В квартире было шумно. Хозяйка с подругами собрали внеочередной девичник. Встреча получилась спонтанно по инициативе Ларисы. Одноклассница Елены, киевская актриса Лариса Самойленко приехала в родной город на три дня и предложила организовать девичник. Традиционно девичник устраивали в первое воскресенье сентября, но нынче Лариса приехать не сможет. Она сама обзвонила подружек, все пришли, хотя одна обременена детьми, вторая в положении, у третьей семья. Традицию девичников положила встреча одноклассниц через год после выпускного бала. Собрались у Елены во дворе, под старым абрикосом, тогда она жила еще на Калинина, в своем доме. Пришли студенты, на каникулах оказавшиеся в родном городе, кто продолжили учёбу в Феодосии, или устроились работать. Вспоминали школу, рассказывали, как дается учеба, говорили о мальчишках, кто-то делился любовными увлечениями. Пришли чуть ли не все девчонки из класса. С годами число встречавшихся сокращалось, третий год на новую квартиру к Елене приходили одни и те же пять человек.
Мама Елены помогла накрыть стол и ушла к приятельнице, оставив девчонок одних посекретничать и поболтать, не стесняясь её.
Лариса играла в модном Киевском молодежном театре. Красавица еще в школе блистала актерскими способностями, играла в драмкружке городского Дома культуры, поклонники увивались за ней толпами. В театральное поступила с первой попытки. Несмотря на успех у мужчин, замуж не торопилась. Заводила в классе, её и после школы постоянно переполняли всевозможные идеи. Марина Хворостова оставила дома двухлетних близнецов, чтобы повидать Ларису и Женю Куксенко, специально приехавшую из Симферополя. Марина отучилась в Феодосийском педагогическом три года, вышла замуж, родила двойню, и теперь никак не соберется продолжить учебу на заочном отделении в Симферополе. Женя в школе отличалась математическими способностями и поступила в политех. Вышла замуж за технолога объединения «Фотон» и после института устроилась тоже на завод, в цех, где раньше собирали телевизоры, а теперь перебивались редкими заказами для оборонки. Сейчас собиралась стать мамой. До родов еще четыре месяца и муж отпустил одну в Феодосию. Приехала на своих «Жигулях». Даша Воробьева с Еленой окончили Симферопольский Университет, их взяли преподавателями в школу, которую окончили. Елена и сейчас работает, а Дашу отец, плавно перешедший из Феодосийского горкома партии в городскую администрацию, через год устроил на теплое местечко в туристическом агентстве. Даша сделала карьеру и процветает. Помогла Елене устроиться гидом – переводчиком в курортный сезон в агентство. Подруги встречались ежедневно. Меньше всех успехами во взрослой жизни, по идее, могла похвастать Рита Травина. После школы никуда не поступала, а нашла свое место в торговом бизнесе и устроилась лучше всех. Начала с продавщицы в киоске, моталась за товарами в Симферополь и Одессу, позже в Турцию и Польшу. И уже не стояла за прилавком. Теперь имеет свой магазин, держит пятерых реализаторов на обоих городских рынках, которые торгуют её товарами. Купила трехкомнатную квартиру на Крымской и подыскивает вариант, чтобы перебраться ближе к морю.
Семь лет минули после окончания школы, а шесть подружек продолжали дружить, поддерживать друг дружку, семьями отмечать праздники, выезжать на пикники. Несколько в стороне от других в последние годы оказались Лариса и Елена, так и не вышедшие замуж. На традиционный девичник раз в год собирались без мужей, и здесь Лариса с Леной не чувствовали себя обделенными.
Женщины успели поделиться новостями из личной жизни, промыть косточки общим знакомым, похвастать детишками, дать рекомендации будущим мамам, когда в дверь позвонили.
– Наши все дома, – сказала Лариса.
– Мама, что-нибудь забыла. Уйдет сейчас, – успокоила подруг Елена и пошла открывать.
Увидев Игоря с букетом и тортом в руках, очень удивилась. Несколько секунд не в силах была открыть рот.
– Вы? Кто вас звал?
– Я не вовремя? Слышу у вас гости, – произнес Игорь. – Мне уйти?
В коридор выглянула Даша и вернулась в гостиную.
– Не знаю, – произнесла смущенно. – Заходите, раз пришли. Вас уже увидели. – Приняла букет и направилась на кухню, но вернулась в прихожую к Игорю и прошептала: – Убедительно прошу, ни слова о ночном происшествии в «Астории». – Взяла Игоря за руку и привела в гостиную.
– Девчонки, знакомьтесь, Игорь. Бизнесмен из Петербурга. – Достала из серванта вазу для цветов и вернулась на кухню, оставив Игоря одного со своими подругами.
– Садитесь, и не бойтесь, что нас много, – взялась за гостя Лариса. – Небольшой девичник бывших одноклассниц. Вас зовут Игорь, Лена представила. Я Лариса, – и она представила остальных.
– Извините, сударыни, не знал, что у вас мероприятие. Понимаю, полагалось бы позвонить предварительно, предупредить, но так получилось.
– Извиняем, – сказала Даша и пошла на кухню в поисках еще одного стула.
– Игорь, на минутку, пожалуйста, – позвала она из кухни. Игорь вышел на кухню, Елена ставила в вазу розы, а Даша попросила переставить на пол кадушку с фикусом, освободить табурет. Она забрала у Лены вазу с цветами и вернулась в гостиную.
Оставшись с Еленой, Игорь тихо проговорил:
– Извините. Очень хотел вас увидеть!
– Зачем? – перебила Елена. – Не приглашала.
– Понимаю, незваный гость хуже… сами знаете кого, но не мог не увидеть вас, не извиниться. – Лена молчала. – Мне уйти?
– Чтобы поставить меня в более неловкое положение? Пойдемте в гостиную. Не знаю, как вас представить.
Она вытерла табурет и вместе с Игорем вернулась в гостиную. Ему передвинула свой стул, сама села на принесенный табурет, так и не придумав, как объяснить его появление. Игорь нашелся сам.
– В ваш город я приехал по делам. Неожиданно потребовалось перевести небольшой документ с немецкого. В гостинице мне представили Елену. Она и выручила.
– Я привела немецких туристов и собиралась отчалить, а тут дежурная: помоги гостю.
– Собирался заплатить – отказалась, а я не привык быть не благодарным, узнал адрес и пришел, – складно соврал он. – Вижу, помешал.
У Елены отлегло от сердца. Гость нашел великолепный выход из положения. Поверят ли девчонки?
– Посидите с нами, торт попробуете феодосийский, раз принесли. Кто-то рекомендовал вам наш самый лучший. Не пробовали? – заговорила Рита. – Расскажите, что нового в Питере?
– Нового? – переспросил Игорь. – Не знаю. Все на своих местах, готовимся отметить очередной трехсот какой-то юбилей города, хотя до него еще далеко. Старого в городе больше.
– Рита имела в виду, что носят, смотрят, читают? – поддержала подругу Лариса.
– Носят то же, что в Киеве или вечером на вашей прекрасной набережной. Читают Донцову и Пауло Коэльо. В кино не был несколько лет, в театрах в основном мюзиклы, классические пьесы перелицованы наизнанку так, что автор не узнал бы свое творение. Режиссеры изгаляются, чем бы еще удивить зрителя. Даже такие серьезные театры как БДТ и Александринка пытаются веселить и развлекать зрителя. Я поклонник психологического театра, так что ничего рассказать вам не могу.
– Тенденция времени, веселить зрителя, не нагружать проблемами. И в Киеве, и в Москве та же картина, – согласилась Лариса.
– Ленка, ты что молчишь, к тебе гость пришел, не предложишь нечего, – заметила Даша.
– Не рада великолепному букету?
– Все так внезапно, – промямлила, все еще не пришедшая в себя от неожиданности, Елена.
– Раз в год собрались…
Игорь встал.
– Извините, пожалуйста, еще раз. Я пойду. Не буду разрушать вашу компанию.
– Нет, нет! Оставайтесь! – закричала Лариса. – Разбавите нашу компанию мужским началом, внесете новую струю. Мы успели обо всем переговорить. Лена, фужер достань. Что как сонная!
– Я за рулем. Мне нельзя.
– Какие на ночь поездки? Попробуете нашего домашнего феодосийского вина.
Елена принесла еще фужер, Лариса, опередив Игоря, разлила всем.
– За знакомство!
– Немного о себе, расскажите, что привело в наш город, как понравилась Феодосия? – спросила Рита.
– Тебе бы, Ритка, корреспондентом, интервью брать, вопросы задавать, а подалась в торговлю, – вступила в разговор, молчавшая Марина.
– Выпьем вначале!
– Приехал в командировку по служебным делам, уже сказал. В торговый порт. Живу в Питере, знаете. 32 года. Не женат. Вдов. Город ваш понравился. Что еще сказать, право, не знаю.
– Жаль, что в командировку только. Мы бы вас женили. У нас в городе катастрофически не хватает женихов, – не отставала Лариса, положившая глаз на Игоря.
– Все приезжие клянутся, что не женаты и носят кольцо на левой руке, – сказала Даша.
– Вы просили, представится, я рассказал, а верить мне или нет, ваше дело.
– Лариса у нас не замужем. Между прочим, ведущая актриса Киевского молодежного театра. Здесь у нее квартира, и в Киеве, – подколола подругу Марина.
– Вы меня сватаете? Елена тоже одна, – заметила Лариса. – Она привела Игоря.
– Никто меня не приводил. Сам пришел.
– Игорь, удивите тостом, – предложила Рита.
– Я похож на фокусника, чтобы удивлять?
– Правда, Игорь, мы уже исчерпали все свои тосты. Объявите, – предложила Лариса.
– Вообще, я не мастак на тосты. Южане больше в них искусны. Но, как пел Высоцкий, без тоста не праздник, а пьянка. Тогда, слушайте, – он поднял бокал, посмотрел, у всех ли налито.
– Тост. Чтобы наc судьба всегда благословила, и чаще радости дарила! Как мне сегодня подфартило.
– Выпьем! – объявила Рита.
– Вы не поэт? Стихами говорите, – удивилась Даша.
Лариса взяла гитару и запела, девочки подтянули ей.
Послушали Ларису, затем гитару попросил Игорь и запел «Сегодня все мы собрались». Приятный голос гостя понравился, подруги подтянули.
Лена заметила, он постоянно искал её глазами, словно пел для неё одной. «А он ничего! – подумала. – Девчонки уже растаяли… Неужели произвела впечатление, ради меня вернулся? Нашел!»
– А романсы какие-нибудь поете? – спросила Лариса.
– Утро туманное, – объявил Игорь и запел. Лариса подтянула. Затем присоединились и другие гости.
Девчонки балдели, Игорь все больше нравился им. Лариса и Рита наперебой просили Игоря спеть одно, второе. Хором спели «Погоду в доме». Новые песни, что крутят по ТВ, не предназначены для домашнего музицирования, а потому пели старые, что знали еще их родители.
Первой к своим близнецам ушла Марина, затем Даша, пошептавшись с Леной. Последними ушли Рита с Ларисой, взяв обещание, что в следующий приезд в Феодосию, Игорь найдет Елену, и они все соберутся, послушают его. Лариса пригласила к себе в театр, когда будет в Киеве. Женя позвонила в Симферополь мужу, и ушла в спальню, осталась ночевать у Елены.
Подруги разошлись, до прихода мамы осталось время, и Елена могла поговорить с Игорем.
– Мы одни. Зачем пришли? Не нашли подружку в Ялте?
– Не искал. После встречи с тобой никого не хочу видеть.
– Не сочиняйте. Я разрешила перейти на «ты»?
– Ты против?
Елена так сконфузилась его приходом, что и после ухода подруг, всё еще не пришла в себя. Лихорадочно соображала, что ответить.
– Не знаю. Все так неожиданно. Собрались с девчонками, в кое веки удается поболтать по душам, поделиться сокровенным, и вваливаетесь. Да еще с букетом и тортом. Словно жених. Шампанского для полноты портрета не хватило. Девчонки так и поняли, завтра телефон оборвут, кто вы и что вы.
– Исправить? Сбегаю за шампанским.
– Спасибо. Мама сейчас придет.
– Может, все же сбегаю? Не знаю, поверишь ли. Все дни только о тебе думал. Вспоминал приглашение. «Если окажется свободное время и желание, может, вечером погуляем по набережной, продолжим разговор». В ту минуту я был не безразличен. Искренне желала познакомиться, а я схамил. Как потаскушку позвал с собой. Извини, нет мне прощения.
Елена улыбнулась.
– Потеряла контроль, растаяла. Встретила интересного мужчину, повела себя как последняя дура. Не извиняйся. Сама виновата, забыла о приличиях. Велико было искушение познакомиться, узнать, что вы за человек. Позже, размышляя над вашим приглашением, поняла, были правы, приняв за легкомысленную любительницу приключений.
– Лена! – он взял ее за руки. – Ты меня заинтриговала. Понял, что должен познакомиться, узнать ближе. Увидел сегодня – убедился, дальше не жить без тебя.
– В наши первые две встречи, знаешь, больше всего, что меня тронуло? Не приставал, не просил телефона, хотя, не задумываясь, обидел. Сегодняшние признания свидетельствуют, что не отдаешь отчета своим словам или принял за глупую провинциалку, которой можно пудрить мозги, вешать лапшу на уши.
– Какую лапшу! Ты не представляешь, кто ты сейчас для меня! Всё!
– Увидел во мне покойную жену, и привлекла внимание. Теперь даже Ялту бросил, примчался.
Не давая опомниться, Игорь притянул её и прильнул к губам. На мгновение она замерла, застигнутая врасплох. Волна его страсти передалась и ей. Поняла, ее влечет к этому незнакомому мужчине. Такое впервые с ней. Отпрянув, тихо проговорила: – Это лишнее. Я серьезно, а ты… «Вот и сама перешла на „ты“, словно давно знакомы». Игорь не сводил с нее восхищенного взгляда.
Сине – серые глаза сводили с ума. «Живая Танюша! Та же улыбка, носик, губы. Не представляю, как без неё жить дальше».
– Выходи за меня!
Лена опешила. Так ей еще не объяснялись. Игорь понравился, больше того, уже успела по уши влюбиться, но к молниеносному развитию событий не была готова.
– Все бросить – маму, работу и выскочить замуж за первого встречного? К тому же вдовца. Сумасшедший! Да ты каждый мой шаг станешь сравнивать с первой женой. Постоянно думаешь о ней.
– Признаюсь, думаю. Не станешь моей женой, вторую потерю в этой жизни не перенесу! Как мальчишка влюбился! Как еще никогда в жизни!
– Пошутили и хватит! Взрослые люди, не надо обманывать друг друга. Несколько минут назад ты мудро сказал: давай продолжим знакомство и лучше узнаем друг друга.
Звонок в дверь прервал их.
– Мама пришла. Как объясню твое присутствие, не знаю.
– Как есть.
Лена впустила маму и представила Игоря.
– Это Игорь. Он из Ленинграда, случайно оказался у нас на девичнике.
– Мне понадобилось перевести кое – какой документ с немецкого. Так и познакомился с Еленой Николаевной, а потом и её подругами, – повторился Игорь.
– Я спущусь во двор, провожу Игоря. Он в «Астории» остановился.
Игорь галантно попрощался с матерью Елены, поцеловал ручку.
– Рад познакомиться. У вас замечательная дочь и подруги у неё очень хорошие.
– Спасибо, – поблагодарила Евдокия Андреевна за комплимент и повернулась к дочери. – Не задерживайся, я не лягу, пока не вернешься.
Едва мама закрыла за ними дверь, Игорь обнял спутницу и поцеловал в губы. Она не ответила. Но и не отпрянула, не возмутилась.
– Почему такая холодная? – спросил он.
– Не надо торопиться. Дай время, узнаю тебя.
Он еще раз нашел ее губы и поцеловал. Не сразу она ответила, и они слились в долгом поцелуе. Она взяла его за руку и повела вниз по лестнице.
– Мне надо скорее вернуться. Здесь простимся. Не уедешь сегодня?
– И завтра, и послезавтра.
– Я целыми днями занята. Сопровождаю двух немецких туристов. Завтра экскурсия по городу, в последующие дни поездка в Ялту, Севастополь с ночевками.
– Завтра встретимся?
– Обязательно, – искренне ответила и подумала. «Что говорю? Если он останется до чего у нас дойдет? Не устою». И не устояла.
– Дай свой телефон, я позвоню, как освобожусь. Но вряд ли раньше семи – восьми. Чем будешь целый день заниматься – на пляже лежать?
Игорь достал свою визитную карточку, протянул ей.
– Здесь телефон. На пляж пойду, чем еще заняться? Но вначале посмотрю в Интернете, как идут дела, свяжусь со своими.
– Здесь недалеко, на Галерейной улице, есть Интернет – клуб. Можно абонировать линию на любое время.
– Спасибо, воспользуюсь. Пройдемся немного, домой успеешь.
Елена переборола себя, как ни хотелось еще пообщаться, стала прощаться.
– Все, Игорь, до свидания. Я пошла.
– До завтра. Жду звонка. Не позвонишь – приду домой. Скажу маме, ты обманщица.
– До завтра, – и бегом бросилась в парадное. Игорь постоял недолго и пошел в гостиницу, давно он не был так счастлив, как в эти минуты.
Утром Елена зашла за подопечными в гостиницу. Немцы были готовы к экскурсии.
– Очень хочу увидеть места юности, – заговорил Эрвин, едва Елена вошла в номер и поздоровалась. – Покажете могилу вашего художника? – Айвазовского, – подсказал Курт.
– Обязательно. С утра туда и отправимся.
Недалеко от могилы, если не путаю, стояли два храма. Не помню – мусульманские или христианские, сохранились они? – спросил Эрвин.
– Армянская церковь святого Саркиса и церковь апостолов Михаила и Гавриила, – пояснила Елена. – Стоят. Даже действуют.
– Пойдем к ним. От них должен вспомнить, как пройти к дому, в котором квартировал. Елена повела немцев опять мимо фонтана Айвазовского, по пути рассказывая, о его второй жене Анне Никитичне. Как и накануне, заметила, немцев совершенно не интересует ее рассказ. Мысли их витали далеко от Айвазовского. «Зачем приехали, напросились на экскурсию»?
У сквера с могилой художника, Елена пояснила, что после войны здесь провели огромную реконструкцию и Эрвину трудно будет узнать место, которое он помнит. У могилы немцы постояли несколько секунд, выполнив ритуал уважения, и опять он принялся вертеть головой по сторонам, перенесся в прошлое.
– Церковь Святого Сергия (Сурб-Саркис). Памятник армянской средневековой архитектуры. Построена в XIV веке. Некоторые ученые считают, еще раньше, до появления в Крыму генуэзцев, – объясняла Елена. Курт равнодушно взирал на стены и не слушал ее. Эрвин продолжал рассматривать окрестности.
– Храмы, вспомнил, не русские были, – неуверенно заметил Эрвин.
– Это армянская церковь, – повторила Елена, – Имеете в виду не христианские? Зайдемте внутрь, познакомитесь с убранством. Есть, что посмотреть.
– Как-нибудь в другой раз, во время службы, – ответил Эрвин, и, взглянув в последний раз на храм, предложил обогнуть мемориальный сквер, подняться по улице, что убегала вверх. Они прошли немного по нынешней Тимирязева и остановились перед другим храмом. Эрвин внимательно осмотрел снаружи и этот храм. Улицы вокруг и дома не изменились, но место иное. Главное, дорога, по которой в те годы они спускались в порт, была другой.
– Все не то, – после долго молчания произнес он. – Этот храм тоже похож на русский, а тот был восточный, с минаретом. Русские перестроили?
– Ты же говорил, от могилы художника следует немного отойти, тогда увидишь два храма, пройти мимо них и подняться в гору. Храмы нашли, идём теперь в гору. По дороге вспомнишь, потянул его племянник.
Елена, слышавшая разговор, пришла на помощь.
– Выше по этой улице была когда-то мечеть, теперь там магазин. Ее разрушили еще до войны. Вы не могли её видеть. Если вернуться к могиле Айвазовского, и пройти по Ленина, через квартал будет караимская мечеть. Там минарет сохранился.
– Пойдем туда! – Эрвин схватил племянника за локоть и повернул назад.
Елена повела их к мечети Муфти – Джами.
– Хотели увидеть восточный храм, он перед вами. Средневековое мусульманское культовое сооружение в традициях османской архитектуры, построено в 1623 году, – пояснила Елена.
Старик, оставив гида и Курта, обошел мечеть и потянул Елену в гору.
– Эта улица больше ста лет зовется Караимской. Наверняка и в войну не переименовывали.
– Как ты назвала? Повтори, пожалуйста, – попросил Эрвин.
– Караимская, – потом прибавила. – Есть еще Карантинная, звучит похоже.
– Да-да! Караимская! Нет, Карантинная.
– Так, Караимская или Карантинная? Карантинная не близко к мечети, вы опять путаете.
– Я вспомнил, улица называлась Карантинной и к ней дорога шла от мечети в гору.
Елена достала мобильник и набрала такси, сказала, где находятся. В ожидании машины продолжили разговор.
– Если на Карантинной искать ваш дом, потребуется много времени. Карантинных целых три – Старая, Новая, просто Карантинная… Начнем с неё?
Вскоре подъехал белый «Фольксваген» с шашечками на двери.
– Смотри, «Фольксваген»! «Polo Trendline» у них за такси! – удивился Курт, встретив знакомый автомобиль. – У меня такая машина.
– В городе несколько компаний держат такси. Эти машины принадлежат муниципалитету и обслуживают наше туристское агентство. Так что, если захотите куда поехать, заказывайте по телефону, что я вам записала. Приедет «Фольксваген».
Водитель, посадив пассажиров, недовольно пробурчал.
– Приспичило твоим туристам ехать в такую глухомань! Там и дороги-то нет.
Контракт с муниципальной фирмой такси устраивал обе стороны. Работники агентства в любую минуту могли воспользоваться машиной, не оплачивая проезд наличными, а таксисты имели постоянных и потенциальных клиентов – туристов агентства. Поэтому, если водитель бывал и не очень доволен заказом, выполнял его беспрекословно.
Такси долго петляло по узким переулкам, о существовании которых Елена не подозревала.
Эрвин во все глаза смотрел по сторонам, ему казалось, узнает улицы, по которым ходил. Наконец выбрались на Карантинную – узкую кривую улицу, когда-то вымощенную щебенкой, позже покрытую бетоном; все давно разрушилось, и остались одни ямы и колдобины.
– Ездить по таким улицам могут одни русские, – заметил водитель.
Елена и немцы вышли из машины, Эрвин оглядывался по сторонам. Ничто не напоминало время службы. Неужели все так изменилось? Эрвин виновато смотрел на Курта.
– Не переживайте! – успокоила Хелен. – Вы увидели старую Феодосию. Этот район с незапамятных времен сохранился не тронутым. Девятнадцатый, восемнадцатый век. Сфотографируйтесь на память. Будет что вспомнить и рассказать. На этой ли, или на соседней улице квартировали, какое имеет значение? Важно, увидели места, связанные с юностью.
– В войну заборы были невысокие или разрушенные, чтобы с улицы видеть, кто во дворе, – вспомнил Эрвин. – В некоторых дворах торчали одни печные трубы от сгоревших домов. В них укрывали партизан. Вокруг нас дома оставались целы.
– Куда дальше? – спросила Елена. Энергия и способность старика не уставать удивляли. Ей надоели бессмысленные поиски неизвестно чего.
– В конце нашей улицы была старинная крепость, – неожиданно вспомнил Эрвин.
– Что ж вы сразу не сказали! Крепость можно увидеть в самом начале Старо-Карантинной. Там проходит отличное шоссе, соединяет центр и старинную часть города, а мы трясёмся по ухабам, делаем крюк, – не сдержавшись, возмутилась Елена, и сразу же улыбнулась, сгладить свою бестактность. – Недалеко там больница, она действовала и в оккупацию.
– Вспомнил! Под горой был госпиталь!
Водитель снова в полголоса выругался и медленно поехал по разбитой улице. Остановился в виду крепости, на небольшой площади, где две параллельные оживленные городские магистрали соединялись в одну.
Эрвин увидел крепостную стену и радостно закивал головой.
– Здесь недалеко мост через ручей.
– Вот он, мост, – непонятно куда, показала Елена, – а ручей давным-давно высох.
«За полвека в этом уголке города ничего не изменилось, – обрадовался Эрвин, – дом где-то здесь. На улице, по которой спустились. Даже если дом перестроили, двор остался. Найти бы только! Район сохранился, новое строительство не коснулось его. Продолжать поиски с Хелен будет подозрительно». – Сославшись на усталость, Эрвин предложил вернуться в отель.
Елена облегченно вздохнула. Ей изрядно надоело бродить в жару по пыльным улицам, трястись в нагретом солнцем авто.
– Как называется это место? – спросил Курт.
Елена задумалась. В народе здешняя остановка автобуса зовется «Магазин».
– Крепость или магазин «У моста», – нашлась она с ответом, прочитав вывеску на магазине.
– А мост где, о котором говорит дядя? – спросил Курт, записывая названия остановки.
– Вон! – Елена показала на дорогу. – Ручей направили в трубу, а сверху шоссе. Как такового моста нет. Зачем вам он? Не самое интересное место в городе, а в крепость у нас запланирована экскурсия. С утра, пока не жарко, сходим.
Обратная дорога до гостиницы, к удивлению немцев, заняла около пяти минут. У «Астории» немцы попросили Хелен не тревожить их после обеда. Отдохнут, сходят на пляж, посетят магазины. Прощаясь, Курт вспомнил о завтрашней экскурсии в Никитский Ботанический сад и Ялту.
– Завтра останемся в городе. Продолжим знакомство с Феодосией, побродим по городу. Ботанический сад нас не интересует. У нас в городе не менее знаменитый ботанический сад.
– Поплывем по морю, увидите потрясающую красоту крымских берегов. Ялта сегодня – курорт европейского уровня. Запланирована ночевка в четырех звездном отеле, – напомнила Хелен.
– Дядю больше Феодосия привлекает, а курортов мы видели достаточно.
Решение немцев Елену устраивало. От гостиницы успеет отказаться, появилось время встретиться с Игорем.
Пообедав с мамой, она позвонила ему. Игорь был на Втором городском пляже, и Лена, не раздумывая, пообещала вскоре подъехать.
«Что делаю? – забилась трезвая мысль. – Совершаю очередное безумство. В вечер знакомства целовалась, среди бела дня бегу на свидание. И куда – на пляж, где столько знакомых! Что за сила в этом мужчине? Лезу в расставленные силки… Ради меня остался в городе. Я ему нравлюсь. А он мне? Настолько, что рискую репутацией»? – После недолгих колебаний бросилась собираться. Открыла шифоньер, перебрала купальники, продолжая размышлять, какой надеть, – строгий полузакрытый, раздельный или фривольный молодежный.
«Выгляжу пока прилично. Соблазнять, так соблазнять»! – Выбрала раздельный глубоко открытый итальянский купальник. Надевала его всего один раз и берегла, стоил он месячную зарплату в школе.
Бесплатный фрагмент закончился.