он брал своё, не внимая чьим-то слезам и просьбам, не обращая внимания на то, кто стоит перед ним и у кого в руках то, что ему нужно: брат, отец – всё
даже простым детским радостям не научили! Мне жаль тебя, Саид! В голову ударила ярость. Такая острая, что ощутил её физически. Словно кипятком
более профессионально. И это, надо заметить, возымело своё действие. Я попала прямо в яблочко. – Когда женщина гонит мужчину, она, как правило, набивает себе цену. Говоря «нет», хочет сказать «да, но попозже». Я, кукла Надя, как никто знаю
странностями, к этому не располагает моя профессия. Но он был особенным. Не таким, как все. Уникум. Не могу сказать, с чем связано это ощущение. Быть может, оттого что я так и не поняла его, не разгадала. Обычно, благодаря хорошо развитой эмпатии, психотип человека вырисовывается в моей голове с первых минут общения, но в случае с Саидом Хаджиевым
Губы, кстати говоря, для Саида что-то вроде фетиша. Но настоящих губ, вот таких, как у неё, сейчас не найти. Женщины превратились в трансформеров, можно по запчастям собирать. – А жена есть у вас? Девушка?
Надо, а, Надь? Смотри, как здесь клёво! Обалдеть! А там вон диджей! А вон бармен! Пойдём, выпьем чего-нибудь? – подруга пыталась перекричать жуткий грохот колонок, и у неё даже получалось, пока мы не зашли в самую гущу толпы. – Если только сок, Тань, – откровенно говоря, мне не нравилось это место. Слишком шумно и многолюдно. Но Танька любительница подобных заведений
Саид не просто мой младший сын. Не просто ребёнок от любимой женщины. Он моё продолжение, моя душа, моё сердце. И если с моим сердцем, девчонка, что-то случится… Если по твоей вине он будет страдать…
– Это был он. Я узнаю его голос из миллиона голосов. Он нашёл меня, – допиваю кофе и с лёгкой завистью поглядываю
Как мало ей для счастья нужно… Но непутёвая мать и этого дать не может. – Маленькая моя, а давай
Так и есть, сын. Но пока я твой отец, я буду стоять за твоей спиной. Не для того, чтобы толкать тебя в спину, а для того, чтобы не дать упасть,