Наверное, это нас, сломленных и отчаявшихся в первые мгновения этого хаоса, и спасло – знать, что есть кто-то, кто тебя понимает, кто тебя поддержит. Это нельзя было пережить, перебороть в одиночестве – и мы нашли друг друга, отдушину и зеркало наших собственных страхов и старых душевных язв.
Город даже не был оставлен. Город вымер. И теперь застыл во времени с часа ужасной катастрофы. Как и °22-1-20-21-14, где все началось для меня и "Горгоны". Как и °15-10-12-1, столица Северных земель. Как и десятки, сотни, а то и тысячи других городов. Как целая жизнь.
Хриплый шепот и запах табака. "Штефани, рассвет близко… Слышишь меня, Шайер? Это уйдет, всё уйдет. Но я буду рядом. И мы еще поборемся. Вместе. Плечом к плечу. Найди в себе силы, Шайер, я знаю, они в тебе есть. Рассвет близко. Ливень почти закончился. Я с тобой, Штеф. Я рядом".
Кристофер всегда повторял, что патроны конечны, и " когда порох закончится, на его смену придет сталь ".
Сэм хотел лишь переждать бурю, а я хотела научиться с этой бурей бороться. Уже под утро, когда начал утихать дождь, я провалилась в сон, и виделись мне правительственные казематы, охваченные огнем города и едкий черный дым, пожирающий догорающее алое солнце.
В пекле самой темной ночи, в реках крови и огня. Кто стал горгоновцем однажды, тот им остался до конца.
Что заставляло меня двигаться дальше? Что я делала? Во что верила? Верила ли вообще во что-то?.. Но единственное, что я точно понимала, было холодное и скупое желание жить. Я не сдамся. Поднимись и сражайся? Что ж, тогда мы сразимся. Через кровь прямо в огонь? Тогда я сама его разожгу.
– На данный момент меня заботит другой неразрешимый вопрос. Буду выбирать между желанием сдохнуть прямо сейчас или жить вечно
Я уснула очень быстро, не чувствуя ни ног, ни рук. Провалилась в глубокий сон, и всю ночь мне снились тренировки, элементы, удары. Всю ночь я бежала по длинным коридорам резиденции, ведомая кровавым следом на зеленом бархате стен. И внутри этих стен, под толщами пыли, под кипами бумаг и документов, укутанные чужими голосами, порохом и табаком, ползли серебристые змеи, сотканные из звездной пыли, горьких слез и неукротимой воли.
Самые тяжелые сны – не ужасные кошмары, заставляющие подорваться среди ночи и искать спасения в свете, а счастливые воспоминания, которые ты не в силах вернуть. Именно после последних просыпаться не хочется.