазах Снара. Она мне знакома. Снар в первый раз съел любимую бабу? – Чего? – вырвалось у меня. От неожиданности ничего восточно-витиеватого в голову не пришло. Рренг озадаченно уставился на меня. – Странно ты сказал, – произнес он. – Так, будто в твоем племени не едят баб. Я хотел было сказать, что в моем племени чаще бывает наоборот, из-за чего порой мужики не выдерживают, плюют на семейную жизнь и уходят куда подальше. Например, в другие миры. Но сказал другое: – А… их нужно есть? – Что еще с ними делать? – пожал плечами Рренг. – Даже лучшие из них часто становятся непослушными. И когда тебе надоест ее бить, лучше такую бабу про
Припрутся сюда всем обширным семейством, как нормальные люди моего мира в кинотеатр, и пялятся на стены замка. А потом спокойно расползаются обратно по щелям…
ливую бабу? Тогда приходится ее есть, а от этого иногда бывает грустно
— Человек прохожий, обшит кожей, — ответил я, широко улыбнувшись. — Откуда иду — там уже забыли, а сюда пришел — ни за что закрыли.