Мы все родом из детства, в генетической памяти заложено то, чем нас кормили родители, что разрешали, а что было под запретом .Когда начинаешь жить с человеком и видишь, что он ест, что любит на завтрак, можно многое узнать о его детстве
У мужиков обязательно проверяй паспорт, сберкнижку. Обыскивай квартиру, только пальчики не оставляй. Да, не забудь найти документы на жилплощадь – на кого записана. Драгоценности, ценные бумаги, недвижимость – все запоминай, фиксируй. Дети, бывшие жены, любовницы – все выясни. Когда петух клюнет, поздно будет бегать. Если все чисто – можешь выходить замуж. Поняла?
В каждый кусочек мяса мы вкладываем свою любовь. В каждую ложку супа – материнскую энергетику. Чтобы удержать рядом мужчину, нужно его кормить, чтобы ему было вкусно и сытно, и делать это лучше всех женщин на свете. Мама говорила, что это главный рецепт семейного счастья – уметь накрывать стол для мужа и детей. И я ей верю.
Взросление для меня стало шоком. Кулинарным.
Я пригласила будущего мужа на ужин – уж что-что, а готовить я умела, несмотря на юный возраст. Вопрос был только один – чем накормить? Так накормить, чтобы прямо из-за стола пойти замуж.
– Мясо, – посоветовала мама.
– Банально, – ответила я.
– Зато наверняка.
Почему я тогда не послушала маму?
Тот город, собравший странных, сумасшедших, умных и несчастных людей, был подвержен тем же порокам, что и все остальные города.
Петр Иванович обожал розмарин, который все называли елкой за его сильный, терпкий, горьковатый запах. Ему нравились ароматы ольхи, ели, сосны. Его мясо всегда отдавало лесом (на Севере, где соль закупали пакетами, а перец везли с Большой земли, розмарин считался обычной специей и в избытке лежал в магазине).
Они выигрывали почти всегда и полюбили друг друга с первого взгляда, как люди одной группы крови, одного склада ума, одного дыхания и жизненной позиции.
Она была чужой, русской, городской. У нее не было братьев, отца или родственников-мужчин, которые за нее бы заступились. Получалось, сама виновата
Когда бабушка выпотрошила курицу и показала мне желудок, сердце, печень, которые сложила на отдельную тарелку, я была уже в полуобморочном состоянии.
– Ладно, все. Есть будешь? – пожалела меня бабушка.
– НЕТ! – закричала я. – Больше никогда есть не буду!
– Правильно, – спокойно заметила она. – Когда сам готовишь, есть почему-то не хочется.