Это незаконченная книга, которую автор пишет прямо сейчас, выкладывая новые части или главы по мере их завершения.
Книгу нельзя скачать файлом, но можно читать в нашем приложении или онлайн на сайте. Подробнее.
Предупреждения:
Затрагивается тема домашнего насилия, подробно описанные сцены жестокости и могут присутствовать триггеры: потеря близкого человека, эмоциональные качели и агрессия. Автор не пропагандирует и не поощряет жестокость, а старается призвать жертв, столкнувшихся с этой проблемой, обратиться за помощью. Говорить, защищаться и бороться.
***
Посвящается представителям сильного пола.
Женщинам.
***
Playlist:
Taylor Swift – Cardigan.
Lana Del Rey – Chemtrails over the country club
Lana Del Rey – Born to Die
Rita Ora – Poison
J-Hope – Blue side
Вика Коробкова – Забыла разлюбить.
RAYE – Escapism
Jungkook – My you
Аделаида
Некоторые мужчины недостойны зваться мужчинами. Я бы назвала их просто мусором. Прежде чем осуждать меня за эти слова, приведу аргумент. Мой брак: синяки и шрамы от побоев на моем теле – тому свидетели. Второй аргумент: историй, подобных моей, – тысячи.
Сегодня утром Фернандо едва не увидел синяк на моем запястье. Скоро лето, и находить оправдания тому, что я хожу в утепленной одежде, становится всё труднее.
– Аделаида! – раздается глубокий голос с сильным испанским акцентом. – Ты там долго?! Мы не можем больше заставлять мистера Лукаса так долго ждать!
– Ты не можешь. А вот я – вполне, – раздраженно отвечаю я и возвращаю внимание к печенью. – Скажи ему, чтобы катился к черту, – недовольно бормочу я. Упрямство не позволяет готовить второпях. Вытираю сгибом локтя влажный лоб и снова начинаю украшать верх лакомства. Критически оглядываю его и меняю местами фигурки из яблок. От усердия кончик языка касается верхней губы.
Выходит действительно неплохо, как выражается мой наставник: “perfecto”.
– Abuelita! – крикнул возмущенно Фернандо и забежал на кухню поросячьей походкой, протирая влажную ладонь о фартук. – Клиент ждет!
Я хихикаю. Как некрасиво с его стороны называть меня так.
– Хочет вкусно и красиво? – спокойно спрашиваю я, хотя внутри начинает бурлить раздражение вперемешку с усталостью. Вчерашний вечер выдался паршивым. Александру не понравилось, что я задержалась на работе, и он обвинил меня в том, что я была в компании мужчин. Хотя на деле я развлекалась в компании яичных желтков и сахара.
Главный кондитер и по совместительству владелец этого замечательного заведения вытер руки о свой массивный живот, обтянутый фартуком, и важно кивнул.
– Тогда пусть ждет, – невозмутимо отвернулась я к раковине, с особой тщательностью помывая руки.
– Адди! – возмущается он. Я закатываю глаза в очередной раз и меняю температуру духовки.
– Как будто ты сам не знаешь, сколько готовятся эти печенья. Он же не хочет получить запор.
Клиенту нравится конечный результат когда я все довожу до совершенства. Мне кажется, красивый вид изделий – одна из главных причин, почему у нас так много постоянных клиентов. Однако Фернандо убежден, что это все потому, что у него невероятная харизма.
– Por Dios! За* работу! Если он это услышит…
Устало выдыхаю и пропускаю мимо ушей его словесный поток о том, как этот инвестор для него важен. Меня полностью захватывает приготовление начинки. Фернандо снова что-то тарахтит на испанском.
За что я его люблю, так это за его немногословность. И спокойствие, разумеется.
– Как думаешь, если я спрячу тонкую иголку в печенье, он перестанет вести себя как заносчивая скотина?
Внезапно настроение начальства меняется. Он хохочет и заглядывает через мое плечо. Это даже не вызывает удивления – привыкла. В одну секунду он словно тайфун, в другую – солнечная погода. И мне это в нем нравится: искренность, честность, прямолинейность.
– На месте Лукаса я бы был вежлив с теми, кто готовит и подает мне еду, – его интонация насмешливо-удивленная.
– Признаюсь, я уже второй год думаю, не накапать ли ему слабительного, – мило отвечаю я, не поворачивая головы.
Слышу аханье, и смех прорывается из моей груди. Фернандо на шестнадцать лет старше меня, но наивен как малое дитя.
Смотрю на время и нервно сглатываю ком.
Я снова опоздаю.
Сквозь плотную броню прорываются воспоминания о том, что случилось, когда я в последний раз пришла поздно. Закрываю глаза и глубоко вдыхаю. Плевать на Александра, мне моя работа важнее. Пытаюсь хоть на время отключить эмоции. К счастью, вновь слышу скрипучий голос шефа и покорно возвращаюсь к работе.
Спустя два часа, довольная результатом, отдаю в полноватые ладони Фернандо украшенную коробку с печеньем. Со слабой, но удовлетворенной улыбкой провожаю его взглядом. Несмотря на недовольный и колючий взгляд Лукаса, ему не удается скрыть блеск радости от приготовленной сладости.
Посылаю ему одну из своих лучших ухмылок и быстро отворачиваюсь, едва сдерживая хохот. Вид его растерянности стоило запечатлеть на камеру. Оставшееся время проходит в спокойствии. Бурный поток работы уносит меня в сладкое, но краткосрочное забытие.
– Фернандо! – мой оклик не находит ответа. Уже закрытие ресторана, но он, как всегда, не спешит уходить. Ищу его по всему заведению и нахожу в зале гостей, сосредоточенно читающего какую-то… щурю глаза… бумагу?
– Фернандо? – подхожу ближе и подглядываю через его плечо. Текст не трудно разобрать, если чуть сосредоточиться, но едва увидев текст, он дергает бумагу в сторону. Фернандо смотрит на меня округлившимися глазами, заставляя напрячься. Он продолжает молчать, несмотря на наши переглядывания. В моих глазах – беспокойство, в его – страх.
– В чем дело? В горле пересыхает, но я заставляю себя выдавить:
– Налоговая?
Он качает головой. Я вооружаюсь новыми догадками.
– Мистер Лукас почил?
Фернандо хватается за сердце и приоткрывает рот в попытке вдохнуть. Снова качает головой. Я облегченно выдыхаю, хотя часть меня удовлетворяется мыслью о противоположном исходе. Даю себе мысленную пощечину.
– У нас завелись тараканы?
Полный абсурд. С моей-то скрупулезностью на кухне это невозможно. Увидев, что Фернандо не собирается реагировать, моё терпение лопается, как мыльный пузырь. Я хватаю из его рук злосчастную бумажку, едва не порвав её. Несколько секунд мои глаза пробегают по строчкам, но едва я дохожу до конца, сердце делает маленький кульбит.
ПИСЬМО С ПРИГЛАШЕНИЕМ.
"Добрый вечер, мистер Фернандо!
Хотим поблагодарить вас за вклад в разнообразие вкусов и рецептов “Сладкой жизни” и приглашаем вас и вашего главного кондитера провести мастер-класс в Лондонском университете кулинарии “Le Cordon Bleu”.
Искренне, Элаиза Джонсон."
– Элаиза? – это имя мне кажется знакомым… – Разве, это не ваша подруга?
Рука с приглашением медленно опускается, и хочется попрыгать от радости и прокричать Фернандо, что это просто потрясающая новость! Но от нахлынувшего шока, получается только выдавить хрип и полу вздох. Мужчина реагирует первым.
– Адди! Mi amor!* Это просто fantastico!*
Его руки обхватывают мои плечи и трясут. Вернее сказать, вытряхивают из меня душу. Темные, длинные пряди волос освобождаются от пучка и, нет, не спадают красиво на спину, а безвольно обвисают и торчат в разные стороны. Затем он крепко обнимает меня до скрипа ребер и наконец отпускает, дав волю поросячьему визгу восторга.
– Давай присядем, – он не предлагает, а с силой тянет меня к стулу, заставяя мою задницу приклеиться намертво к деревянной поверхности. Фернандо по-маньячному улыбается, обнажая все тридцать зубов, четыре из которых – чистое золото.
– Моя девочка, я надеюсь, ты будешь участвовать? – с жалостливой ноткой спрашивает он.
Я уже готова сказать ему твердое "да", как синяк на запястье начинает покалывать. Глупо приоткрываю рот, но сдерживаюсь. Этот ответ может изменить многое. Жалко упускать такую возможность… От Фернандо не ускользает, как я напрягаюсь и съеживаюсь в один маленький комок. Внимательность шефа – то, с чем я была не готова столкнуться. Он грустно качает головой и успокаивающе сжимает мое предплечье. Едва сдерживаюсь от шипения и непроизвольно дергаюсь.
Фернандо не нужно ничего объяснять; он, к сожалению, понимает.
– Моя девочка…
Зажмуриваюсь в надежде, что эти непрошенные слезы пройдут, но делаю лишь хуже. Целый день держалась особняком и вроде как получалось скрыть свое состояние, но боль коварно выползла наружу, и больше не сдерживается. Накрывает с головой. Горькая обида стучит молотком по груди. Опускаю голову на надежное, широкое плечо Фернандо и, наконец, всхлипываю.
Даю волю чувствам.
– Mi amor, может, я чем-то могу помочь? – ласково спрашивает Фернандо.
Медленно качаю головой.
Слезы капают ему на белую футболку непрерывным потоком. Чувствую, как меня гладят по голове, перебирают волосы. Как давно я не говорила о происходящем? Сколько терплю? И самый главный вопрос: когда это закончится? Желание кричать, выть, взрывается внутри петардами, но разумеется, вслух я ничего не произношу.
Снова.
Как же я хочу остаться в этом мгновении навсегда. Знать, что дома никто не ждет. Не будет упрекать, не будет шантажировать. Человек который должен был меня защищать, теперь представляет для меня наибольшую угрозу.
Хочу запомнить этот момент. Запах кофейни, сладкой выпечки, кофе и человек, с которым можно поговорить обо всем, не произнося ни одного слова. Свободно радоваться, что мы наконец сможем прорекламировать нашу кондитерскую всей Англии.
Проходит несколько минут, Фернандо опускает рядом вкусный и ароматный чай. Отхлебываю глоток и шиплю. Кипяток. Начальник выжидающе смотрит на меня. Я поднимаю красные глаза и улыбаюсь. Надеюсь, что он замечает в них проблеск благодарности. Её больше, чем он может себе представить.
Между нами сложились крепкие, почти родительские отношения. Сколько себя помню, двери заведения "Сладкий Фернандо" всегда были для меня открыты. Задумчиво перевожу взгляд на входную дверь, и перед глазами проносятся мои подростковые годы. Вот, я захожу с нетерпением увидеть маму после пар. Вспоминаю, как проходила у него курсы кондитера. Следом проносится воспоминание с выпускного, как я с блестящими глазами смотрю на большую кухню Фернандо и предвкушаю как начну работать здесь.
Тихая печаль от ушедших воспоминаний окутывает сердце. Как жаль, что мы так рано повзрослели. Всё это уже в прошлом.
– Mi caro, ты же знаешь, что можешь мне рассказать, – ободряюще похлопывает меня по руке он. – Я больше не могу закрывать на это глаза.