© Александр Твердохлеб, 2019
ISBN 978-5-4496-1594-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Так, я проснулся. Первое, что приходит мне в голову – как же хорошо быть сверхчеловеком. Судя по свету – уже день. Голова раскалывается, сколько я вообще спал? Так, я лег в пять, а сейчас три. Это сколько вообще? Пятнадцать минус пять – восемь. Я спал восемь часов? Нет. Пятнадцать минус пять – десять. Я спал десять часов. Я уж готов был испугаться и лечь дальше спать, но понял, что просто неправильно подсчитал, с кем не бывает.
Так, полежу – посмотрю в телефон, в инстаграмме снова появляются какие-то ублюдские фотки от ублюдских знакомых, мерзко на это смотреть. Вот как можно вот так фотографироваться? Ну, серьезно. Что за банальность! Что за качество, что за позы. Просто тотальный бред, и это еще выкладывать на всеобщее обозрение, чтобы такие люди как я это видели. Мерзко. Мерзко.
Ох, от этого зрелища мне даже плохо стало, это вообще ужас полный, на самом деле. Зачем я зашел в инстаграмм с утра, только проснувшись, испортил себе настроение. Пойду ка я позавтракаю, надеюсь, там что-то есть на кухне, а если нет – день начался с ужасного утра.
Чищу зубки, смотрю в зеркало на свои длинные золотистые волосы. Судя по всему, они грязные, да, это видно. Плюс на их грязноту указывает то, что я не мысля уже пять дней. Так, глаза вроде голубые, как всегда, веснушки есть, губы тонкие и нос совсем обычный. Так, вроде ничего не потерял, за эти пять дней, пока валялся-спал, валялся-спал.
Полуголый захожу я на кухню и вижу перед собой заботливо приготовленный завтрак. Мать постаралась, прежде чем уйти. Так-так, кушаю блинчики с икрой, запиваю чайком и иду одеваться. Хочу зайти за сигаретами и пройтись по улице.
Надеваю что попало – красная футболка, белая толстовка, черные джинсы, длинные синие носки и золотой крест. Не знаю, зачем я крест надел, может быть, потому что крест – хороший аксессуар, а может быть – спонтанно. Черные зимние ботинки, красная куртка и зеленая шапка. Что-то не очень сочетающаяся одежда, но как-то все равно, живу в таком мерзком месте, зачем мне выглядеть прекрасно?
Обосанный старый лифт, прокуренный этаж, грязь на полу – это мой подъезд. Еду в лифте, тот немного трясется, я насторожился из-за этого, мало ли – сорвусь.
Открываю тяжелую железную дверь на улицу, холодный воздух бьет мне в нос, а из носа он попадает в легкие, промораживает меня.
Эти серые люди куда-то бегут, торопятся куда-то. Старые бабки, которым давно уже пора в могилу тоже плетутся, тем самым заграждают мне путь и мешают передвижению. Ох, а как же меня бесят ублюдки, которые занимают всю дорогу своей компанией. Мне приходится спускаться на проезжую часть, дабы обойти их. А если я и не спускаюсь на проезжую часть, то мне приходится тыкать в них своей рукой и говорить им дабы эти ублюдки пропустили меня. Мерзко, мерзко.
Люди мерзкие, они даже ближнему своему не помогут. Странная мысль меня посетила, но это так. Хоть умирай на улице, никто не подойдет к тебе даже задать вопрос, максимум, что умирающий получит – его сфотографируют. Ну, или полиция заберет, подумав, что он пьян или под наркотой. Люди разобщены, разъединены и глупы, а это безумно бесит. Да, люди глупые и мерзкие, я прав.
– Собрание черное.
– С вас сто сорок рублей.
Даю деньги, забираю сигареты и ухожу. Я помню, как мне вдалбливали то, что нужно быть вежливым, то что нужно здороваться с продавцами и прочее, но вот скажите мне, зачем? Почему я обязан говорить продавцу «Здравствуйте»? Я никому ничего не обязан, и мне похуй как бы. Зашел, сказал, купил, ушел. Всё. Что еще нужно, скажите мне?
Бесплатный фрагмент закончился.