После исчезновения Валерия, год я не могла найти себе места. Жила у мамы в Самаре, возвращалась в Москву в Люблинскую квартиру, надоедало там – приезжала в Жуковку. Денег осталось достаточно, чтобы не считать их, скрашивать одиночество на заграничных курортах, в ресторанах и ночных клубах с подругами. Молодая и красивая богатая вдова, я пользовалась успехом у мужчин. От желающих предложить руку и сердце не было отбоя. Липли всё больше женатики и разведенные, мечтающие пополнить список своих постельных побед. Способствовали им и подруги, стремившиеся поскорее выдать меня замуж, чтобы не провоцировала их мужей. Знакомили с новыми и новыми соискателями моей руки.
После переезда мамы ко мне, самарскую квартиру мы сдавали. А я, приезжая в Самару, жила в нашем с Валерием таунхаузе в районе бывших обкомовских дач на Первой просеке, позже подаренном его брату. Спустя год, после загадочного исчезновения Валерия, я стала владелицей всего его состояния. Трехэтажный особняк на берегу Волги я подарила Сергею, он был тронут моей щедростью, и не сразу принял дар. Спрашивала Евдокию Андреевну, что подарить ей, она от всего отказывалась. Со свекровью и братом мужа мне повезло. Они сразу полюбили меня. Даже после того, как вышла за Кирилла, продолжают прекрасно относиться ко мне. На капиталы, оставшиеся после Валерия, не претендовали. Сергей помог удачно распорядиться бумагами брата, их ценность растет и приносит доход. Нормальные деловые отношения установились у Сергея и с Кириллом.
Евдокия Андреевна полюбила Игорька, уговаривала вернуться в Самару. Годы прошли, как пропал Валерий, а она продолжала надеяться, что сын объявится. Считала, его похитили инопланетяне, может, чеченцы сделали рабом на своих плантациях конопли в горах. Я объясняла, коноплю и мак выращивают в Афганистане, а чеченцы давно бы потребовали выкуп. Инопланетяне своих пленников долго не держат.
Не было у Валерия врагов, решившихся на убийство.
Три года ходила я соломенной вдовой. Мама Валерия и Сергей жалели меня, убеждали заняться собственной жизнью, выйти замуж. Я не торопилась. Любила по – прежнему одного Ваню. К нему и кинулась, когда поняла, что Валерий не вернется, но Ваня не простил. Я же продолжаю надеяться, со временем простит, обязательно будем вместе. Подожду ещё.
С Кириллом познакомилась в поезде Самара – Москва. Он сразу понравился. По московским тусовкам его не помнила, скорее всего, не встречала. В поезде Кирилл рассказал, что закончил «плешку» и работает в известной международной фирме. Как провинциалке, пояснил, что «плешка» престижная экономическая академия. Я не стала говорить, что давно москвичка и знаю о «плешке». На вопрос куда еду, ответила – к друзьям, он не стал уточнять. В Самару Кирилл приезжал в командировку, города не знал, и я рассказывала ему о волжских пляжах, театрах и музеях, с которыми сама познакомилась в последние годы, будучи уже замужем за Валерием. Искра взаимной симпатии между нами проскочила, но телефона не спросил, встретиться не предложил, и на Казанском вокзале мы расстались. Как признался позднее, впечатления на него все же произвела. Поразился моему кругозору, что имею своё дело, начитанна, и очень самонадеянна.
Судьба вскоре свела нас снова. В этот раз на «Веранде». Я в умопомрачительном платье от Диора, накануне приобретенном в Петровском Пассаже, с Лилькой Каплан сидела за бокалом мартини, слушала её комментарии прошедших событий, случившихся пока я находилась в Самаре. И вдруг появляется Кирилл, увидел меня. Не обратить внимания на моё новое платье было невозможно, он узнал меня и удивился. Я тоже удивилась, встретив его здесь. Он тоже заказал мартини и на правах Лилиного знакомого, кивнув мне, спросил разрешение присоединиться к нам.
– Я не нарушу ваш тет а тет? – спросил у Лили и, не дождавшись ответа, сел за наш столик. – А с твоей подругой мы познакомились в поезде Самара – Москва. – Он повернулся ко мне. – Не так, Лена?
Да. Судьба закинула в одно купе. Других билетов не было, задерживаться в Самаре не хотела, заплатить за всё купе, в голову не пришло, и рискнула взять купе с мужчиной.
– Надеюсь, не разочаровал?
– Повезло. Любопытный собеседник. Не приставали, не лезли с откровенностями. Быстро уснули.
Лилька удивленно посмотрела на меня.
– Вы не были знакомы? Завидный жених. Наши девки сохнут по Кириллу.
– Так уж сохнут, тебя, к примеру, не заинтересовал. – Повернулся ко мне. – Лена, вы к Лиле в гости приехали? – Ему не пришло в голову, что живу здесь. Выходит, не принял, а я считала, не отличаюсь от местных девчонок, и, взглянув на меня, поймешь, откуда я.
– Представьте, живу здесь, в Жуковке. И не первый год.
– Я принял за провинциалку.
– Я и есть провинциалка. Из Самары.
– Притворяется. Давно в нашей тусовке. Девочка с Рублево – Успенского шоссе. Не встречал Ленку? С Бурлаковым появлялась на каждой тусовке, и как одна осталась, часто бывает. Удивительно, что не встречались!
– Ты же знаешь, я не большой любитель богемных тусовок. Да и лишний раз торчать в автомобильных пробках в дороге не большое удовольствие.
– У тебя же мигалка.
– Отобрали. У отца осталась. – Он повернулся опять ко мне. – Бурлаков Валерий Александрович был вашим мужем? Знаком, он у отца в доме бывал. Не знал, что у него такая очаровательная жена.
– Теперь свободная женщина, богатая вдова, – заметила Лиля.
– Опять сватаешь? – остановила её.
– Никаких известий о Валерии Александровиче? – спросил Кирилл.
– Убили его. Какие могут быть известия? Дело об исчезновении собираются закрыть. Еще пару месяцев протянут, а исполнится три года, и вовсе передадут в отдел не раскрытых.
– Тогда Лене дадут справку на развод, – снова вмешалась со своим комментарием Лиля.
– Тебе это так важно, торопишься выдать замуж? Пожелала бы, через год получила развод.
– Компаньоны, родственники, что думают по поводу исчезновения Валерия Александровича? – продолжил интересоваться Кирилл,
– Убили. Первое время меня подозревали. Таскали по следователям, брали подписку о невыезде. Бывшие дружки – братки, пытать утюгом собрались, спасибо Сергею, брату Валерия, заступился. Хорошо, у меня ни любовника, ни близких друзей среди мужчин не было. Получалось и повода избавиться от мужа.
– Загадочная история. Мистика. Мамы Лены и Валерия предполагают, инопланетяне похитили, советуют ждать, рано или поздно отпустят. Ни в каких инопланетян мы с Леной, конечно, не верим. Убили его. Кто, за что? В бизнесе никто не возник. Экономические причины отпадают. Любовниц, чтобы подозревать в убийстве ревнивого мужа, не имел, уверена Елена, – продолжила за меня Лиля. – Вышел утром из дома собаку прогулять и не вернулся.
– А собака нашлась? Извините, Лена, если неприятно вспоминать. Когда это случилось, я как-то пропустил подробности, – услышал, что пропал, и всё, – признался Кирилл.
– Собака домой прибежала, что с ней случится? Валерия ждать давно перестала. Смирилась с судьбой соломенной вдовы.
– Три года ждет, что Валерий объявится, – прибавила Лиля. – Как Пенелопа Одиссея.
– Не ехидничай! Не вешай лапшу на уши Кириллу. Пожелает, наведет справки, и получит полный список моих похождений. Отлично знаешь, у нас в Жуковке секреты не держатся.
– Тему разговора вскоре сменили, и теперь солировал Кирилл. Рассказывал о Мюнхенской глиптотеке, где недавно побывал. Меня древности не волновали, и я не столько слушала, сколько с любопытством рассматривала увлеченного рассказом Кирилла. «Мужчина, интересный! – подумала. – Я его не заинтересовала. В поезде, понятно, была не в лучшей форме, и принял за глупую провинциалку, но сейчас. Я в потрясающем прикиде, а он не поддержал Лилькину тему, перевел разговор на какие-то древности. За него, скорее всего, я вышла бы. Хватит вести беспорядочный образ жизни и порхать по чужим праздникам. Нет, для меня он слишком хорош». Кирилл продолжал расписывать каменных богов древних греков, а я унеслась в мечты.
Лана одна из самых близких моих подруг. Настоящее её имя Светлана. После третьего курса журфака МГУ, отдыхая в Юрмале, она брала интервью у композитора Раймонда Паулса и познакомилась с его женой Ланой, чье полное имя тоже Светлана. Имя понравилось, и с тех пор представляется и подписывается в газете только Ланой.
Журналистка светской колонки в газете «Всё про всех», она просвещает меня в светской жизни, да и в других вопросах. Всегда знает, что где происходит или должно произойти. В отличие от других моих подруг, которые часто довольствуются мелкими сплетнями – кто с кем, кто какую обновку справил, информация Ланы охватывала широкий круг тем, хотя часто того же уровня желтых печатных изданий. Меня Лана выделяла из подруг; я, как и она, работала, имела любимое дело. Заказав однажды у меня в салоне оригинальную кофточку, стала постоянной клиенткой и моим пресс – агентом. Хвалебные статьи о салоне, написанные Ланой, принимали «на ура». Убедившись, что я не из болтливых, и можно доверять, она делилась со мной сокровенным. Мои подруги постарше – Маша и Лиля предупреждали держаться с ней сдержаннее, считали, Лане, как и всем журналюгам опасно доверять, я доверяла. Отец Ланы банкир и единственная дочь могла не работать, но Лана любила журналистику. Профессия позволяет бывать на великосветских мероприятиях, быть знакомой со знаменитостями. Еще ее привлекает власть над большинством завсегдатаев тусовок. Её боятся. В своей газетной колонке она высмеивает и расправляется с обидчиками и бездарями. Легко сходится с людьми, всегда жизнерадостна. Для всех загадка, почему не выходит замуж. Я знаю её любовную историю, напоминающую мою. Выйти замуж за одноклассника, в свое время не позволили родители. Когда стала самостоятельной, известной журналисткой, могла поступать по – своему, опоздала – любимый не дождался, женился на аспирантке из Швеции и живет теперь в Стокгольме.
У Ланы, как и у меня, свой бумер BMW-535. Даже после того, как у нее угнали две машины, брать водителя, ездить с охранниками не любит. Предпочитает сама водить машину, или подсесть к знакомым.
Родилась она в старом Люблино, и теперь часто приезжает во двор своего детства. Для Ланы – это мир доброго счастливого времени, здесь она сбрасывает маску светской львицы, преуспевающей журналистки, и превращается в беззаботную люблинскую девчонку, способную вместе с великовозрастными сверстниками на всякие веселые проделки. Родителям друзей судьба не подфартила, как её отцу, и они по-прежнему ведут старо – московский окраинный образ жизни. Её тронуло, что, переехав в Москву, мы с мужем выбрали её любимый район. На этой теме мы и познакомились близко, вскоре стали подругами.
Как-то мы с ней заехали в мою люблинскую квартиру. Лана долго восхищалась видом из окон на пруды, вспоминала времена детства, когда на месте дома были пустыри, пруды не такими ухоженными, в них купались. После осмотра квартиры, обставленной вместе с Валерием, горестно призналась, что не имеет своего уголка, куда могла бы привести друзей, не опасаясь строго взгляда матери и всюду сующих нос охранников.
– Родители до сих пор пасут? – удивилась я.
– Как тебе сказать? – Она помолчала, хоть мы и подруги, не сразу решилась признаться. – Не контролируют каждый шаг, не спрашивают, где и с кем была, но любовника в дом не приведешь, хоть комнат полтора десятка. Купить мне квартиру не позволяют. – Помолчав, вдруг нерешительно спросила:
– Лен, не оставишь мне ключ? Все равно не живешь здесь, а мне иногда хочется пообщаться с кем-либо из друзей. Не поведу же в гостиницу, где меня узнают.
Я дала ей ключ, записала пароль для отключения сигнализации. С тех пор иногда она пользуется моей квартирой. Встречается, вероятно, с кем-то из друзей детства не нашего круга, раз не может найти другого места.
С Вероникой – героиней сегодняшней тусовки, нашей соседкой по Рублевке, Лана сделала несколько интервью, а потом привела в нашу компанию.
С Вероникой я познакомилась через Лану. Популярная у молодежи певица Вероника, тоже жительница Рублевки, презентовала новый альбом. Как подруга, девчонка замечательная, ее любили поклонники песен, хотя не все, как я. Поздравить с новым альбомом собрались наши рублевские знакомые – Лана, Женя, Ольга. Я уговорила прийти даже Машу с Лилей, совершенно не переносивших попсу. Не приди – Вероника обидится.
Собрался московский бомонд, постоянные любители потусоваться: признанные звезды шоу – биза и юные старлетки, начинающие карьеру. Лев Рыбкин и Катя Мень, Роман Транберг и Рита Ищеева, Сергей Сливкин и Юлия Мочалова. Гости обменивались новостями, лобызали друг друга, засыпали Веронику комплиментами «Как прекрасно выглядишь», «Почему давно не появляешься нигде». Поздравляли и ничего не говорили о содержании альбома, песни из которого уже крутились на молодежных каналах FM – станций и МузТВ.
На эстраду ее вывел любовник и первый продюсер. Он же настоял и помог закончить музыкальное училище. Добившись известности, Вероника сообразила, что вполне обойдется без продюсера, который годился в отцы, взяла в директоры и помощники двоюродную сестру.
Ветераны эстрады и прославленные звезды, составляя репертуар, не жалеют долларов на профессиональных авторов. Нынешние кумиры молодежи, серийные выпускники «Фабрик звезд» сами пишут тексты и музыку. Вероника из них. Тексты свои просит не называть стихами, на компьютере сочиняет музыку, где вместо мелодии лишь чередуются ритмы. А голос у Вероники великолепный, убедишься в этом, когда послушаешь в ее исполнении популярные песни 50 – 60 – х годов. Ее обожают приглашать на корпоративные вечеринки, где она поёт их вначале соло, затем с хором подвыпивших гостей. Немало представителей сегодняшней попсы, как и Вероника, обладают замечательными голосами, но примитивные тексты и музыка исполняемых песен не позволяют им выделиться из общей серой массы.
Веронике, как и Лане двадцать восемь, но в отличие от Ланы уже дважды побывала замужем, сейчас разведена, и довольна личной жизнью. Найти друга сердца среди коллег из шоу-биза зареклась. Сынки богатых олигархов, как и они сами, Веронику тоже не интересуют. За одно выступление на корпоративной вечеринке она получает не меньше десяти – двадцати тысяч зеленых. Купила дом в Горках – 8, рядом с другими известными певцами, регулярно меняет автомобили.
Ольга приглашает Веронику на свои девичники, мы усаживаем её за рояль и вместе поем любимые песни, старинные романсы. На потребу тинэйджерам Вероника пишет дурацкие тексты, а если ее попросишь сочинить поздравление в стихах кому-то из друзей, получаются великолепные стихи. Бог наградил ее поэтическим даром. Лана даже предлагала Веронике помочь напечатать стихи в приличном журнале, Вероника не решилась ломать имидж любимицы тинэйджеров.
Гости всё пребывали. Группа «Вам – Вам» в полном составе во главе со своим руководителем, завоевывающие все большую популярность «Сверкающие», Таня Петрова из забытой группы «Комбинация». Последним пришел Миша Шарутинский, когда Вероника в сопровождении своих музыкантов пела уже третью песню, а часть гостей после достаточно выпитого, пустились в пляс под незатейливые, но зажигательные её мелодии.
Опустошив бутылку «Вдовы Клико», мы, как обычно, встретившись, обсуждали гостей вечеринки, сплетничали. Сквозь дикий шум бухающих ударных, отбивающих ритм, с трудом слышали друг друга. Вдруг появился, незамеченный ранее, Кирилл. Подошел к нашей компании, поздоровался со всеми и спросил у девчонок, можно ли пригласить меня танцевать. Мне не очень хотелось трястись в толпе полупьяных молодых поклонников Вероники, но отказать Кириллу не могла, и мы пошли на танцпол. После встречи на «Веранде» я не раз вспоминала его, жалела, что знакомство не продолжилось. Потолкавшись на круге, он увел меня за свой стол, познакомил с друзьями, некоторых я и сама знала. Еще танцевали и пили. Я забыла, что пришла на вечеринку с подругами, освоившись в компании друзей Кирилла.
– Сбежим? – неожиданно предложил он, и я согласилась. Прощаться с подругами не стала, но с хозяйкой вечеринки долг требовал пообщаться. Прорвала окружение Вероники, мы еще раз расцеловались, я повторно поздравила с новым диском. Она извинилась, что все диски уже раздала поклонникам, пообещала завтра завезти мне домой специальное подарочное издание. Долго разговаривать поклонники не позволили и оттеснили меня. Кирилл все это время терпеливо ждал.
Его «Мерс» стояла на тротуаре рядом с входом.
– Не боишься, эвакуаторы увезут машину? Паркуешься в неположенном месте, – спросила я.
– Пусть попробуют! Посмотри на номера!
Мы поехали в «Диану». Здесь в тишине и полумраке можно спокойно побеседовать. Кирилл заказал себе кофе, мне рюмку коктейля.
– Споить надеешься? Не удастся, я умею контролировать себя, – развязно проговорила, будучи уже достаточно на взводе. В «Тропике» мы с девчонками смешали «Вдову Клико» с джином, в голове шумело, чувствовала себя легко и была счастлива, что с Кириллом. Из всех, осаждавших меня поклонников, он нравился больше других, и не входил в их число. Я его почти не знала, на тусовках не появляется, удивительно, чем привлекла Вероника. Высокий, стройный, по-спортивному подтянут, умный собеседник, понравился с первой встречи. Впервые я чувствовала, что хочу не секса с Кириллом, а его самого, как человека, интересного собеседника, с которым, надеялась, будет не скучно, на кого смогу положиться.
Прощаясь, Кирилл напросился на кофе. Я пообещала кофе в следующий раз, а если очень хочется выпить, заедем на «Веранду», там сегодня выступает кто-то из камерных певцов или музыкантов.
– Очистимся от попсы, успокоим нервы после стояния в пробках, – предложила я.
Сегодня вечером выступал Денис Мацуев, но, когда мы приехали, концерт давно закончился. Выпили кофе, и Кирилл проводил меня, предпринял попытку зайти, я была непреклонна. Он, кажется, обиделся, зато убедился, я не из тех, кто в первый вечер готов на постель. Живет, оказалось, почти рядом, в Усовке.
Мы не раз еще встречались, целовались, но в дом не приглашала, к нему зайти, тоже не соглашалась. Он влюбился и готов был ждать, согласившись на затянувшиеся платонические отношения. Продолжал присылать цветы, ухаживать за мной. У нас так и не дошло до секса, когда он сделал официальное предложение. Я обещала подумать, посоветоваться. Хотя, с кем советоваться, с мамой? Она, конечно, за, узнав о семье Кирилла. С подружками, которые сами строили планы окольцевать Кирилла, или с замужними, опасавшимися за своих мужей, оставайся я одинокой? Ни чей совет мне не подходил, сама должна принять решение.
Подруги убеждали, найти не разведенного мужчину в нашем с Кириллом возрасте равносильно выигрышу в лотерее. Дико повезло, что Кирилл влюбился в меня.
– Ты честно выдержала траур. Три года. Другая, через пару месяцев выскочила бы замуж. Лиля, Маша и Ольга искренне радовались за меня и уговаривали принять предложение Кирилла.
Кирилл мне нравился, и я была почти готова связать с ним судьбу. Оставался Ваня, мне казалось, я по – прежнему его люблю.
Исчезновением Валерия Господь наказал за измену Ване, – считала я. – Именно наказал, а не освободил, как пыталась убедить меня Ольга. Будь у Господа другое намерение, – соединил бы с любимым Ваней, а не толкнул в объятия Кирилла.
Ваня пришел к нам в школу в седьмом классе. До этого учился в школе при детдоме. Девчонки, едва услышав, в класс придет детдомовский, недовольно фыркали – придет какой-то охламон, в классе и так шпаны хватает, или, как выражалась классуха, мальчишек из не благополучных семей. Они снижали общую успеваемость, нарушали школьный распорядок, приносили ей постоянную головную боль. Когда же первого сентября новенький появился в фирменных джинсах и белой итальянской рубашке с засученными рукавами, дорогих сандалиях, и папкой для книг из натуральной кожи, мы не догадались, он и есть, заранее отверженный нами, детдомовец. Он заглянул в класс, спросил, седьмой ли это «Б» и, получив утвердительный ответ, громко обратился:
– Дамы и господа, девочки и пацаны, не знаю, как у вас принято обращаться, позвольте представиться: Иван Хворостов. Определили в ваш класс. – Шум мгновенно смолк, головы повернулись к вошедшему, а он продолжал. – Прошу любить и жаловать. Впереди четыре года совместных учений и мучений. Повторю: звать меня Иван, можно Ваня.
– Симпатичный мальчик! – прошептала мне на ухо, сидящая рядом Зинка. – Познакомлюсь.
– Почему ты? – спросила я. – Может, и я хочу познакомиться с новеньким. Вот придет детдомовский и знакомься!
– Уже присвоили права на новичка! – Возмутилась, сидящая за соседней партой, Лида Макарова. – Еще посмотрим, кто ему больше понравится.
– Какой крутой нашелся: дамы и господа. Это вы дамы? – повернулся к нам с Зиной и Лиде, Сережка, классный заводила и безнадежный троечник. Новенький успел не понравиться Сережке, почувствовал претендента на авторитет.
– Не знаю насчет нас, а что ты не господин, и никогда им не будешь – точно, – огрызнулась Лидка
Пока мы обсуждали новенького, он прошелся по классу, остановился у пустующей парты за Лидкой.
– Здесь свободно, могу сесть?
– Занимай! – поспешила ответить она. – Мы еще не успели определиться с местами. Я с Ларисой и они, – она показала на нас с Зиной, всегда сидим на второй парте. Здесь хорошо все слышно и шпаргалить удобно. Учителя обращают больше внимания на «Камчатку».
– Всегда шпаргалите? – улыбнулся Ваня.
– А ты не пользуешься шпаргалками?
– Стараюсь.
Прозвенел звонок, и вошла наша классуха Серафима Васильевна – учитель математики. Загорелая, в модной блузке и длинной юбке, уложенными в парикмахерской волосами, выглядела красавицей. Если бы не требовательность на уроках и разносы на классном часе, ее можно было бы любить. Ей нет и тридцати, все старшеклассники поголовно в нее влюблены. После короткого поздравления с новым учебным годом, она начала перекличку. Когда дошла до фамилии Хворостов, остановилась, подняла новенького.
– Хворостов! – он встал. – Ваня перешел из 34 – й школы. Надеюсь, вы примите его и подружитесь.
– Почему не продолжил учебу в своей школе? – спросил кто-то, – Выгнали?
– В его школе только шесть классов, – ответила Серафима Васильевна и принялась пытать, что помним из прошлогоднего курса алгебры.
Мы с Зиной, да и другие девчонки, весь урок вертели головами, наблюдая за новеньким. Зина строила планы и делилась со мной, как познакомиться с ним.
На перемене Ваню окружили мальчишки, и только перед звонком на урок, нам удалось подойти к нему.
– Ты, правда, детдомовский? – первым делом спросила Зина.
– На мне написано? – довольно грубо ответил он.
– Серафима Васильевна говорила, в седьмой класс придет мальчик из детдома. Ты как раз не похож.
– Ошибаешься. Самый настоящий детдомовец. Больше вопросов нет?
Я решила сгладить неловкость и сказала:
– Не обижайся на Зину, она у нас очень любопытная. Ты ей понравился.
– Она мне – нет! – сказал и отошел к группе ребят.
В первый же день произошло несколько стычек с парнями из восьмого. Наш Ваня, оказалось, владел основами кун-фу и приставалам пришлось позорно ретироваться. Инцидент сразу изменил отношение к нему. Мальчишек удивило, что новенький не курит, не похож на детдомовского. На уроке физкультуры одноклассники уговорили продемонстрировать несколько приемов кун-фу, и он показал. Физрук Матвей Сергеевич в шутку предложил побороться, и Ваня в несколько секунд прижал его к полу. Раздались аплодисменты. Восхищение новичком продолжилось, когда во время игры в волейбол, показал, как отлично подаёт крученые мячи. Ваню приняли за своего, признали лидером.
Девчонки были без ума от новичка. Ваня не замечал их, общался лишь с парнями. После уроков в школе не задерживался и торопился в детский дом. Упакован всегда в приличные импортные шмотки, не уступающие одежде мальчишек из богатых семей. Девчонки долгое время гадали, откуда они, строили предположения про родственников. О родителях он не распространялся. Все стало понятно месяца через полтора, после инцидента на уроке английского. Заболела наша англичанка, и заменить её пришла молодая училка, только – что окончившая институт. Она придралась к произношению Вани, и, пока он читал отрывок из классического текста, постоянно поправляла его, он не внимал ей. Вдруг Ваня вскипел, оторвался от чтения и выдал ей на английском что-то длинное и не понятное нам. Училка, как и мы, опешила, не сразу сообразила, что ответить. Мы занимались своими делами, и мало кто из одноклассников следил за происходящим, а тут все насторожились, услышав от Вани длинный непонятный монолог. «О чем он? Какую-то вызубренную цитату привел»?
Светлана – англичанка смутилась, но вскоре нашлась.
– Я не знала, что вы целый год учились в Англии. Грамматически выражаетесь вполне грамотно, но произношение какое-то местечковое.
– Говор графства Оксфордшир, будет вам известно.
Она что-то быстро затараторила по – английски, Ваня бойко с ней спорил. Мы все сидели, раскрыв рты от изумления. Кто же знал, что наш Ваня говорит по – английски! За полтора месяца учебы не похвастал, что целый год провел в Англии. Их перепалка кончилась улыбками и несколькими понятыми нами excuse и sorry. Ваня сел, Светлана подняла читать текст Женю. Та, спотыкаясь, коряво произносила незнакомые слова.
Как это было давно! Кажется, в другой жизни. Сколько событий, радостных и горьких дней вместили годы!
Весь седьмой и восьмой класс ни одна из наших барышень не нашла подхода к Хворостову.
После восьмого по настоянию мамы, я поступила в швейный колледж и распрощалась со школой. Класс после экзаменов отправили в трудовой лагерь на прополку свеклы в пригородный совхоз, я была свободна и поехала с подружками за компанию.
Вечерами подолгу сидели у костра. Однажды Иван заговорил, как оказался в Англии. Его вместе с тремя пятиклассниками из других детских домов страны в рамках благотворительной акции послали на год в Англию и поселили в семьи с детьми одного возраста. От них он и научился разговорному языку.
После костра и проверки дежурного, девчонки умудрялись улизнуть с мальчишками из лагеря. Ваня обычно оставался в палатке. Во всем он был законопослушным, мне было даже противно. И вдруг как-то во время ужина, шепчет мне:
– Пойдем после отбоя на речку?
Предложение настолько неожиданное, что я растерялась. Как и все одноклассницы, давно смирилась, никто из нас не интересует его. Вероятно, у Хворостова есть девчонка в детском доме, думали мы, и вдруг предложение мне. Чем заслужила? За два года в седьмом и восьмом мы перемолвились несколькими фразами, хотя мог бы заметить мой интерес к себе.
– И что будем делать? – спросила я.
– Побродим по берегу, подышим свежим воздухом.
– Хорошо, – тихо прошептала я. Он отошел, и тогда мне стукнуло. – А во сколько и где встретимся? Перелезу через забор, а дальше? Следующие полтора часа ходила сама не своя, с трудом сдерживаясь, чтобы не поделиться с Зинкой, ломала голову, почему выбрал меня. Не её или Ирину, не оставлявших надежду подружиться с ним.
Когда расходились от костра, Ваня подошел и напомнил, если не передумала, ждет в одиннадцать пятнадцать у второго лаза сквозь забор. В спальне девчонки долго укладывались, потом завели нескончаемые разговоры, и улизнуть не замеченной не удавалось. Каждую минуту посматривала на часы и с нетерпением ждала, когда же соседки угомонятся, заснут. В одиннадцать поднялась Наташка, у неё свидание. Остальные продолжали болтать и засыпать не собирались. Пришлось выдержать град вопросов, куда, к кому и не проболтаться.
Пролезла под проволоку, и еще не покинула территорию лагеря, как Иван протянул мне руку. Помог подняться, спросил, не оцарапалась ли, и, отпустив мою руку, замолчал. Сердце билось в страшном волнении. Мое первое свидание! Ваня нравился с первого своего появления, но я, как и другие девчонки, оказалась не в его вкусе. И вдруг пригласил на свидание! Меня, а не Зинку, которая сохнет по нему и постоянно набивается ему в подруги. Мы идем рядом, говорим о последнем фильме с Сильвестром Сталлоне.
Завела разговор о помощи совхозу, высказала сомнение в пользе нашей работы. Ваня, правильный во всем, и здесь, убедил меня, что польза разносторонняя, свекла после прополки уродиться крупной, мы укрепим здоровье – целый день на свежем воздухе. Главное, класс сплотится, мы лучше узнаем друг друга.
– Не убегал бы после уроков, давно всех узнал. Догадываешься, девчонки без ума от тебя, а ты не обращаешь внимания ни на кого.
– Почему? На тебя обратил.
– Когда ушла из школы. Удивляюсь, почему выбрал меня.
– Понравилась, – засмеялся он. – Меньше других пялила глаза, не заигрывала.
Едва не призналась, что влюбилась в первый же день, а увидела равнодушие к женскому полу, не решалась даже взглянуть лишний раз. Вслух спросила:
– Был уверен, соглашусь на приглашение? Самоуверен. Вдруг отказалась бы.
– Отказа боялся, признаюсь. Из всех девчонок показалась самой серьезной, рассудительной. Девчонка – недотрога. Знаешь, что тебе надо в жизни. Долго колебался, пока не понял – сегодня или уже никогда следует решиться.
– Почему в школе не подошел?
– Говорю же: не решался.
Я боялась, не найду, о чем говорить, Ваня такой умный, начитанный, как не показаться дурой? Слава богу, Ваня сам находил темы для разговора, и мне оставалось только поддерживать. Говорили обо всем. О новинках видео, которые оба смотрели, об учителях и одноклассниках. Узнала много интересного про детский дом. Несколько раз Ваня повторил, что его альма-матер образцово – показательная, в других детдомах жизнь значительно хуже. Про родителей сказал, погибли в автокатастрофе, и вспоминать не любит. Позже, когда стали дружить, и стал бывать у нас в доме, признался, что не знает родителей. Его оставили в роддоме. Фамилию, имя дали в Доме малютки. Попросил, никому не рассказывать, прежде всего, маме. Она относилась к нему настороженно и ворчала каждый раз после ухода. «Не можешь найти мальчика из приличной семьи».
С началом учебного года все узнали, что мы встречаемся. Больше всех завидовала моя близкая подруга Зинаида. Я приходила к Ване в детский дом, он засиживались у меня, слушали магнитофон, смотрели видик. Школу я не забывала и приходила на все вечера и дискотеки.
В последнюю школьную весну Вани я отдалась ему, и мы занимались сексом до самого его отъезда. После первой близости предложил жениться, раз мы стали мужем и женой. Я, более взрослая в этом вопросе, убедила подождать, когда закончу колледж и получу профессию. Признаюсь, я была инициатором попробовать запретное. Видела, как он хотел этого, но не настаивал. Большинство одноклассниц давно потеряли невинность и меняли мальчишек одного за другим. Его по – прежнему пытались отнять у меня и соблазнить. Ваня любил меня и не пытался попробовать с кем-то. Вот я и решилась. Сжигало желание попробовать не испытанное с любимым. Сложилась подходящая ситуация и мы стали близки.
Бесплатный фрагмент закончился.