В квартире пахло древесиной и чем-то сладким, что сразу учуял мой нос. Аккуратная прихожая, а за ней просторная гостиная, обставленная мебелью по последнему писку моды. Бежевый кожаный диван, являлся апогеем всей интерьерной композиции, рядом с ним стоял черный стеклянный журнальный столик, а на против на стене висела огромная плазма и домашний кинотеатр. По углам гостиной находились кованые стойки для цветов, с которых спадали длинные листья папоротника. Пушистый мягкий белоснежный ковер щекотал мои голые ступни.
Передо мной стояло двое. Двое прилично одетых, красивых и до жути утонувших в счастье человека. Это были мистер и миссис Соннер. Как я поняла, они были женаты уже двадцать один год, и безоглядно до сих пор любили друг друга. Это было, несомненно, видно по их сияющим глазам и лучезарным улыбкам, наполненных нежностью и теплом.
Обручились они, когда им было всего семнадцать лет, и именно в этом возрасте миссис Соннер вскоре родила своего первенца – сына. После они так же хотели детей, но по некоторым причинам не получилось, и сейчас, благодаря судьбе и великому случаю, я стою на пороге их миловидной квартирки.
–Энни! – закричала миссис Соннер, которая сразу же крепко меня обняла. К столь внезапным порывам любви я не привыкла, поэтому сконфужено и легко приобняла в ответ, чувствуя дикую неловкость.
–Здравствуйте, – прокряхтела я, удушенная ее сладкими духами и сильными объятиями.
–Ты наконец-то здесь! – улыбнулся мистер Соннер, положив свою руку мне на голову и чуть взъерошив волосы.
Такое теплое приветствие ввело меня в заблуждение. Спросите почему?
Потому что, я не знаю своих родителей. Да, именно так. На протяжении всех своих лет я жила у бабушки, но недавно она скончалась.
Единственным родственником, который остался у меня, была тетя – родная сестра моей так называемой матери. Учитывая сложившуюся ситуацию, мне пришлось бы жить вместе с ней, но дело в том, что мы друг друга слегка недолюбливаем, если это можно так назвать, вот я и решила искать выход.
Мне удалось поступить в колледж, который набирает учеников по обмену, причем на бесплатное обучение. На самом деле, когда я сдавала экзамены, то совершенно не верила в свое прохождение и зачисление в это учреждение.
Удача все же улыбнулась мне, а возможно, я просто не была дурой. И вот я состою в числе учеников одного из самых престижных колледжей нашей страны.
Естественно, когда моя тетка узнала про эту новость, тут же подписала все документы, помогла собрать пожитки, и отправила меня неизвестно куда, к кому, не спрашивая ничего лишнего. Одной мне было известно, что дом, в котором я должна жить и семья, что приняла меня, являлись лучшими мечтами, любого ребенка, не знающего семейного тепла.
Они были до жути рады, когда узнали, что именно я буду жить у них, так как после рождения сына все мечтали о дочке. Всю неделю перед отъездом, я разговаривала с миссис Соннер, узнавая подробности их семейной жизни, да и просто болтая на разные интересные темы.
–Проходи, проходи – вела меня миссис Соннер, показывая расположение комнат.
Квартира у них была огромной. Двухэтажный пентхаус, с винтажной лестницей. На первом этаже была кухня со столовой, санузел, прихожая, одна гостевая комната и гостиная. На втором этаже находилось три спальни, небольшой кабинет мистера Соннера и два санузла.
Ого, неплохо они зарабатывают, однако.
По сравнению с тем, где я жила и что видела, данные апартаменты для меня были глотком свежего воздуха из мира богатых людей. Было страшно до чего-нибудь дотронуться, что-нибудь разбить или запачкать. Все сияло и блестело, пахло роскошью и дороговизной.
– Что же, чувствуй себя, как дома, – произнес мистер Соннер, обводя глазами свое жилище. – Мы обустроили к твоему приезду комнату, надеюсь понравиться.
– Постараюсь, большое вам спасибо, – замялась я, стоя у двери своей новой комнаты.
Миссис Соннер весело пролепетала в ожидании того, как я отреагирую на их подарок:
– Скорее открывай!
А я лишь улыбнулась в ответ.
Ручка двери от моего нажатия щелкнула, открывая проход в новое пространство. Видя, что находилось за этой дверью – мои глаза чуть не вылезли из орбит.
Вся в светлых тонах, с огромной двуспальной кроватью и комодом, около которого находилось такое же большое зеркало во весь рост. Напротив, кровати находился стеллаж с книгами и письменный деревянный стол цветом слоновой кости, а рядом широкое окно из которого был виден пейзаж всего города. Шторы нежного цвета персика обрамляли раму окна. На стенах комнаты висели миловидные картины и цветочные композиции.
– Невероятно, – прошептала я, ошеломленная от увиденного. – Большое вам спасибо!
На мою благодарность супруги тут же обвили меня в объятиях.
Вот, что-что, а к этому я буду долго привыкать.
В такой шикарной обстановке я обживалась около недели. Мистер и миссис Соннер относились ко мне, как к своей родной дочери, что ставило меня в неудобное положение. Их не волновало, что мне уже восемнадцать, и по сути я уже полностью сформировавшаяся физически и психологически личность.
Так, как до школы оставался еще целый месяц, я устроилась на работу, чтобы не сидеть на шее у своей временной семьи, хотя они меня долго отговаривали от подработки.
Моей временной работой являлась работа в небольшом музыкальном магазинчике.
Таким образом, я хоть как-то расширяла свой кругозор в незнакомом месте и обстановке.
Вечерами я сидела за ужином и слушала как мистер и миссис Соннер рассказывают о своих новостях на работе, и о том, что все идет по маслу, как говорится.
И вот, в один из вечеров меня застал интересный разговор, который касался одного человека.
– Энни?
– Да? – ответила я миссис Соннер, доедая картошку, лежащую у меня на тарелке.
– В общем, скоро прилетает наш сын, Дин.
– Так это же хорошо. Вы так много про него рассказывали. Надеюсь, мы подружимся – неуверенно ответила я, настороженная взволнованным тоном Розы.
– Мы, конечно, тоже на это надеемся. Ты очень хорошая девочка, думаю, у тебя получится, – продолжил тему своей жены, мистер Соннер. – Но, дело в том, что из-за нашего обильного внимания, сыночек вырос избалованным и грубоватым.
Мистер Соннер состроил печальное выражение лица, но через секунду оно исчезло, а на замену ему встала сияющая улыбка:
– Но, мы его все равно до безумия любим, так что надеемся на тебя, что ты его сможешь исправить.
Я слегка поперхнулась:
– Простите, что?
Роза бросила на своего мужа нервный взгляд, а потом сказала:
– Энни, мы тебя просим сделать нашего Дина дружелюбнее, чем он сейчас есть. Ну, хотя бы чуть помягче, – она показала большим и указательным пальцами небольшое расстояние, что наверняка, означало «чуть помягче».
– Но, как я это сделаю? – удивленно проговорила я.
Мистер Соннер, а по параллели Вильям, взбодрился услышанным моим ответом:
– Просто побудь его сестрой, человеком на которого можно положиться, думаю, ему этого хватит.
– Да-да,– подсобила Вильяму жена.
Эта миловидная парочка не переставала меня удивлять.
– Но я не уверена, что у меня получится, – пытаясь их переубедить в столь странной просьбе, я все еще не сдавалась.
– Ничего страшного, в конечно счете – это наша эгоистичная просьба и перекладывать ее на тебя не правильно, но все же попробуй, – улыбнулся Вильям, потрепав мои волосы.
И так, теперь передо мной стояла задача исправить избалованного мальчишку, который всех презирает? Да уж, интересно выходит, особенно, если я таких ненавижу…
– Энни. Ты чего такая? – вдруг выдернула меня из потока мыслей Рона.
Рона работала в том же магазинчике, что и я, точнее она была дочерью владельца сети этих магазинов. Имея весьма интересный и боевой характер, Рона всегда делала то, что хотела. Подрабатывая в магазине, по ее словам она убивала лишнее время и заводила, полезные знакомства. Несмотря на ее сложную натуру мы быстро нашли общий язык.
Высокая, с хорошими плавными формами тела и симпатичным лицом, она не слишком выделялась из толпы, но являлась гуру по макияжу и визажу, что ненароком привлекало особое внимание. Длинные темные волосы плавными извилистыми локонами спадали на ее спину, небольшая челка шторками открывала почти что идеальный лоб и аккуратные тонкие брови с большими серыми глазами. Нос слегка был коротковат, но этот момент компенсировали губки бантиком, которые всегда отливали новыми оттенками помад.
– Что? – ошеломленно встрепенулась я от столь неожиданного вопроса.
Рона состроила недовольное лицо:
– Я спрашиваю, что с тобой? Сегодня ты сама на себя не похожа. Витаешь где-то в облаках, уже дважды пересортировываешь новое поступление, раскладывая все по алфавиту. Что случилось, подруга?
– Я просто задумалась, – ответила сконфуженно я, понимая, что полтора часа и в правду занималась ненужной работой.
– И о чем же ты так задумалась, что даже обед почти пропустила? Хотя для тебя это словно святое время.
Я перевела взгляд на часы и ахнула:
– Божечки! Скорее идем кушать.
Мы отправились на перерыв, оставляя других консультантов бродить по закоулкам магазинчика и помогать посетителям. Как только запах разогретой еды коснулся моего носа, в животе жалобно заурчало. С нетерпением, я открыла контейнер с домашней едой, которую прихватила еще с утра, и потянула запах ароматной прожаренной курочки с рисом.
– Ох, ну наконец-то.
Рона засмеялась, видя, как я смачно начала уплетать свой обед:
– Ты такая простушка, – выдавила она из порывов смеха.
Обед Роны всегда состоял из чего-то свежего, не калорийного. В общем, она следила за своей фигурой и каждый раз впадала в уныние, если видела на весах хотя бы один лишний грамм.
Моя бровь вздернулась вверх, показывая собеседнице, что я не совсем отчетливо поняла ее слова:
– Это комплимент или оскорбление?
– Комплимент. Хоть ты такая простая и у тебя все на лице написано, все же безумно милая, – она откусила кусочек подозрительного на вид батончика с лозунгом про правильное питание на обертке.
– Как-то у тебя одновременно получилось, и сделать комплимент и оскорбить. Умеешь же, – хихикнула я с набитым ртом.
Рона опять залилась мелодичным смехом, от чего несколько посетителей перевели на нее свой взгляд.
– Может, хватит ржать как ненормальная? – я сердито буркнула на свою подругу.
– Ох, с тобой все плохое настроение как рукой снимает. Так что тебя так волнует?
Я посмотрела на пустой контейнер, в котором остались хаотично разбросано несколько рисинок:
– Я же говорила про семью Соннер? Что там живу.
– Да-да, – девушка энергично закивала головой.
– Так вот. Приезжает их сын – Дин…
Не успела я и договорить, как глаза Роны расширились в зрачках, и она издала жуткий писк, означающий, что прекрасно знает этого парня.
–Да ну?! Ты не врешь? – возбужденно лепетала Рона, сияя от счастья. – Неужели наш красавчик Дин, наконец-то вернулся обратно.
Тут же, как по свистку подбежало несколько девушек консультанток, которые так же возбужденно стали обсуждать этого самого Дина с Роной. Во всем их галдеже мне не удавалось выцепить никакой полезной информации.
Вся эта суматоха, напрягала мое «я». Что же в нем такого, что все девчонки пищат от одного его упоминании? Я его еще в живую не видела, но он меня уже немного раздражает.
–Да не приехал он еще! – прикрикнула я на собравшуюся толпу. – И не приедет в ближайшие два года, так что все, баста. Расходимся.
Услышав такую пламенную речь о том, что их покровитель не вернулся, девушки на удивление меня послушались и уныло разбрелись по своим рабочим местам.
Рона села обратно на свое место:
– Ты же соврала? Да? Скажи мне, когда? Когда он прилетает? – она бегала по мне сияющими от счастья глазами.
–Да, я сама толком не знаю. Мне сказали, что на этой неделе. Только Рона, не пищи! – я успела закрыть рукой ее рот до того, как визгливый голосок девушки смог бы оглушить всех покупателей.
Менеджер должен мне награду дать за такой поступок. Можно сказать, я всех спасла от неминуемой участи глухих.
Рона стала быстро кивать вверх-вниз своей головой, а непокорный длинный хвост на макушке, вертелся волчком из стороны в сторону.
– Ну и что? – она нетерпеливо ждала.
– В общем, ты ведь его знаешь, как я поняла. У меня два вопроса: первый – это почему тут все на него так отреагировали и в особенности ты, а второй – что из себя вообще представляет этот парень?
Похоже, я затронула не очень хорошую тему, потому что в глазах Роны загорелся яростный и увлеченный свет, который явно не сулил ничего доброго.
– Он – мечта любой девушки от пятнадцати и до двадцати пяти, да и если честно думаю, что дамы постарше тоже были бы не прочь провести вечер в его компании. Дин невероятно красив, у него прекрасное гибкое и рельефное телосложение.
– Это не совсем то…
Меня снова перебили. Похоже, теперь ее не остановить. Дайте мне сил выслушать всю эту эпопею про известного городского красавца.
– Его лицо, просто с картинки. Такие выразительные зеленые глаза, четкие скулы, слегка выступающие желваки, когда он зол, аккуратный заостренный нос, и безупречная идеальная шея. Нет! Он просто весь идеален!
– Так, стоп! Ты перевозбудилась, успокойся, – властным тоном скомандовала я, махая буклетиком перед лицом Роны.
Рона слегка успокоилась, взглянув на меня из-под своих черных обильно-накрашенных ресниц. Я продолжила:
– Почему ты-то по нему так течешь? У тебя, вон ухажеров пруд пруди, выбирай – не хочу.
– Никто по нему не течет, – обиженно надула губы Рона, но после все же похихикала моему выражению. – На самом деле, он красив во всех смыслах, как я и сказала почти, что идеален, но я бы никогда с ним не пошла на свидание. Дин мог бы просто стоять в моей коллекции красивых мужчин, где-нибудь в комнате, как безжизненные куклы стоят в пластиковых оболочках.
– Какой кошмар. Не знала, что у тебя такой фетиш!
Рона ткнула меня в локоть, после чего мы засмеялись.
– Какой у него характер?
И тут, как по щелчку весь азарт Роны испарился, она вяло произнесла:
– Дерьмовый. Его характер – полное дермище. Такой еще на свете поискать надо.
– Красноречиво, однако.
– Он эгоистичный, избалованный вниманием красивый поддонок. Вот и все. В нем нет ничего святого, кроме внешности. Да уж, худа без добра не бывает. Я сравнила бы его с цветами Дигиталис: вроде безумно красивое растение, а ядовитое и смертельное, вот она ирония.
Я задумалась над словами Роны, неужели он и вправду такой неприятный парень. Что же, увидим, когда он приедет. Надеюсь, не все так плохо, как сложилось в моем воображении.
Вечер я как обычно провела вместе с миссис и мистером Соннер, но уютная атмосфера, которая по обыкновению всегда была в этом доме, куда-то улетучилась. Семья Соннер, будто бы сидела на иголках. Роза была слишком растерянной, а мистер Соннер все время читал газету, что свидетельствовало о том, что он взволнован. Я уже почти изучила их привычки и повадки, поэтому спокойно могла понять настроение своих новых «родителей».
Странное поведение взрослых приводило меня в тупик. Единственное, что я поняла, так это то, что Роза и Вильям безумно волновались и ждали приезда своего любимого чада.
Я медленно мешала чай ложечкой, смотря на размывы и мелкие волны, которые возникали из-за моих круговых движений. Несколько чаинок то поднимались вверх, то плавно опускались на дно чашки, танцуя в незамысловатом медленном танце:
– Так значит, он прилетает уже сегодня?
Миссис Соннер слегка вздрогнула и кивнула на мой вопрос.
Чтобы сгладить ее неуверенность, перемешавшуюся с волнением, я мило выдавила улыбку, взяв за руку:
– Значит, я наконец-то с ним и познакомлюсь. Думаю, он все-таки хороший парень, раз у него такие невероятно добрые и чуткие родители.
Вопреки всему узнанному за сегодня мне пришлось разыграть это нечестное представление. Сделала я это, потому что видеть напряженные лица Соннером было просто пыткой.
На лице Розы вспыхнул румянец, и появилось какое-то плаксивое выражение лица:
–О, моя Энни! Ты такая милая! – ее крепкие руки опять обвили меня по всему диаметру, не давая сделать и вдоха. Еще минута и я отойду в мир иной.
Ко всему прочему еще присоединился, и мистер Соннер, который так же сильно обнял нас вместе собрав в охапку, от чего его любимая жена захихикала.
Все, не могу больше…
Еле дыша, я прошипела:
–Воздух…раздавите. Хелп.
Они весело рассмеялись и отпустили мое почти бездыханное тело.
Не успела я тяжело вздохнуть и перевести дыхание, как в дверь раздался звонок, напоминающий трель соловья. Я вздрогнула от неожиданности, и кажется не я одна.
– Сынуля приехал! – встрепенулась миссис Соннер и кинулась тут же к двери, где каким-то невообразимым силам, уже стоял Вильям.
Когда он успел?
Эта семья не перестает меня удивлять. Они словно звери, такие непостоянные и искренние, даже пугает иногда.
–Привет милый – заворковала миссис Роза, кидаясь в объятия.
В ответ ничего не было слышно, только слабые отзвуки от включенной плазмы, разводили эту нависшую и тяжелую тишину, вместе с шорохами от одежды. Не вытерпев, и поддавшись дикому любопытству, я выглянула из-за угла.
Ну и кто же там?
Перед моими глазами, предстал весьма красивый парень, да к тому же высокий и в прекрасной физической форме. Все как описывала Рона. Золотистые волосы, красивое лицо, можно еще туда же приписать хороший вкус в выборе одежды, и слегка выступающие мышцы из-под нее.
Недурно.
Сама того не замечая, но спустя несколько минут внимательного сканирования нового жильца, моему взгляду далось несколько не состыковок, которые выдавали его характер. Плохой характер, как все говорят.
Жестокая надменность скользила из слегка прикрытых усталых глаз, цвета изумруда, на лбу собралось несколько мимических морщинок от хмурости. Как только он слышал чей-нибудь голос, тут же начинал играть желваками, демонстрируя, что это его раздражает. Некоторая сдержанность в движениях, но полный их контроль, показывали его превосходство.
Несомненно, выглядит он прекрасно, даже внушает какое-то непонятное странно чувство, от которого хочется поскорее скрыться.
Наши взгляды вдруг пересеклись, и в тот же момент меня будто бы затянуло в пучину страданий и гнева, в самый центр ада, в то самое пристанище всех отвратительных чувств, которые испытывал человек. От одного его взгляда, в мыслях пробежала мысль: «Я ничтожна».
Маленькие человечки в моей голове в панике стали разбегаться в разные стороны, из-за безумных и злых зеленых глаз этого красивого сатаны.
–Кто это? – бросил раздраженно и весьма резко парень в мою сторону.
Мистер Вильям, тут же объяснил:
–Это Энни, мы про нее тебе говорили. Будь с ней вежливым. Теперь она часть нашей семьи, как-никак. Можно, даже назвать ее твоей младшей сестрой, – после этих слов Вильям приобнял Розу, и они счастливо улыбнулись, наблюдая за нами, словно ждали этого момента целую вечность.
Дин неприятно цокнул и прикрыв глаза, сказал:
– Младшая сестренка значит. Я-то думал, она будет симпатичнее.
Прямо в сердце, прямо в больное место угодил зараза. Хотя я и знала, что не родилась королевой красоты, но признавать его слова была не намерена:
– Да, я как бы и не метила в красавицы спасибо, что разъяснил, –подойдя к нему все мое существо внутри сжалось и шептало, чтобы я уносила свои ноги куда подальше. Инстинктивно я и хотела это сделать, но сдаваться было бы позорно, так что, мне пришлось протянуть ему руку в знак знакомства. – Энни Рейн, приятно познакомиться.
Дин даже не взглянул на мою руку, ждавшую одобрительного пожима. Он лишь прошел мимо, и, поднимаясь по лестнице, устало произнес:
– Меня не беспокоить. Я устал.
Внутри вспыхнула искра ярости, от которой я сверлила удаляющуюся мужскую спину. Вот тебе и здравствуйте!
Мой прекрасный сон прервал звон надоедливого будильника, сообщающий, что мне пора собираться на работу. Я неохотно приоткрыла глаза, попутно выключая будильник на мобильнике.
На часах была половина девятого утра. Мистер и миссис Соннер, уже давно должны были быть на работе, так что я преспокойно в трусах и футболке вынырнула из своей уютной берлоги, направившись по коридору к ванной комнате.
Мое тело пробрало мурашками, и я сладко вздернула руки вверх, слегка съежившись и наслаждаясь минутами потягивания.
–Ах, – простонала я, чувствуя, как все мышцы ожили.
Вдруг ручка той комнаты, около которой я находилась, внезапно задергалась, и сразу же воссоздался проем между пространствами. На пороге своей комнаты стоял полуобнаженный Дин, пытающийся продрать глаза ото сна.
Ранее мне не приходилось воочию видеть раздетых мужчин, поэтому моему любопытсву не было пределу. Оно всячески завоевало мой разум, откинув приличия. Если бы я находилась в каком-нибудь комедийно-романтичном фильме, то из носа хлынули бы потоки крови от вида столь безупречного и рельефного мужского тела. Описать было сложно, что передо мной стояло.
Дыхание перехватило, а мысли резко исчезли, будто бы напугавшиеся утки, после громкого и оглушающего выстрела на охоте. Глаза обрели округлую форму, а в мозг постепенно начали доходить сигналы тревоги и воспоминания вчерашних событий.
Черт! Я совсем забыла про него! Я же в трусах стою.
Видимо, наконец, проснувшийся парень, тоже пришел в замешательство от меня, стоявшей посередине коридора в слегка помятой футболке размера два больше меня, с растрепанными волосами, и в черных труселях в белый горошек.
Хотя белье я всегда подбирала с особой педантичностью, все же было безумно неловко, что меня заставил в стол непристойном виде.
С губ Дина сорвались слова, резко и без паузы, с таким видом будто бы перед ним что-то померло:
– Жуть, такое увидеть с самого утра.
После этих слов, пронзивших мое «я», он захлопнул дверь в свою комнату, а я осталась стоять как истукан посередине коридора. И что это только что было?!
Спустя несколько секунд раздумий я все-таки попала в ванную комнату.
Интересно, и долго он будет сидеть у себя в комнате? Стоп, почему меня это должно волновать? Он уже во второй раз, меня успел оскорбить. Жестоко с его стороны, учитывая, что он видит меня впервые. Думая об этом, я просто сгорала от стыда и раздражения. Чтобы заглушить дикие и ревущие мысли в моей суматошной голове, я предприняла решение быстрее покончить с завтраком и уйти подальше от этого грубияна. Пусть сам с собой сидит, раз такой остроумный, все равно меня ждет работа.
– Я ушла! – мой голос разбежался по всей квартире, заглядывая в самые отдаленные уголки комодов, предвещая, что моего присутствия в течение дня не будет наблюдаться.
Дверь в комнату Дина по-прежнему была заперта. И взглянув на нее в последний раз, я захлопнула входную дверь, внедряясь в поток городских улиц.
Денек выдался весьма приятным по вкусу. Все было уже знакомо, я постепенно стала разбираться в улицах, могла более-менее ориентироваться и знала несколько хороших магазинчиков, где можно было купить вкусненького. В музыкальный магазин я пришла в приподнятом настроении, но лишь один вопрос убил его сразу же выстрелом в голову:
– Дин что ли еще не приехал? – спросила ухмыляющаяся Рона.
– Приехал, – уныло пробормотала я в ответ, переодеваясь в рабочую футболку.
– Настроение сразу же пропало, я смотрю, – она хихикнула, а затем хлопнула меня по плечу в знак, того чтобы я не отчаивалась так сразу. – И как он тебе?
– Все, как ты и рассказывала. Красивый, а характер ужасный, – начала я жаловаться своей новоиспеченной подруге, которая с интересом вслушивалась в то, что они и без меня прекрасно знала. – Представляешь за сутки он успел меня дважды оскорбить, да еще и трусы мои лицезрел!
Рона залилась смехом:
–Что? Как же ты интересно живешь, но могу тебя обрадовать – это он еще по-божески с тобой обошелся.
– Чего? Если это можно так назвать, то, что будет дальше?!
– Кто знает, – ее хитрый взгляд задел меня, заставляя поселиться в душу крохотное, но донимающее волнение.
В общем, весь предстоящий день мои мысли не покидал этот нахал. Не знаю почему, но он изрядно меня измучил, даже не находясь рядом. День был бы весьма неплох, но вот в конце смены стало только хуже.
Кристи – девушка, что работала с нами в одну смену подошла ко мне с взволнованным видом:
– Энни. Тебе тут оставили конвертик.
– Да? Кто? – собираясь уже выходить на улицу, я приостановилась, увлеченная прямоугольной бумажкой в руках у девушки.
– Не знаю, пришла какая-то девушка и сказала, что ее попросили передать тебе это.
Я пожала плечами, и под влиянием любопытства тут же развернула конверт. Красивым и аккуратным почерком, там было написано:
«Дорогая, Энни. Мне и Вильяму надо срочно уехать по работе в Замбезию (Африка), там неожиданно открылись филиалы по нашему делу. Не представляю, когда наша работа в этой жаркой стране окончится. Так, что просим тебя присмотреть за нашим Дином. Если ты читаешь это письмо, думаю, он уже обо всем знает. В конверте есть немного денег на проживание. Пишите, если что. Всегда будем рады. Мы вас обоих любим. Не ссорьтесь. Миссис Соннер».
Что?! Что только что я прочитала? Наверное, это шутка, причем весьма неудачная. Ха! Меня оставить с ним?
Я издала нервный смешок, но перечитав несколько раз это странное послание, меня начал охватывать некоторый ужас. Как Вильям и Роза так ужасно со мной поступили?! Они же, наверное, пошутили, но сегодня не первое апреля. Стоп и куда писать то? Адреса они не оставили. Что, черт возьми, происходит?
Я заглянула в конверт в ожидании того, что найду в нем подсказку, куда можно позвонить или написать, нажаловаться и умолять об их возвращении, но кроме пачки денег в нем не было ничего другого.
Тут же в попытке узнать объяснения, я кинулась к телефону и набрав знакомый номер, услышала только монотонный голос женщины, говорящий, что данный номер не доступен или вне зоны действия сети.
Нокаут. Как я буду с ним жить? Я же умру, либо от стресса, либо сама его убью, если у него и в правду такой жуткий характер.
Ошеломленная и взвинченная я направилась домой, по пути заглянув в магазины, чтобы хоть как-то сгладить жуткий стресс, что испытывала весь день. Пройдясь по магазинам и изрядно подустав, все же пришлось идти домой.
На пороге квартиры я обнаружила обувающегося Дина.
Я не собиралась с ним церемониться и прямо задала вопрос:
–Ты уже знаешь?
–Знаю. Похоже, они как всегда смылись, – излучая лишь безразличие, он накинул кожаную куртку и взглянул на себя в зеркало.
– Так это не в первый раз? – удивленно похлопала я ресницами.
– Неважно. Дай пройти. – он метнул на меня недовольный взгляд, от чего я тут же шагнула в сторону, открывая путь к двери.
– Ты куда? – поинтересовалась я, у новоиспеченного соседа.
– Не твое дело.
Дверь с силой захлопнулась.
Гаденыш недоделанный! Я же нормально спросила, даже мягко и мило! Так сложно было ответить? Ладно, пусть валит куда его душа захочет, мне же лучше! Приготовлю себе ужин, и сама его съем! Весь!
Мои мысли бушевали будто бы волны моря во время бурного шторма. С озлобленными глазами и тяготой на сердце я отправилась на кухню, шаманить с едой. После двух часов усердной готовки, мой шедевр был закончен. Манящий запах поджаренного мяса с овощами разносился по всей квартире. Во рту выделялась слюна, а живот протестовал урчанием. Усевшись за стол, меня охватило непонятное чувство. Такое противное и едкое.
Чего-то не хватало. Я окатила взглядом пустые стулья и почти что пустой стол. Тишина огромной квартиры нависала надо мной громким гудением, бередя перепонки.
Я одна. Даже как-то непривычно. Обычно ужин всегда проходил со смехом, хорошим настроением и интересными историями. Как надолго они уехали?
Ладно, Энни. Ты справишься, выше нос.
После ужина мои ноги понеслись к дивану, на котором я вальяжно раскинулась и устремила свой взор на жидкокристаллический экран. Смотря странноватый фильм про одного ненормального, я не заметила, как веки постепенно закрывались, и в итоге омрачили мой взор, от чего я тут же провалилась в сон.
Не знаю, сколько я могла проспать, но в полусне до моего слуха донеслись непонятные гулкие разговоры, которые становились отчетливей и громче. Причем это был не телевизор, разговоры были реальными.
Дин вернулся что ли? Ну и ладно, пусть топает в свою комнату, а я еще поваляюсь тут.
Но разговоры не прекращались, становясь разборчивыми.
– Заходи, заходи, – говорил мужской голос, приглашая кого-то войти внутрь.
– Все в порядке? Никого нет дома? – лаконичный женский голосок тихо с осторожностью шептал.
Дин спокойно произнес, после того, как громко сбросил ботинки с ног:
– Нет, не стесняйся.
– О, и нам можно заниматься всем, чем хотим? – промурлыкала девушка.
Шаги раздавались ближе, а точнее что-то, что было слегка на них похоже. Кажется, эти двое обнимались и как-то неравномерно шагали, то и дело, спотыкаясь на ходу. Пьяные что ли?
– Конечно, но только тем, чем захочу именно я, – слащаво, но с дерзостью произнес Дин.
Ответа я не услышала, только гулкий стук о стену, а затем несколько чмоков. Видимо, они уже начали свое дело. Гадость.
Сказать я естественно ничего не могла, потому что как-никак я тут просто проездом, если выражаться точно. Так что не мое право влезать в то, кого приводит домой Дин.
Я встала с дивана и направилась к лестнице, как раз в тот момент, когда от моего удачного и незаметного побега было всего пара метром, в зал обнявшись и сцепившись в поцелуе, зашел Дин с какой-то рыжеватой девицей. Я остолбенела от увиденной. Девушка была уже по пояс обнаженной, а в руке Дина находился ее черный бюстгальтер.
Вдруг меня пронзил взгляд Дина, смотрящий из узкой щелочки приоткрытого глаза. Черное нижнее белье вдруг полетело в меня. Я изворотливо увернулась, злобно посмотрев на Дина. Девушка слегка отстранилась от его губ, заметив что-то не то.
– Кто это? Ты не говорил, что у тебя есть девушка! – запищала она.