Корректор Анна Герман
© Андрей Голубев, 2018
ISBN 978-5-4493-6593-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Это моя первая книга и, одновременно – первые стихи, которые я начал писать с 24 октября 2017 года. Первое стихотворение так и называется – «24 октября». Оно стало отправной точкой поэмы «Две грани» и послужило началом развития моего творческого поэтического пути. Написано оно в душевном порыве, практически в состоянии аффекта. И почти за месяц была написана основная часть поэмы. Никогда не писал стихи, но благодаря одной замечательной девушке это случилось.
«Две грани» – это сокращённое название первого варианта «Две грани – от любви и до отчаяния». Это основной акцент всей книги, получившей аналогичное название. Поэма раскрывает историю трагичного момента жизни, а также историю большой любви. В ней сочетание всех цветов радуги, присущих эмоциональной природе человека, и особенности отношений. Поэма написана и посвящена девушке, которую любил лирический герой. И ей большая благодарность за книгу, вдохновение и вскрытый потенциал автора. Поэма «Две грани» завершает книгу, как особенная кульминация и начальное творение.
Поэма «Миссия порядка или Приключения охранника Фёдора» открывает книгу и приглашает погрузиться в мир героя. Она основана на реальных событиях, выделенных из большого ряда проживания всей деятельности и опыта. Фёдор – это представитель важной и полезной профессии, не имеющей истинного признания. Фёдор – ярый фанатик своего дела, посвятивший большую часть жизни миссии порядка через профессию охранника. Данное повествование призвано показать всю «закулисность» этой обыденной для многих сферы и ставит цель рассказать правду о работе «простых ребят», рискующих здоровьем и жизнью для порядка и безопасности той территории и тех людей, которые попадают под ответственность и зону контроля безопасности охраны. А также показать, что есть ценности, присущие охране: честь, справедливость, правда, порядок, защита, милосердие.
Есть особый сборник в книге – «Доченька любимая», посвящённый самому дорогому и любимому человеку – моей доченьке Элечке, ставшей вдохновительницей поэтического потенциала и всей моей жизни. Она начала писать свои первые стихи задолго до меня и показала пример, как можно выражать себя. Люблю тебя, доченька! Остальные разделы тоже имеют свою историю и разделены по своей отдельной сути. «Сборник первых стихов» – это разные отдельные творения, написанные в течении года, посвящённые значимым и особым людям, разным событиям и отдельным переживаниям и впечатлениям.
«Бабочка в ладошке» – это маленькая история заблуждения и обмана.
«Маленькие поэмы» – это биографические наброски.
Книга «Две грани» – это моя первая попытка, и одновременно – школа для вступления в этот удивительный мир поэзии. Большая благодарность всем важным и значимым мне людям, которые есть в моей жизни! Спасибо вам громадное!
Приятного прочтения!
Мальчишка юный рос.
Геройствовать мечтал.
Не задирая к небу нос,
В фантазиях своих летал.
Смотрел часто в дáли.
Фёдором парня звали.
Его кумиры: Сигал и Ван Дамм,
Брюс Ли, Сталлоне, Джеки Чан.
Надеялся на потенциал,
А юношей здоровье подорвал.
Тренировался каждую минуту,
Постепенно тело закаляя.
Думал, что сильнейшим будет.
В душе боялся, драки избегая.
Был в семье слегка унижен —
Не жёстко, но ему хватило.
Градус самоценности понижен.
И жить порой было не мило.
Правда, получил и поддержку,
Душевный удивительный компот.
Физически включился в спешку,
Разгоняя тренировочный плот.
Напрямую драться боялся.
Страх съедал получить по лицу.
Всё же пару раз подрался.
Не жалуясь ни отчиму, ни отцу.
Улица никого не щадила,
Криминал на каждом шагу.
Жёстким опытом наградила,
Но не смог дать отпор врагу.
Пару раз Федю прогнули,
Забирая деньги и вещи.
Взрослея, желал, чтоб долбанули.
Если б прошлое меняли проще.
Попал под груз развода,
Сняв штаны из страха избиенья,
Опозорил честь мужского рода.
И устроил изоляцию гоненья.
Напрямую не осуждал никто,
Тот суд он сам устроил.
Словно закрывшись в пальто,
Решил, что героизм построит.
Глубоко хотел дух познать,
Возможности силы расширить.
Дьяволу душу смог бы продать
За возможность врагов гасить,
Стреляя словно в тире.
Тренировался очень много,
Готовясь к военной дороге.
В процессе сел на шпагат,
Чему невероятно был рад.
Нахлебавшись разного опыта,
Которого по горло добыто,
Переехал в город другой,
В Томск жить дорогой.
Определённо это вызов,
Словно бы армейский призыв.
Жизнь общажная сурова,
Фишка временного крова.
Никто не знал про униженье,
Репутацию «с нуля» мог вершить.
Оторвался Фёдор в те мгновенья,
Реально чудеса мог творить.
Конфликты, стрелки, разборки,
Даже если будут орки.
Силу познал мужского слова,
Искусства разговора такого.
Ощущал слегка потенциал.
На ногах бы ещё стоял.
Кураж пьяный подводил,
И пару раз он получил.
А репутацию поднимал —
Много, кто его уважал.
За порядком в общаге следил,
В ДНД дела творил1.
Этакая охранная машина.
В курсе часто любых дел,
Тронуть его никто не смел.
В достатке покушал власть.
Унижениям прошлого сласть.
Почувствовал на лице боль,
И сам приложился не мало.
Охранная поднимала роль,
Познание духа нарастало.
Увлекался часто куражом.
Слава Богу, не пырнул ножом
Никто. А случаи имели место:
Людей, превращая в тесто.
Знакомых порезали не мало,
Угроза жизни нарастала.
Фёдор с друзьями чудил,
С бравадой молодой кутил.
Правда, не всегда на ровню
Попадал, устраивая бойню.
Телом-духом развивался,
Проявить себя пытался.
В ночном клубе на стажировке
Пытался проявить сноровку.
Дополнительно, проходя испытание,
Но не хватило старания.
Параллельно работал и не спал.
Начальник охраны ему отказал.
В душе это Федю задело,
Как будто не его дело.
Ещё был общаговский клуб.
Как рыба, плавал в нём.
И по жизни не был туп,
Хватало разума объём,
Справедливо чтобы всё решать
И беспредел не создавать.
Первокурсник попался на пути,
Фёдор его за проступок грузил.
Вовремя не успел отойти,
Молодой его обдурил.
Состояние пьяное подвело,
Расслабило от зелёного Змия:
Зашатало, к земле повело,
Будто привязали гирю.
Видя, что рядом нет никого,
Первокурсник, от страха, налетел.
Не понимал парень того,
Что в неприятность залетел.
Он здорово надавал герою,
Устроив месиво, нос сломал.
Дал Фёдору умыться кровью,
Удобным случаем наказал.
Подняли Федю, увели.
Шумиха в общаге поднялась.
Первокурсника довели,
И он бежал, мести боясь,
Пока Федя был на больничном.
Стыдясь, ситуации комичной.
Года через четыре попадётся,
И в реванше огребётся.
Ну, а Федя дальше жил,
С алкоголем меньше дружил.
За жизнь серьёзнее взялся,
И больше так не терялся.
После смены ряда профессий
И учебных разных сессий
Попал в охранное агентство,
Рядом с домом по соседству.
По воле сложного случая,
Создавая стабильность,
Из-за девушки мучаясь,
Совершил необходимость.
Трудился без выходных:
Для неё и думал, что для них.
Эх, охранная часовая оплата —
Ограниченная зарплата.
В процессе подруга предала,
С другим в деревню сбежала.
По телефону правду поведала,
Федю во всём обвиняла.
Она некрасиво ушла.
В историю предателей вошла.
Фёдор кризис пережил.
Лет пять в агентстве отслужил.
Репутацию заработал миротворца,
Рекорды бил часов работы.
Период прожил затворца,
И не было другой заботы.
Друзья иногда приезжали,
Девушки чуть реже посещали.
След оставил в разных местах,
Создавая контроль на постах.
В клубе компьютерном марафонил,
Оттачивая порядок с молодёжью.
Если проступком кто семафорил,
За правдой шёл, а не за ложью.
В пригород попал, как Робинзон,
В отдалённые две точки.
И в контроле этих зон
Проводил и дни, и ночки.
Там читал и занимался,
Физически тренировался.
Курс прошёл спец. подготовки,
Превращая тело в литовки.
Попал в интересное место,
С запуском «тили-тили-тесто».
«Томичкой» именовали заведение.
Прожил там особые мгновения.
Отдельно есть поэма про неё.
Ручаюсь, всё там не враньё.
Свершились героические поступки,
И прожиты драгоценные минутки.
Любовь там встретил и жену,
Невероятную прошёл войну.
Себя отчасти испытал,
Частично раскрыл потенциал.
После «Томички» был завод
Кабельного производства.
Ребят хороших встретил взвод
И гнилое руководство.
Подработки любые хватал,
И полгорода объездил.
Где он только ни бывал —
В путешествиях, разъездах.
Магазины, бары и салоны,
Центры, офисы и стройки.
Делая преступников отловы,
Мироздания порядка стройка.
Последний объект долгосрочный,
В который душой вложился.
Наведён был порядок воочию,
И тотальным контролем покрылся:
«Детский Парк» место занял,
В историю особенную отправлен.
Фронт работы большой проделан,
С качественным заделом.
Зачистка от бомжей и пьяниц,
Преступников полсотни наловили.
Охранная работа словно танец.
Полезные дела творили.
Власть и свободу Федя ощущал,
Подопечных своих выручал.
Комфортная зона съедала,
Деградацию развития давала.
Проект этот себя изжил,
Который Федя сотворил.
И Федя из него ушёл,
Но выход не сразу нашёл.
Плюс помощник подсидел —
Руководящее место хотел.
Федя его частично простил,
Хоть и чуть не придушил.
Вытащил помощника из грязи
Когда-то, а теперь тот – в князи!
А за спиной жена и дочка,
И точно важен доход.
Переживал, не спал ночки.
Придумал совершить поход:
С другом завод запускать,
И положение дел исправлять.
Полгода жил на износ,
Вкладывая силы в завод.
Работать много пришлось,
В красивую жизнь искал переход.
Хорошие перспективы стояли,
Но в итоге их обломали.
Случился у владельцев бардак,
Перестали вложения поступать.
Налоги и з/п не просто так,
Напряжёнку общую нагнетали.
Крутились на заводе, как могли,
Зарабатывать по-всякому пытались.
До предела силы довели,
И всё-таки они отчаялись.
Хороший был завод,
И работать хотел народ.
Чуток не хватило вложений,
От владельцев одолжений.
Ощутимо Фёдор упал,
И корону сразу потерял.
В нищете и с долгами
В Томск вернулся,
Обратился за помощью к маме.
Жил, новую работу ища,
Жизнь давала хлёсткого леща.
Трещина в семье пошла,
Жена к разводу потихоньку шла.
Строила другие отношения,
Вперёд глядя на опережение.
Занимался Федя чёрти чем,
Чуть ли ни в говне копался.
Не было достойных тем,
Зарабатывать только старался.
Всё больше кризис сжирал,
И потихоньку Фёдор сгорал.
Супруга в напряжении спивалась.
Обстановка дома накалялась.
У них произошёл конфликт,
И Федя пощёчину дал.
Как повод – это вердикт,
А в деревне любовник ждал.
Вещи забрав, она полетела,
И дочу забрать хотела.
Но Федя попросил оставить,
Чтобы позже дочку отправить.
После конфликта, так случилось,
Федя в клуб ночной попал.
Устроиться сразу получилось.
«С нуля» стажироваться стал.
И на полгода в «Факел» залетел,
Где выносил не мало тел.
А первый месяц был тяжёл,
Но Фёдор с надеждой шёл,
Что если финансово решит,
Жена обратно прибежит.
Больше месяца не спал,
Работая без сна по ночам.
Днём доченьке внимание давал,
Отрубаясь и чуть ворча,
С просьбой к любимой принцессе —
Пять минут побыть в процессе,
И немножечко поспать,
Но важно и с дочей играть.
Была ещё работа на ногах,
Постоянно в конфликтах движуха.
Пьяных выносил на руках,
Участвовал в каждой заварухе.
Ребята – хорошие спортсмены,
Удачная поддержка была.
А он работал без замены.
Супруга уже не ждала.
За дочкой скоро вернулась
И забрала жить с собой.
А жизнь его перевернулась,
С её подачи новостной.
Она приехала – призналась,
Что хочет жить теперь с другим.
В стабильности нуждалась,
А Фёдор стал теперь чужим.
Страшенная боль пронзила.
Это был тяжёлый удар.
Надолго его накрыло,
В одиночестве – кошмар.
Смерти он себе желал,
Когда один оставался.
И в работе её часто искал,
Когда рисковал и нарывался.
Не супермен он и не боец,
Потенциал до сих пор не знает.
Рискуя, помнил, что он отец.
Возможно, так жизнь оставляет.
И должное нужно ему отдать,
Что в ценности справедливость.
Злость когда шла нарастать,
Проявлял адекватность и милость.
Федя разговаривал и боролся,
Чаще больше защищался.
Практически без травм обошёлся,
Работе всегда отдавался.
Понимал, как ценна работа.
От безопасности зависит много.
Защита – это мужская забота.
На износ и без выходного.
Историями кишит ночная жизнь.
Миссию порядка Федя нёс.
За соломинку держись —
Так он жизнь свою пронёс.
Клуб старый закрылся,
Но в «Факеле» Фёдор осел.
Работы потенциал открылся,
Чуть вырасти захотел.
Малым стал командиром,
Клубом стал руководить.
Привычным ориентиром,
Знал, что можно сотворить.
Новые порядки полились.
Друзья хорошие завелись,
Которые братьями стали.
Вместе командой обрастали.
Вышла власть на первый план.
Только работой Федя жил.
Это был такой обман,
Словно в матрице прожил.
Было так, что Федя падал —
Сбои организм давал.
Нехорошие расклады.
А другое уже искал.
Важный путь свой нашёл,
К которому так долго шёл.
Душевным психологом стал —
Такой хороший финал.
Я про охрану скажу
И правду сейчас покажу:
Рискуют в ней ребята,
Их потенциал запрятан.
И чтобы жилось спокойно,
Бдят они любые войны.
Много разного труда.
За порядок и против вреда.
Есть памятное для Феди:
Когда чуть не замёрзла леди.
Босиком, в одних трусах,
Зарываясь в волосах,
На грани обморожения,
Поучаствовал Федя в движении.
Вместе девушку спасли,
Согрели, одели, отвезли.
Она живой осталась,
И это далеко не малость.
Была ещё малышка,
Которая конфетой подавилась.
Он взял её подмышки,
Дыхание чтоб появилось.
А скорая бы не успела,
Мама в шоке цепенела.
Фёдор сам испугался,
Но спасать малышку остался.
Весь геморрой охраны
Однозначно стоило пройти,
Залечивая душевные раны,
Место под солнцем найти.
А главное, остались жить:
Те две божьих души
От охранной инициативы.
Живи, ищи и не спеши!
Компьютерный клуб,
С подростками работа.
Отточено не будешь груб.
Иначе, прибавишь заботы.
Подростки знают права,
И жаловаться умеют.
Требует работа мастерства,
Когда молодёжь наглеет.
По возрасту были и взрослые,
Бандиты местного розлива.
Федя не был рослым,
А клуб первый в строке призыва.
В клубе жил постоянно,
Местные порядки наводя.
Исправлял недочёты и изъяны,
Дисциплину молодёжи породя.
Часто бандиты нагружали
Тех, кто слабее и младше.
Беспредел порой свершали,
Опираясь на то, что старше
И имеют на районе вес.
Хотя в жизни просто балбес.
Один такой наглец
Билет забрал у подростка в ночь.
Федя узнал, кто был малец,
И решил парню помочь.
Назад вернул пацанёнка,
Взрослого дождался бесёнка,
Составил с ним диалог,
Как жить, подарил урок.
Больше его не пускал.
Даже просто постоять.
В ответ получил оскал,
Угрожал, что будет доставать.
Но линию правды Федя гнул,
И его никто не прогнул.
Ситуация в охране обычна,
Во все времена исторична.
Охране часто угрожают,
Уволить также обещают,
Угрожают покалечить и убить,
Что-то пакостное творить.
Оставлю в истории предания
О духовитости простых людей,
Прошедших непростые испытания.
Попробуй такое преодолей.
Втроём большой фронт держали
Развлекательного заведения.
Порой там люди вылетали,
А это жёсткие мгновения.
Начну историю с простого паренька,
Имел который репутацию миротворца.
Не супермен, но рука была крепка,
И не больших был пропорций.
А вот за то, что умел решать
Конфликты мирно в диалоге,
Его отправили в то место воевать,
Охрана где срывалась на пороге.
Не потому, что охрана неадекват.
Там место страшной напряжёнки.
Брать в руки не хватало автомат,
Рассчитывали на свои силёнки.
Хотел кто на свою ж… приключений,
Специально в это место шли.
Таких насмотришься выступлений,
Все боевики ребята превзошли.
Охрану в этом месте проверяли.
Характер человека узнавали.
Как мог реагировать на экстрим,
И на товарищей своих совместим?
Федя, «физику» прибавив,
Попал в это осиное гнездо.
В интересе, никто не заставил.
Возможно, ему и везло:
В том, что опыт получил,
Отчасти себя испытал,
Жену нашёл и союз заключил,
Выжил, нервы потрепав.
Рядом надёжные ребята
Плечо в плечо стояли.
И не один хулиган был помятый.
Друг друга, заведение спасали.
Когда пришёл, был случай,
Разборки только утихали.
Как два охранника могучих
Людей нещадно избивали.
На самом деле, история другая:
Провоцировали долго охрану,
И не получилась мировая.
Ребят всё-таки достанут.
И вызвала компания пьянчуг
Двух стражей на поединок,
И схлопотали сами оплеух.
Получая массу картинок.
Федя попал в эту гущу,
Кругом движуха привлекала.
Куража процесс запущен.
Что-то зрело, предрекало.
В день второй получил крещение:
Одиночное испытание духом.
Пришёл человек для отмщенья,
И это была не показуха.
А Фёдор остался один.
Тех героев не было рядом.
И явно был не невидим,
Принимая конфликт градом.
Недалеко был стажёр,
Но он совсем ещё юнец.
Хотя и помощь простёр.
Сломал руку, и был конец.
Сначала Федя растерялся,
Когда толпой стащили вниз.
Вовремя знакомый вмешался,
И получился яркий сюрприз.
Ребята как раз подоспели,
Поддержку Федя получил.
Закружились кругом карусели,
Всех отряд отважный перебил.
Поучаствовал Федя везде.
Получил реальное крещенье.
Был свободен, а не в узде.
Вот оно – прорывное мгновенье.
Уверенность тогда поймал,
Хотя возможностей своих не знал.
Поддержка напарников питала,
Опорой сильной это стало.
Затем отдельно человек учил
Из криминальных авторитетов.
Урок он этот не забыл,
Стал лучшим из всех наветов.
Урок заключался в правде,
Которая стоит за человеком.
С ней можно идти, представьте.
Встаёт победа за таким стратегом.
Ещё был особый авторитет,
Который основу охраны питал.
Не всегда по форме был одет,
Но вклады приличные давал.
Команду они хорошую создали.
Федя ещё брата подтянул.
Получилось серьёзное мирозданье.
И всё-таки режим войны втянул.
Да, Федя умел говорить,
И он многое чего разрулил.
Искусство могли творить.
Защитный дух тогда бурлил.
Был чистейший там порядок,
В этом «грязноватом» месте.
Тысячи прошли нападок.
Были по-братски вместе.
Вместе шли на толпу.
Плечо товарища поднимало.
Пробился Федя через скорлупу.
Уверенность в нём нарастала.
За ночь десятками шли конфликты.
Не успевали руки-ноги заживать.
Принимали постоянно вердикты,
Чтобы правду свою отстоять.
Историй там, конечно, масса,
Тех героических проявлений.
Расскажу немного для окраски,
Передавая духовитость творений.
История, как впечатлился парень,
Что духом можно горы прошибать.
Он опыту такому благодарен.
Немножко смог себя познать.
Пришёл однажды на работу.
Напарники ещё отдыхали.
Расслаблен, не ожидал подвоха.
А персонал уже достали.
Большая группа молодых парней
Вела себя неадекватно.
По-своему, им было веселей,
Но персонал страдал нещадно.
Они ничего в баре не брали,
И беспорядок страшный наводили.
Девчонок-персонал унижали.
И чёрт их знает, что ещё творили.
По лестнице Федя поднялся,
Глаза спросонья потирая,
Шокировался, заодно проснулся.
Как в ад зашёл, а не ворота рая.
Девочки к нему бежали,
Как к долгожданному спасителю.
Давно уже устали,
Происходящее отвратительно.
Не оценил Федя реальность,
Но понадеялся на свой дух.
Рискованная была ненормальность.
Везло ему, миновал разрух.
Подошёл корректно к ребятам,
И вызвал на улицу, на разговор.
Пошёл вперёд, готовясь к дебатам,
Надеясь на дипломатичный договор.
Вниз когда сошёл и обернулся,
Шок ощутил и сразу проснулся.
Парней стояло двадцать человек.
И мысль: «Останусь здесь навек».
Уже деваться некуда.
Процесс в динамике запущен.
Звонить ребятам некогда.
Быть остаётся ведущим.
Выразив корректно уваженье,
Намекнув на сделанный ущерб,
Мирно предложил расстаться,
Охраны подчёркивая герб.
И поискать другое место,
Проблем взаимно не создавать.
Рискованно, но вполне уместно.
Реально могли наподдать.
Возникли некоторые вспышки,
Найдутся всегда неадекваты,
Но в целом подошли к подвижке.
Частично поняли, что виноваты.
И неожиданно ушли…
Федя оказался в шоке.
Какие силы его уберегли?
И можно взять это в уроки?
До сих пор это загадка,
Как разрешился весь конфликт.
А репутацию прибавил для порядка.
Подумал: «Как же дух велик».
Покажу теперь другой эпизод,
За который гордость греет.
И это был особый год.
Не каждый такое преодолеет.
Казалось, был обычный вечер.
Работу делали на совесть.
Хочу, чтоб был увековечен,
В поэму, а может в повесть.
Людей за сотню отдыхало.
Нашлись очередные хулиганы.
И просто пить им было мало,
А поступили очень бранно.
Плевали на пол и матерились,
Провоцировать охрану стремились.
Получили с десяток замечаний
Прежде, чем перейти к изгнанию.
Охрана получила оскорбленья,
И это охранная часть жизни.
Не сдержался Федя в те мгновения.
Был предел, и стали ненавистны.
Втроём охрана семерых помяла.
Но аккуратно, те бежали.
Угрозы эта компания кричала,
Порвать в клочья обещали.
Посмеялись ребята над храбрецами,
И ушли делать дальше работу.
Преклоняюсь перед их сердцами
И духом, питавшим их природу.
Но это был не конец,
А только самое начало.
Не выдержал бы и крутой боец.
Обстановка не располагала.
Получил яркое впечатление
Фёдор, находясь в центре.
С двух сторон наступление,
Оказавшись в эпицентре.
В зелёной форме бежали
Молодые медовские курсанты.
Они отмщенья желали,
За тех семерых диверсантов.
Охранников берцами топтали
С ремнями вместо кастетов.
Только охранников не смяли,
Хоть и оставили приветов.
Два раза Федю вырубали.
Он думал, что коньки оставит.
Напарники последствий избежали.
А к лысине звезду прибавит.
Охранники – простые герои.
Не сломали их, а курсанты опозорились.
Это время было дорогое.
А дальше жизнь перестроилась.
Бесплатный фрагмент закончился.